Граф Мечников - Василий Сахаров

– Что такое альмугавар?

– Раньше, во время Реконкисты, так звали горцев из Каталонии, Арагона и Наварры. Они вооружались дротиками и короткими мечами и ходили в разведывательные рейды на территорию мавров. Очень сильные и злые воины были. Я даже немного их древнюю боевую песню помню: «Мы вынесем усталость, дожди, снег и жару. И если сон настигнет нас, как кровать, мы будем использовать нашу землю. И если мы проголодаемся, то съедим сырое мясо. Проснитесь! Вперёд! Быстро и неотразимо, словно молнии, нападайте на вражеский лагерь, где много добычи! Вперёд, альмугавары – воины гор! Давайте пойдём туда, чтобы накрошить мяса, ибо дикие звери голодны всегда».

– Ну а к данному человеку, – кивнув на Роберто, спросил я, – это прозвище какое отношение имеет?

– Сейчас альмугавар – это определение высокопрофессиональных наёмников, которые в одиночку бродят по всей Испании от одного редкого поселения людей к другому и за немалую плату предлагают свои услуги. Очень крутые ребята, которых все боятся и уважают, а дикари их просто ненавидят, потому что они уничтожают этих тварей без разбору, не щадя ни женщин, ни детей.

– И откуда ты про них столько знаешь?

– С детства мечтал альмугаваром стать. Прибиться к какому-нибудь одиночке в ученики и пойти с ним по всему Пиренейскому полуострову бродить.

– Теперь твой интерес становится понятным. Ну что же, спроси этого вольного наёмника, как он в этих краях оказался, почему к нашей разведгруппе вышел и что желает сообщить.

Переводчик задал альмугавару вопрос, и тот ответил:

– Полтора месяца назад меня наняли жители городка Арзуа, которые с дикарями воевали, и, когда их разбили, по автостраде А-9 я увёл группу беженцев на соединение с людьми из Мелиды. Невдалеке от Ла-Коруньи встретил ваших воинов, людей бросить не мог, моё слово крепкое, и я сдался вместе с ними. Здесь встретил мелидцев, значит, моя миссия выполнена, и теперь я хотел бы наняться в ваш отряд.

– Странно, а я считал, что ты хочешь информацией поделиться.

– Возьмёшь на службу, многое тебе расскажу, не пожалеешь.

– Что умеешь и сколько хочешь получить?

На ходу наёмник принял горделивое выражение лица и произнёс:

– Я воин и умею всё. А в оплату хочу хорошее оружие. – Он указал на мой «абакан», который висел за спиной, и «стечкин» на портупее. – Килограмм золота ежемесячно, патронов, сколько мне надо, еду с твоего стола и двух женщин, каких сам выберу.

– Да ты с претензиями, наёмник, – усмехнулся я и, окинув его смешливым взглядом, ответил: – Нет, в твоих услугах мы не нуждаемся.

– Проверь меня сначала! Ты просто не знаешь, какой я рукопашник и сколько в моей голове ценной информации, которая может тебе пригодиться!

Как раз в этот момент на небольшой придорожной полянке с чистым источником отряд остановился на привал, и, скинув с плеча автомат, я махнул рукой немного в сторону, на открытое пространство, и сказал:

– Пойдём проверим, каков ты в деле, а то языком трындеть, как правильно говорится в одной древней присказке, не мешки ворочать.

– Неужели сам выйдешь? – удивился альмугавар.

– Выйду.

Наёмник скинул куртку и, последовав за мной, ухмыльнулся и произнёс:

– Если победа будет за мной, то берёшь меня на службу ровно на год со всеми моими условиями.

– Только женщин тебе не обещаю, они не рабыни.

– Идёт.

– Конечно идёт. Вот только если я выиграю эту схватку, то ты станешь моим рабом. На один год. И все двенадцать месяцев будешь мне служить за еду, кров и одежду.

– Принимается, – на миг заколебавшись, всё-таки согласился Роберто.

Видя, что намечается схватка, вокруг пятачка метров десять на десять, где мы с альмугаваром остановились один против другого, сгрудились зрители, вперемешку беженцы и разведчики. Какое-никакое, а развлечение, в котором местные жители могут посмотреть на схватку нового владетеля Ла-Ферроля с «легендарным» наёмником. Ничего, пускай полюбопытствуют, мне чужое внимание не мешает, а осрамиться я не боюсь, так как реально сильней Роберто, который наверняка боец знатный, но до уровня большинства моих воинов ему ещё расти и расти.

Диего Миронес отошёл от нас в сторону и, резко взмахнув рукой, что-то выкрикнул, видимо, просигналил начало схватки. Однако мы с Роберто кидаться в бой не спешили, а мерялись взглядами. Глаза в глаза, кто сильней. Так проходит не менее минуты, и наёмник не выдерживает первым. Он делает три быстрых мелких шажка, приближается ко мне и, подпрыгнув в воздух, пытается достать меня правой ногой в голову. Чего-то подобного я от него и ожидал. Поэтому отступил в сторону и сделал шаг в направлении его полёта. И как только, ловко перекатившись по траве, он вскочил на ноги, отработал классическую боксерскую «двоечку» – левой в челюсть, правой в корпус. Мои удары достигли цели, и Роберто зашатался. Однако сразу вырубить противника у меня не получилось, то ли удар в челюсть смазал, то ли наёмник слишком крепкий орешек. А он отмахнулся от меня простой открытой ладонью, которая с такой силой прошлась по моей левой щеке, что от боли и неожиданности я отпрыгнул назад.

– А-а-а!

Над полянкой разносится крик альмугавара, и он бросается на меня. Но снова я отступаю в сторону и подсечкой сбиваю взбешённого и потерявшего над собой контроль Роберто наземь. Наёмник снова вскакивает и в этот раз летит на траву от сильного прямого удара ногой в грудь Я чувствую, как под моим берцем проминается грудная клетка наёмника, и понимаю, что теперь он встать не должен, по крайней мере в ближайшие пять минут точно, и оказываюсь прав. Роберто уже не до схватки и, прижимая к телу ладони, он нелепо раззявил рот и пытался вобрать в себя воздух.

– Командир, вы его не убили? – спросил обеспокоенный Миронес.

– Не должен, я меру знаю, так что он сейчас отлежится и снова пойдёт.

И действительно, вскоре альмугавар смог встать, сначала на карачки, затем на колени, а там и во весь рост поднялся. Правда, тут же согнулся, потирая ушибленную грудь. Привал к тому времени как раз закончился и вместе с переводчиком, подойдя к Роберто, я поинтересовался:

– Как ты, воин?

– Нормально, – с трудом выдохнул он.

– Наш договор в силе?

– Да. Всё по чести было. Проиграл, и слово своё сдержу.

– Ну тогда пошли потихоньку, а по дороге расскажешь, где бывал и что видел. Мне ведь интересно, как тут у вас люди живут.