Каменный зверь - Надежда Храмушина

Ноги у меня намокли, но я не замёрзла, а как-то оторопела. Потом поняла, что это странное состояние не от дождя или холода, а потому, что я начинаю проваливаться в другую реальность. Причем, совершенно не прилагая к этому никаких усилий. Вокруг меня образовался вихрь, который понёс меня вверх, и опустил возле крестьянского дома. Потом я очутилась в этом доме, в котором была жарко натоплена печка. Возле неё хлопотала женщина в красном платке, что-то размешивая в большой кадке. В дом зашёл коренастый мужчина в стёганой длинной свите. По виду, очень расстроен. Женщина выглянула из-за печи и спросила его:

— Так и не нашёл?

Мужчина покачал головой, развязал пояс, снял свиту, отряхнул какие-то намотки на ногах и сел у стола. Он долго смотрел в окно, потом женщина опять его спросила:

— Может уже сгинул, а ты всё ищешь его. Отступись, если бы он был жив, давно бы уже домой вернулся.

— Не болтай! Игнат так просто не сдастся, сила у него недюжая, он и не такое переживал. Зверь ему в лесу никакой не страшен, он и медведя не побоится. А с лихими людьми он тем более справится. Боюсь только, что когда он в ночь убежал, не увидел какой ямы, свалился в неё, и лежит там, поломанный. Нет, Василиса, завтра с утра снова пойду.

— Архип, послушай, ты же видел, с ним что-то творится. Может и не надо его искать, не притянул бы к нам какого лиха.

Архип со всей силы стукнул по столу кулаком:

— Цыц! Я тебе сказал, не брошу я брата своего, и всё тут!

Женщина заплакала и скрылась за печкой. Архип снова стал смотреть в окно. И вдруг раздался сильный удар где-то снаружи дома. Архип выглянул в окно, Василиса тоже. Потом, что-то увидев, Архип кинулся к двери, но она уже сама открылась, и в дом ввалился, упав прямо на пол у порога, огромный израненный мужчина, весь в разорванной одежде. Архип подбежал к нему, чтобы поднять, но мужчина сам поднял к нему голову. Лицо мужчины было искажено оскалом зубов, которые порвали губы и торчали, выдвинувшись вперёд, придавая ему вид звериной морды. По подбородку текла кровавая слюна, глаза были бузумны. Раздался истошный женский крик.

Видение исчезло. Я повернулась к Сакатову, но он и так понял, что со мной творится что-то не то. Он шёпотом сказал:

— Ты была не здесь?

Я утвердительно кивнула головой и прижала палец к губам. Зачем мне показали это? Не похоже, что здесь кроется ответ на какой-то вопрос. Единственный плюс — теперь я знаю, как выглядит преображённый болезнью человек. Я поёжилась, вспомнив оскаленную пасть и горящие от боли глаза. Остался Игнат жив, или нет?

Прошёл час, не меньше, как ушли в пещеру Игорь с ребятами. Сакатов беспокойно заёрзал. Потом посмотрел на меня и показал жестами, что он хочет пройти в пещеру, я отрицательно покачала головой. Он сделал страшные глаза, видимо показывая мне, что он здесь старший. Но я всё равно опять покачала головой. Потом повернула голову, услышав хруст веток, Сакатов тоже повернул голову, и мы увидели высокого человека, выходящего из-за деревьев. Он тоже увидел нас. Сделав несколько шагов, он вдруг повернулся и побежал обратно в лес. Сакатов соскочил, но я схватила его за руку.

— Он уйдёт! — Крикнул мне Сакатов.

— Ты его не сможешь задержать. — Сказала я. — Значит, в пещере есть кто-то или что-то очень важное, иначе, зачем он сюда шёл. Игорь найдёт его. Мы его опишем, составят фоторобот, и его объявят в розыск.

— Что там Игорь так долго! — Сакатов снова сел рядом со мной.

Так как хранить молчание было уже не к чему, я рассказала Сакатову своё видение.

— А о чём ты думала, прежде чем ты в избе оказалась? — Спросил он меня.

— Да ни о чём, просто сидела и смотрела на лаз! — Ответила я.

— Не может быть. Человек постоянно о чём-то думает. — С недоверием в голосе возразил мне Сакатов.

— Человек думает, а я нет. — Мне совершенно не хотелось разговаривать, поэтому я отвернулась опять к лазу.

Мы снова замолчали. Послышалась возня возле лаза и следом показалась голова Ильи:

— Ну что, не промокли? — Спросил он.

— У нас тут гость был, да сбежал. — Сказала я.

— Что, нашли оборотня? — Спросил Сакатов.

— Нашли, только он уже не дышит. Похоже, перед самым нашим приходом умер. Игорь говорит, что вы можете заходить, если не боитесь, я останусь дежурить.

Мы с Сакатовым переглянулись.

— Мы пойдём. — Сказала я за нас обоих.

— Оля, он там, не совсем, ну, не очень… — Неуверенно начал Илья — Зрелище не из приятных, в общем. Может, останешься?

— Нет, пойду.

— Вот фонарь, идите прямо, никуда не сворачивайте, — начал он нам объяснять — там есть боковые коридоры, но заблудиться там негде, они все короткие, это не лабиринт. Последняя пещера и есть та, что с балконом. Там Игорь с Васей.

Мы взяли у него фонарь, первым в лаз полез Сакатов, я за ним. Пещера была сухая, я бы сказала, даже чистая. Под ногами были камни, но только в начале коридора. Дальше камней почти не было, стены были неровные, потолок был высоко, и чем дальше мы шли по коридору, тем выше он становился. Запаха чеснока, про который нам рассказывал Сакатов, я не учуяла.

— Хорошо, что не пахнет чесноком. — Повторил мои мысли Сакатов — Точно, всё выветрилось, а больше никто ничего не рассыпал.

Голос его разнёсся по пещере, и я вздрогнула. Всё-таки здесь что-то было не в порядке, потому что пальцы мои мелко гудели. Впереди показался свет, и мы вышли в большую пещеру, где возле деревянной круглой чурки, склонились над чем-то Игорь с Васей. Оказывается, они рассматривали толстую истрёпанную тетрадь, исписанную мелким почерком.

— Он вёл дневник. — Сообщил Игорь — Но последние страницы написаны другим почерком, видимо, писал его компаньон.

— А где он сам? — спросил Сакатов.

Игорь кивнул в тёмный угол. Там что-то лежало. Мы с Сакатовым пошли к тёмному силуэту и, когда он осветил то, что лежало у стены, мы с ним невольно отшатнулись. Я прикрыла глаза, чтобы прийти в себя, и только тогда, когда мой сердце снова начало стучать