Безумная звезда - Терри Пратчетт

– Гораздо больше, – медленно ответил астролог.

– Даже больше, чем голова Великого А'Туина?

На астролога было жалко смотреть.

– Больше, чем Великий А'Туин и Диск вместе взятые. Мы проверили, – торопливо добавил он, – и совершенно уверены в своих выводах.

– Да, она действительно большая, – согласился Траймон. – На ум приходит слово «огромная».

– Массивная, – поспешил подтвердить астролог.

– Гм-м.

Траймон принялся расхаживать по мозаичному полу обсерватории, на котором были изображены знаки зодиака Плоского мира. Их было шестьдесят четыре, начиная с Визена, Двуглавого Кенгуру, и заканчивая Гахули, Вазой с Тюльпанами (созвездие величайшей религиозной значимости, суть которой в наше время, увы, забыта).

На голубых с золотом плитках Гиены Маббо он задержался и неожиданно обернулся.

– Мы врежемся в нее? – спросил он.

– Боюсь, что да, господин, – ответил астролог.

– Гм-м.

Траймон, задумчиво поглаживая бороду, сделал несколько шагов и задержался на стыке Купца Окджока и Небесного Пастернака.

– Я не специалист в этих вопросах, – сказал он, – но я так представляю, к добру это не приведет.

– Да, господин.

– Они очень горячие, эти звезды?

Астролог сглотнул.

– Да, господин.

– Мы все сгорим?

– В конце концов. Разумеется, этому будут предшествовать дискотрясения, приливные волны, нарушение гравитации, и, возможно, Диск полностью лишится атмосферы.

– Ага. Одним словом, полное отсутствие приличной организации.

– Можно сказать и так, господин, – посомневавшись, уступил астролог.

– Начнется паника?

– Боюсь, очень будет длиться недолго.

– Гм-м, – в третий раз произнес Траймон, минуя Возможно Ворота и плавно сворачивая в сторону Райской Коровы. Он снова вгляделся в багровую точку на горизонте и, похоже, пришел к какому-то решению.

– Мы не можем найти Ринсвинда, – объявил он. – Не обнаружив Ринсвинда, мы не найдем восьмое Заклинание Октаво. Но мы считаем, что Октаво должен быть прочитан, чтобы отвести катастрофу, иначе Создатель не оставил бы его здесь.

– Но, может, он оставил его просто по рассеянности, – предположил астролог.

Траймон бросил на него свирепый взгляд.

– Другие ордена прочесывают все земли отсюда и до Пупа, – продолжил он, загибая по очереди пальцы, – поскольку вряд ли человек может влететь в облако и не вылететь оттуда…

– Если только облако не набито камнями, – вставил астролог в жалкой и, как выяснилось, совершенно безуспешной попытке пошутить.

– Но опуститься он где-то должен. «Где?» – спрашиваем мы себя.

– Где? – преданно повторил астролог.

– И тут перед нами вырисовывается программа действий.

– А-а, – откликнулся астролог, пускаясь бегом в попытке не отстать от волшебника, который шагал по Двум Толстым Кузенам.

– Эта программа заключается в том, чтобы…

Астролог посмотрел в глаза, серые и неумолимые, как сталь.

– Э-э… прекратить поиски? – догадался он.

– Вот именно! Мы пускаем в ход те способности, которыми наделил нас Создатель, мы опускаем взгляд – и что же мы видим?

Астролог мысленно застонал и опустил голову.

– Плитки? – наобум высказался он.

– Плитки, да, которые вместе составляют…

Траймон принял выжидающий вид.

– Зодиак? – рискнул доведенный до отчаяния астролог.

– Правильно! Поэтому все, что нужно, – это составить для Ринсвинда гороскоп, и нам станет точно известно, где он находится!

Астролог ухмыльнулся как человек, который, отплясывая чечетку на зыбучих песках, вдруг почувствовал под ногами твердый камень.

– Мне понадобится точное место и время его рождения, – сказал он.

– Это легко. Прежде чем подняться сюда, я скопировал их из университетского личного дела.

Астролог посмотрел на записи и наморщил лоб. Пройдя через комнату, он выдвинул широкий ящик, заполненный схемами и таблицами. Перечитал записи. Взял со стола пару замысловатого вида компасов и проделал над таблицами несколько пассов. Поднял маленькую медную астролябию и осторожно провернул ее. Что-то просвистел сквозь зубы. Схватил кусок мела и быстро написал на грифельной доске несколько цифр.

Траймон тем временем смотрел в окно на новую звезду. «Легенда, записанная в пирамиде Цорта, гласит, что тот, кто произнесет Восемь Заклинаний, когда Диск будет в опасности, получит все, что пожелает, – думал он. – И это случится так скоро!»

«Я помню Ринсвинда, – продолжал размышлять он. – Это тот лохматый парнишка, который, когда мы учились, всегда был самым последним в классе! Магии в нем ни на грош. Дайте его сюда, и посмотрим, сможем ли мы собрать все Восемь…»

– О боги! – шепотом сказал астролог.

Траймон резко обернулся.

– Ну?

– Замечательный гороскоп, – замирающим голосом отозвался астролог и нахмурил брови. – Только очень странный.

– В чем же его странность?

– Ринсвинд родился под знаком Занудной Группки Тусклых Звезд, которая, как ты знаешь, лежит между Летающей Мышью и Веревочкой С Узелками. Даже Древние не могли сказать ничего интересного об этом знаке, который…

– Да, да, давай дальше, – раздраженно поторопил его Траймон.

– Это знак традиционно ассоциируется с профессиями изготовителей шахматных досок, торговцев луком и производителей гипсовых бюстов небольшой религиозной значимости, а также с людьми, страдающими аллергией на слово. Волшебники под этим знаком просто не рождаются. И в час рождения Ринсвинда тень Кори Челести…

– Меня не интересуют технические детали, – прорычал Траймон. – Прочти мне его гороскоп, и все!

Астролог, который получал от своего рассказа немалое удовольствие, вздохнул и проделал кое-какие дополнительные расчеты.

– Ну хорошо, – сказал он. – Звучит гороскоп так: «Сегодняшний день идеален для того, чтобы заводить новых друзей. Доброе дело может иметь неожиданные последствия. Не выводите из себя друидов. Вы скоро отправитесь в странное путешествие. В еде вам не повезет с маленькими огурчиками. Люди, угрожающие вам ножом, вероятно, задумали что-то недоброе. Постскриптум. Насчет друидов мы серьезно».

– Насчет друидов? – переспросил Траймон. – Интересно…

* * *

– С тобой все в порядке? – поинтересовался Двацветок.

Ринсвинд открыл глаза.

Поспешно сев, волшебник схватил туриста за рукав.