Бегство от Бессмертия - Алекса Марина

– Когда я стану вампиром, я покусаю тебя! Нет! Я переломаю тебе кости!

Филипп церемонно поклонился:

– Буду рад предоставить тебе эту возможность, приятного отдыха.– Он послал мне воздушный поцелуй, а когда я сжала кулаки от возмущения, с легкой улыбкой исчез.

На следующий день я сидела в своей комнате перед зеркалом и расчесывала волосы. Это хоть как-то отвлекало меня от напряжения, вечером должен произойти ритуал обращения. И мне почему-то очень хотелось запомнить себя человеком

Послышался знакомый вздох. Не оборачиваясь, я позвала:

– Филипп, не прячься, я знаю, что это ты, садись. – Я указала на стоящий рядом стул.

– Откуда ты знаешь, что это я? – вампир материализовался почти рядом со мной, постоял за спиной, видимо нагнувшись, я слышала его дыхание на своем затылке, но не видела его в зеркале, и присел, глядя на меня внимательными бархатными черными глазами.

– Во-первых, только ты можешь так тоскливо вздыхать, а во-вторых, в этом замке только тебе не нужно мое разрешение, чтобы войти в мою комнату, я бы сказала, что ты бесцеремонен, но…

– Все так просто!

– Как видишь, – я опять уставилась в зеркало. Мы, молча, сидели около четверти часа. Мой молчаливый гость убрал прядь моих волос, скрывающую глаза от него:

– Дельфина, ты очень красивая…

Я невесело улыбнулась:

– Правда? Боюсь, я больше этого не увижу.

Филипп удивился:

– И поэтому ты грустишь? Все не так страшно, твои чувства будут другими, более тонкими, совершенными, люди не увидят тебя в зеркале, а ты сможешь! И это все свои страдания?

– Нет, послушай, что будет вечером? Это очень страшно? Скажи.

На лицо вампира прилипла маска отрешенности:

– Не проси меня, я не могу тебе сказать, никому нельзя говорить. Просто ничего не бойся. Знай, ты самый лучший кандидат. Ты все пройдешь!

– Я думала, ты пришел меня подготовить и поддержать…

– Да, я пришел поддержать. Мне нельзя будет видеть тебя и быть с тобой в течение всех испытаний. Поэтому я пробрался сейчас. Дели, ничего не бойся.

– Да, ладно, – я разочарованно отмахнулась.

Филипп встал:

– Я должен уйти. Запомни, ничего не бойся.

Поцеловал меня в макушку, и, не мелькнув в зеркале, исчез. Его присутствие мало помогло, а может и наоборот, расстроило меня. После его ухода, на глаза навернулись слезы. Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не зареветь в голос. Было ли мне страшно, я не знаю, а вот тоскливо было точно. Я не боялась становиться вампиром, я боялась перестать быть человеком, так как именно человеком я была все восемнадцать лет.

Конечно, бессмертие давало кое-какое преимущество, но оно и отбирало человечность, чувство ощущения времени, когда человек живет здесь и сейчас, да и все остальные чувства.

Наблюдая за вампирами, я видела их бесстрастность и невозмутимость, они как бы находились над миром, а не в нем. А я просто хотела жить и наслаждаться жизнью.

Рядом опять раздался знакомый вздох и опять прохладные руки вытирали мои слезы:

– Дельфина, прости, я тебя опять обидел. Ты боишься, что будет больно?

– Нет, я боюсь быть вампиром. – Я отодвинулась и вытерла слезы. Мне было неудобно, что он застал меня плачущей.

– О, – Филипп округлил глаза, – ты боишься быть вампиром? – повторил он за мной.

– Я обязательно должна быть обращенной?

Его лицо стало несчастным:

– Ты не хочешь быть вампиром? Но мы не сможем пожениться, если ты останешься человеком.

Я пожала плечами, я думала о нежелании стать бессмертной, но не о бракосочетании.

Но Филипп продолжал делать свои выводы:

– Ты не хочешь выходить за меня замуж!

Мои слезы давно высохли, и я с недоумением наблюдала за мыслительным процессом своего жениха. Как только он закончил последнюю фразу, сорвался с места и стал метаться по моей комнате, что-то бормоча.

Вы когда-нибудь пробовали наблюдать за снежинкой в метель, или за листопадом в сильный ветер. Нужный для вас объект, мелькнул и растворился среди тысячи таких же, а если мелькает тысяча? Вот и Филипп, был одновременно везде и мелькал так, что у меня закружилась голова, я вскочила и заорала:

– Остановись, хватит!

Он замер, моментально превратившись в статую, и уставился на меня.

– Дели, я не могу… нет, я не хочу, заставлять, тебя… – и он растворился.

Я сидела совершенно растерянная, сбитая с толку навалившимися на меня проблемами. Обращение, свадьба, жених-вампир с тараканами в голове, тут есть от чего сойти с ума.

В голове мелькнула спасительная мысль – Седрик! Пока я еще человек, я подойду и познакомлюсь. Не страшно, что он меня не помнит, я напомню, я расскажу…

А если вампиры не захотят меня отпускать? Он – Маг, он сможет защитить… А если нет? Тогда к черту такую жизнь, пусть съедят. Вряд ли они будут меня мучить, они умеют убивать тихо и не больно. Кто меня будет есть, мне совершенно безразлично, мой жених или его отец, Альберта здесь нет, уже хорошо.

Я поднялась, и полная решимости выглянула в коридор. В коридоре было темно, кое-где на стенах мерцали светильники, создавая видимость освещения. Я накинула темную юбку и платок, с улицы тянуло ночной свежестью, и выскользнула наружу.

Совершенно не думая о том, что в замке полно других вампиров, прибывших на обряд обращения, и среди них были молодые, которые могла запросто поужинать мной, болтающейся без охраны, я спустилась вниз и выскользнула из ворот.

Сказать, что я быстро бежала, ничего не сказать, я неслась. Ветки кустарников хлестали меня по лицу, платок остался где-то, сдернутый упрямой сухой корягой, на которую я налетела в темноте, перепрыгивая через ручей.

Я остановилась, когда в легких совсем не осталось воздуха, ноги гудели. Я просто рухнула в траву у подножия какого-то дерева. Было темно, безветренно и очень тихо. Эта тишина давила….

– Тебе действительно так противна мысль, что ты будешь вампиром, или есть еще какие-нибудь причины? – раздался рядом знакомый мягкий голос.

От неожиданности я заорала, заметалась в поисках места, откуда исходил этот голос.

– Прости, я опять напугал тебя. – Филипп присел недалеко от меня на траву, – Я очень стараюсь быть тихим, но, ничего не получается. Скажи, что я должен сделать, что бы ты меня не боялась?

Сумерки были виноваты в том, что внешность Филиппа изменилась, глаза пустые и черные, а лицо белое и холодное.

– Оставь меня в покое! Пусть все оставят меня в покое! Дайте мне уйти и жить своей жизнью!

– Ты умеешь жить другой жизнью? Что ты знаешь о жизни за станами замка? Ты владеешь каким-то ремеслом? У тебя есть деньги, дом, где ты будешь жить? Ты даже не доберешься до города, ты знаешь, сколько бандитов и других отщепенцев бродит по дорогам и улицам в поисках легкой добычи, какой сейчас будешь ты? Ты хочешь умереть?