Рунный маг Системы 3 - Артем Бах

Я вспомнил паукообразных големов, которые однажды напали на меня и Вадика ещё на первом уровне. На тот момент они показались мне крайне неприятными противниками.

— А я думал, что это големы боевого типа, — задумчиво произнёс я.

— Вовсе нет, — капитан отрицательно покачал головой. — Но пауки очень юркие, подвижные, могут прыгать, могут пролезать в достаточно узкие отверстия. Они идеальные шахтёры, но сражаться тоже способны, а их нестандартный стиль боя нередко застаёт врасплох неподготовленных игроков.

— Они сами-то шахты не обрушают? Или пауки ещё и опоры устанавливают?

— Не устанавливают. Их тоннели действительно крайне ненадёжны. Если среди големов и были строители, то либо они все остались где-то наверху, либо давно вымерли. Легионеры на таких не наталкивались.

— Было бы интересно повстречать такого…

— Тебе сейчас лучше думать не о строителях, а о пауках: если увидишь дыры в склоне плато или же глубокие ямы в земле, то смотри, как бы из них никто на тебя не набросился.

Несмотря на свои предупреждения, сам Вендиго выглядел весьма расслабленным. Похоже, что он не считал пауков большой угрозой и попросту хотел попробовать меня запугать, а может быть, проверял на наличие арахнофобии. На всякий случай я оставался начеку и внимательно следил за скалами, но страху не поддавался. Мне уже приходилось побеждать монстров на два порядка страшнее.

Через полчаса пути Вендиго неожиданно остановил меня коротким жестом руки. В этот раз капитан обнаружил источник опасности раньше меня: им являлись металлические фигуры, едва различимые за хвоей деревьев. Фигуры не шевелились и с нашей позиции не опознавались Системой.

Пока Вендиго внимательно их разглядывал, я активировал истинный взор и проверил металл на наличие какой-либо магической энергии. Я увидел крайне слабые, едва различимые голубые ауры, которые не могли принадлежать живым големам.

— Думаю, опасности нет, — шёпотом произнёс я. — Кто-то справился здесь до нас.

— Тогда подойдём поближе, — ответил капитан. — Не расслабляйся.

Мы аккуратно подкрались к фигурам и увидели останки шестерых големов-пауков, о которых говорили совсем недавно. Лапы большинства истуканов были сломаны, а туловища пробиты острым предметом. Отверстия в телах двоих големов и вовсе были сквозными. Все кристаллы маны у пауков оказались извлечены, как и большинство наиболее ценных деталей.

— Игроки, — озвучил я свой вердикт. — Ну или герои.

— И довольно сильные, — Вендиго склонился над одним из пауков и внимательно осмотрел проделанное в нём отверстие. — Обычный человек так ударить не сможет… Похоже на копьё.

— Думаешь, это работа Гоплитов?

— Скорее всего. Другие игроки редко используют копья против големов, а уж с такой выдающейся силой игрок практически наверняка принадлежит к какому-нибудь влиятельному клану.

— И что это означает для нас? Нам стоит разворачиваться?

Вендиго нахмурился и, погрузившись в задумчивость, потёр свою бороду.

— Нет, — рассудил он спустя некоторое время. — До Фермопил ещё далеко, а Гоплиты обычно не отправляют разведчиков на третий уровень. Я думаю, что это дезертиры.

— Дезертиры? — удивился я. — Разве это не делает их ещё более опасными для нас? Другие гоплиты хотя бы связаны договором о перемирии между вашими кланами.

— Это так, да… Всё зависит от того, по какой причине эти игроки дезертировали. Если они разочаровались в своём клане, то с такой силой они могут стать неплохими новобранцами легиона.

— Неплохими — это ещё слабо сказано. Я видел, как слаженно сражаются рядовые гоплиты, а уж сильные члены клана должны быть первоклассными воинами… до тех пор, пока на их головы не свалится удильщик.

— И всё же на большее я не рассчитываю, — сказал Вендиго, скрестив руки на груди. — Каковы бы ни были причины их дезертирства, полностью доверять таким воинам нельзя. Предавший однажды предаст вновь.

— На твоём месте я бы не был настолько категоричен. Сам же рассказывал мне про глупые решения предводителя Гоплитов, а также про то, скольких людей он бросил на убой.

— Я не оправдываю их предводителя, но воин, который нарушил приказ и покинул свой пост, ненадёжен.

— Мы же говорим в первую очередь о людях, а не о воинах, — возразил я. — А люди имеют право сомневаться, особенно когда на кону стоят их жизни.

— Нет, Вальдер, это не так. Люди здесь не выживают, выживают воины. А вставая на путь воина, ты должен быть готов идти по нему до конца. Впрочем, я тебя услышал. Ты будешь участвовать в переговорах.

— Это ещё одно испытание? — догадался я.

— Скорее небольшая проверка. Мне интересно посмотреть на то, какие из моих уроков ты усвоил, а какие ещё нет.

Мне и самому это было интересно. Я довольно быстро учусь, но ученик из меня весьма упрямый. Не все принципы легиона мне близки, но сейчас я вынужден под них подстраиваться, так как на кону всё ещё стоят моя жизнь, жизнь Вадика и жизнь Микары. И такая ставка вполне способна заставить меня переступить через себя.

Глава 8

Воины

У меня нет каких-либо навыков, ни системных, ни личных, которые помогали бы эффективно выслеживать неизвестных мне людей, но высокое восприятие позволяет подмечать маленькие детали. Здесь небольшой кровавый след на древесной коре, в нескольких метрах за ним — обрывки бинтов и блестящая на свету выброшенная хирургическая игла. Ветки некоторых деревьев обломаны, а вот тут чей-то сапог угодил в грязищу и оставил след, по которому можно пройти ещё пару десятков метров.

Так шаг за шагом, деталь за деталью мы преследовали отряд дезертиров. Гоплитов было минимум трое, и так как по крайней мере один из них был весьма силён, переговоры придётся проводить с большой осторожностью. Одно неверно сказанное слово может обратить этот отряд против нас, а мне вполне хватило и одного опыта противостояния гоплитам.

Мы продолжали идти по следу на протяжении получаса и в какой-то момент уже подумали, что сбились с пути. Однако затем мы набрели на ещё одно поле боя, которое разуверило нас в обратном. Четверо волкоподобных демонов плоти, которые наверняка принадлежали к стае Ральхафа, были заколоты копьями и оставлены гнить под кронами деревьев. Их грудные клетки были вскрыты, а кристаллы маны извлечены.

— Что мы будем делать, если эти дезертиры всё же решат на нас напасть? — спросил я