Тени Авалона - Алексей Олейников

– Ну, ты преувеличиваешь, – пробормотал фокусник. – Тадеуш хороший мальчик, он много расскажет и покажет…

– Боги, что это за имя?! – возопила Дженни. – Мало мне конвойного, так и имя у него, как у сантехника! За что, Марко, за что?!

Она уронила голову на руки.

– Миа кара, все не так страшно, – подбодрил Марко. – Тебе понравится. У меня дел много, я экскурсию организовать не смогу.

Дженни залпом допила кофе. Ей хотелось запустить бокал в пропасть. Гуляло в ней, бродило злое, шальное, едкое.

– Тебе надо отдохнуть, – продолжал Марко. – А я буду собирать информацию и анализировать. Так мы сможем понять, что задумал Фреймус и откуда у него сила создавать одержимых. Я предпринял некоторые шаги… Пока Фреймус будет разбираться с претензиями Великого Совета, мы узнаем о его планах. Главное, что ты в безопасности.

– Я-то да, а вот остальные нет! – возмутилась Дженни. Все-таки бокал так и просился вниз, оттягивал ладонь. Дженни отодвинула его от греха подальше. – Дьюла, Роджер, Эдвард и Эвелина. Если ты забыл их, то я не забыла! Кто говорил, что Магус своих не бросает?

Дед прикрыл глаза, словно слушал не ее, а ветер, приносящий чужие слова.

– Я говорил. Но это не одна битва, это долгая война. А на войне бывают отступления, обманные маневры, неожиданные нападения…

– И сдача своих?

Дед постучал пальцами по обложке. Звук был жесткий.

– Если бы не влез Фреймус со своей глупой затеей, ты бы все узнала в свое время. Ничего бы не случилось. А теперь ребятам приходится скрываться. После провала штурма мы решили, что лучше всего залечь на дно, ведь по их следу были пущены одержимые.

– Значит, сидеть и ничего не делать? – Дженни расстроилась. – Это неправильно.

Дед помедлил, потом сказал:

– Кое-что делать все же придется. Мне потребуется твоя помощь. Скорее всего, Высокий Суд призовет к ответу не только Фреймуса как виновника атаки на наш цирк, но и меня.

– За что?! – Девушка всплеснула руками и смахнула-таки многострадальный бокал. Дженни подскочила, но так, для галочки – понимала, что не успевает его поймать.

Марко щелкнул пальцами.

Порыв ветра ударил с моря – сильный и резкий, какой обычно бывает во время бури, такого не ждешь в расслабленный тихий вечер, неоткуда ему взяться. Ветер пронесся над цветами в кашпо, расставленных вдоль ограды, сгреб в незримый кулак лепестки, закрутил бокал, и тот замер на самом краю стола.

Фокусник поставил его перед девушкой. Дженни прислушалась – стекло еще звенело от удара ветра, воздух бродил в стеклянной полости, как очумевший прохожий после ограбления.

– Это самый крутой фокус в твоем репертуаре, – призналась она. – Так за что тебя отдавать под суд? За то, что мы пытались отбить Калеба? За то, что мстили за подлое нападение?

– Нападение на Фреймус-хаус нам бы списали. Но то, что я отдал Синюю печать Фейри колдуну, не простят.

Дженни поняла, чего не хватает в облике деда. С самого раннего детства она помнила его руки, длинные пальцы с тонкими венами и…

– Синяя печать – это твой перстень? – догадалась она. – У тебя была одна из семи этих самых печатей, которыми закрыты Врата Фейри?! И ты молчал? Ее же надо было спрятать в море на глубине четыре километра в свинцовом саркофаге!

– Нужна была приманка. Чтобы СВЛ арестовала Фреймуса и переместила на Авалон. Когда Ловцы взяли темника, печати при нем не было. Ее унес Калеб. Он единственный, кто ускользнул при захвате… как и ожидалось.

– То есть ты это спланировал?!

– Пока темник на Авалоне, его организация обезглавлена. Я опасался его куклы[31], Клауса Хампельмана, но если он сгинул в Норвегии, то задача Калеба облегчается. Он сможет выяснить планы колдуна, пока мы удерживаем того здесь.

– Суд нужен, чтобы задержать Фреймуса… – нахмурилась Дженни. – Это значит, что он в результате выйдет на свободу?

Дед постучал пальцами по столу:

– Не хочу тебя обнадеживать, но, скорее всего, будет именно так. Он слишком большая шишка, Великий Совет не захочет портить отношения с темниками. В конце концов, из-за его действий никто даже не погиб.

Дженни стиснула зубы. Все, что она пережила, что пережили ее друзья, ничего не стоит?!

– Смотри на несколько ходов вперед, – успокоил ее дед. – Он избежит наказания сейчас, но все его планы пойдут прахом. Это куда более изощренная месть.

Дженни нехотя согласилась:

– Все-таки взрослые слишком жестоки. Мне бы хватило, если бы он получил пожизненное в самой страшной тюрьме, какую можно отыскать. А что грозит тебе?

– О, об этом не беспокойся, – отмахнулся дед. – Мою защиту ведет сама Юки Мацуда, глава СВЛ. Все обойдется штрафом или условным сроком.

Дженни закусила губу. Все здорово, все складывается, но что-то ее тревожит…

– Тогда что потребуется от меня?

– Когда Калеб добудет доказательства его преступлений, тебе придется отправиться во Внешние земли и встретиться с ним.

– Мне?! Почему мне?

– Потому что никому другому Калеб не доверяет. Для Ловцов он очередное чудовище, которое надо поймать и изолировать в экзопарке. А без доказательств мы не сможем засадить Фреймуса.

Дженни задумалась:

– Я сюда еле доплыла, как же выберусь? И как узнаю, что Калеб нашел улики?

– Об этом не беспокойся, Юки тебе поможет.

– Я бы хотела с ней познакомиться. Раз мы вместе должны вытаскивать тебя из тюрьмы.

– Думаю, от знакомства тебе не отвертеться. – Дед поднялся. – Что-то свежеет. Ты не хочешь прогуляться по Башне?

С моря дул пронизывающий ветер. На горизонте за кругом вечного солнца и голубого неба мимо Авалона (а казалось – на приступ) шел грозовой фронт.

…Уже уходя по тропинке вверх, к подножию Башни Дождя, где, по словам деда, есть «отличный короткий путь», она обернулась на кафе «Последняя песня».

Хозяйка кафе Сирена – высокая черноволосая красавица, стояла, опираясь на перила. Она смотрела на бурю, которая шла мимо острова Авалона, и сильный ветер рвал и все никак не мог вырвать у нее из рук белое полотенце.