Электрик - Иннокентий Белов

СИЛА — 1/216.

РЕГЕНЕРАЦИЯ — 1/216.

ПОЗНАНИЕ — 1/216.

Скажем так, разочаровался я здорово, когда начальные показатели Системы оказались такими же маленькими, как впрочем и было заранее указано в пояснении.

Везде одна жалкая единичка!

Неужели адептов отправляли проповедовать именно с ней? На что именно они становились способны тогда?

Наверно, главное это то, что Система появилась в голове, остальное приложится со временем.

После того, как я встал с кресла и понял, что провел на нем всего пару часов, я почувствовал легкое головокружение. К вечеру оно не прошло, а вот после долгого ночного сна исчезло.

Система полностью установилась и тело на нее отреагировало, как и должно было.

— Все, пора уходить отсюда! Пока я тут совсем не размяк, прячась от проблем в реальной жизни, — командую я себе.

Тогда я собрал движимое имущество, сложил его за холмом, налив во все бурдюки воду, заодно поменяв старую на свежую.

Прихватил уже настоящее копье, немного потренировался с ним наносить удары и привыкал в это время к его развесовке. Для меня все же коротковато оно, явно под невысокого Черта сделано.

Потом вернулся в убежище и через час высмотрел подходящую подводу даже с четырьмя пленниками за кормой.

— Будут тут минут через пять! Лучше побольше народу освободить, четверо пленников всяко больше смогут помочь, чем двое, например.

Решительно попрощался с местом, где уже привык ночевать в приятной прохладе. Только, ушел не просто так, вырубил все тумблеры и задвинул лючок в нижнее помещение. А тот, от которого провод в изоляции уходит в сторону ритуального камня, выключил еще в самый первый день со словами:

— Хрен вам, а не вода за принесенных в жертву людей! Да и портал неизвестно от чего работает! Впрочем, он, похоже, от самого корабля запитан, без этого ящика. Там и мощности на порядок сильнее задействованы.

Все, Система в голове, копье в руке, кинжал на поясе. Сам я в футболке, штанах и ботинках, куртка и свитер в пакете с рекламой «Дикси», суров и решителен. Сильно небрит.

Только вылез и немного замаскировал люк, как показалась из-за преломляющихся лучей беспощадного светила на дороге нужная мне подвода.

Я не стал к ней идти, пусть приедут поближе и полюбуются на меня, такого красивого. Да и таскать потом мое добро поближе будет. Только, чего я вру, полюбуется на меня только Черт и его скотина, здоровенный бык с равнодушным взглядом карих глаз. Пленникам не до этого, уже с утра покрыты пылью и смотрят только себе под ноги и на свою веревку, не поднимая глаз. Вымотались за пару часов уже.

Черт лихо спрыгнул с подводы, рассмотрев меня, и сразу схватил копье, намереваясь приложиться мне по голове.

Нет, чтобы сначала нормально поговорить, сразу же пятого раба в свою компанию ищет, сквалыга чертов!

Как я поднял руку в призывающем жесте и сказал про себя:

— Стоять! Молчать!

Его сознание, немного выделяющееся своей аурой желтоватого цвета на фоне колтуна из черных волос, я уже захватил, просто прищурив глаза, сконцентрировав и зафиксировав на нем взгляд на секунду.

Получилось сразу, поэтому Черт беспомощно остановился и опустил руку с копьем.

Его языка я конечно не знаю, однако, в пояснениях конкретно объяснено и сказано, что команды и эмоции автоматически переводятся с языка на язык, становятся понятными всем, на кого воздействует Система.

— Иди назад! К пленникам! Положи копье на подводу!

Черт повернулся, кинул копье и зашагал, я же здорово порадовался его такой легко получившейся для меня стадии полной подчиненности.

Ну, на его сознании я сконцентрировался изо всех сил, ведь в наставлениях написано, что при таком контакте один на один это самое простое дело.

Что у обычного разумного нет шансов справиться с ментальным воздействием Адепта.

Только, вот чьего Адепта, мне еще не понятно, некому оказалось направить меня на путь истинный.

Поэтому я так спокойно жду полного повиновения первого захваченного мной сознания, правда, и копье держу наготове. Чтобы уколоть в случае неповиновения в грудь здорового, но, достаточно неуклюжего возчика, а потом побегать от него какое-то время. Авторитет воина в глазах рабов я, конечно, потеряю, зато, останусь жив и здоров.

Четверо мужиков, все загорелые до черноты, темноволосые и невысокого роста, в еще нормальной, не убитой одежде, с надеждой смотрят на меня, но, все еще опасаются что-то сказать при своем хозяине.

— Откуда вы? Кто такие — крестьяне или воины? Говорите!

Видно, что рабы не понимают, как себя вести, Черт стоит молча, опустив свои толстые лапы и тупо смотрит перед собой. Ведь я держу его под контролем и повторяю время от времени: — Стоять!

Поэтому и они ждут, что будет дальше, будет ли он на меня реагировать так же и дальше.

Я уже вижу, что это точно не воины, обычные крестьяне, поэтому командую:

— Ну, говорите же! Времени мало!

— Так, ваша милость, с той стороны реки мы. Осадили крепость нелюди, Стану переплыли и нас похватали, — торопливо отвечает один из мужиков.

Ну вот, пошел нормальный обмен мнениями, есть тут река, есть крепость и она еще не взята.

— Теперь я вас отпускаю. Этот нелюдь возражать не будет, — говорю я и кидаю нож, который вытащил из ножен Черта самому разговорчивому мужику.

— Освобождайте друг друга.

Пока они перерезают путы и поводки, сбросив груз с плеч около подводы, продолжаю их расспрашивать:

— Что за крепость? Сколько до нее идти? Река широкая?

— Крепость Теронил называется, ваша милость. Два дня примерно, если поторопиться, то и за полтора управимся.

— Ну что ты несешь? — перебивает его другой, когда перерезал свой поводок, — Если воды вдосталь, тогда за один светлый день можно дойти. Это мы сюда брели два дня, ваша милость. Так под грузом и на жаре, — поясняет он еще раз.

— А река?

— А река широкая. Полтора футонга, — отвечает он мне непонятным обозначение длины.

— Это сколько по длине? — хорошо все же так здорово выучить язык местного людского племени.

— Ну, примерно три раза, как до этого холма, ваша милость, — отвечает мне первый мужик.

— Ага, до него метров тридцать сейчас, значит, река шириной в сотню метров, — понимаю я, — А футонг этот метров шестьдесят-семьдесят.

— Ваша милость, а с этим как? Не набросится он на нас? — боязливо спрашивает третий мужик, показывая на Черта, тоже срезав веревку с шеи.

— Не набросится, я его держу, — отвечаю я, собираясь заодно проверить как относится простой народ к такому умению.

И понимаю по лицам мужиков, а еще по их