Укрощение строптивой... ведьмы - Кира Стрельникова

— Почему? — прямо спросил он, а в следующий момент, не дав мне ничего ответить, шагнул вплотную, пробормотав: — Да к черту.

Я оказалась не готова к тому, что меня самым наглым образом обнимут, прижмут спиной к стене и крепко поцелуют. Настойчиво и властно, так, что не отказаться, не оттолкнуть и не остаться равнодушной. Что-то внутри откликнулось, опалило чувственной вспышкой, потянулось навстречу, и прежде чем смогла сообразить, что вообще происходит, подалась вперед и ответила. Правда, сначала чувствительно прикусила наглую губу, посмевшую без моего разрешения позволить себе такие вольности, и немедленно получила за вредность. Пальцы Алекса зарылись в мои волосы на затылке, сжали пряди и слегка оттянули, заставив выгнуться навстречу, язык решительно проник в рот, и мой протестующий возглас так и остался невысказанным. На меня как права заявляли, не давая возможности вздохнуть, и последние остатки упрямства превратились в пепел под горячим ветром желания, взметнувшимся из глубины души. Не знаю, сколько длилось это сумасшествие, от которого у меня все волоски встали дыбом и сердце зашлось в сумасшедшем ритме. Алекс отпустил меня только тогда, когда я окончательно расслабилась, признав поражение. Временное, очень надеюсь. Опускаться до вульгарной пощечины не стала, но моментально уперлась ладонями ему в грудь, как только получила возможность говорить. Обнимать меня Ружинский не перестал, и моя спина по-прежнему прижималась к стене.

— Ты так и не сказал, зачем следил за мной, — чуть хриплым голосом произнесла я, будто ничего и не случилось.

Хотя тяжелое дыхание выдавало с головой. Но черта с два я буду млеть всего от одного поцелуя, тем более когда меня не спрашивали, хочу или нет целоваться с демоном посреди улицы!

— Приедем ко мне, расскажу. — Ох, совершенно неожиданно от низких, рокочущих ноток в голосе Алекса у меня коленки подогнулись.

Какой, однако, сексуальный голос, кто бы мог подумать! На свою беду я посмотрела ему в глаза… и пропала в завораживающей бездне цвета пережаренного кофе. Там медленно кружились в хороводе огненные всполохи, утягивая за собой и отключая разумную часть сознания. Каким-то непостижимым образом меня тянуло к демону, и обрывки мыслей оформились в единственную, но четкую и однозначную: я его хочу. Пусть хотя бы на одну ночь, но хочу. Больше, боюсь, будет для меня слишком опасно… Я не была бы ведьмой, если бы так сразу сдалась на милость инстинктов, и потому упрямо и насмешливо ответила:

— Ты так уверен, что после одного поцелуя я все брошу и пойду с тобой? Однако…

И снова я не договорила. Второй поцелуй смял губы, стал жестче, грубее, и что удивительно, завелась я от него гораздо сильнее, чем от предыдущего. Низ живота моментально скрутило в узел, кости расплавились, а между ног знакомо заныло. Алекс впился в мой рот, будто душу хотел выпить, перехватил руки, и они оказались за спиной, а я — в совершенно беспомощном положении. Еще несколько упоительных мгновений я находилась где-то не в этом мире, позабыв и про гордость, и про характер — целовался Ружинский, надо признать, качественно, с гарантированной отключкой способности здраво мыслить. Интересно, он со всеми женщинами такой… напористый или я удостоилась особой чести?..

— Угроза насчет плеча остается в силе, — выдохнул он мне на ухо, оставив наконец в покое мои дрожащие и горящие от всплеска страсти губы. Жаркое дыхание, обжегшее шею, вызвало приступ головокружения. — Машина недалеко стоит. — Алекс бесстыдно прижался к моим бедрам, дав почувствовать силу его желания.

Поскольку на мне были джинсы, я оценила и невольно вспомнила слова бабули, отчего лицо вспыхнуло от стремительно прилившей крови. Ч-черт, я не рассчитывала на такое быстрое развитие событий!

— Ярка, мы же оба этого хотим, что за детский сад? — с хрипловатым смешком произнес Алекс, и так чувственно у него вышло, что я беззвучно охнула от могучего всплеска страсти, испарившего кровь.

Одежда стала тесной и неудобной, и то, с какой небрежной нежностью Алекс обозвал меня, вызвало новую волну бодрящих эмоций, от которых напрягшиеся нервы чуть ли не искрили. Действительно, демон прав. Ломаюсь, будто у меня никогда не было случайного секса после первой же встречи. Был, и не раз. И в некоторых случаях я даже оставалась довольна. Вопрос верности Колину не волновал вообще, ибо жили мы раздельно, и нас связывал только секс, больше никаких обязательств. Но если узнаю, что затащить меня в постель и было заданием Алекса… Я не знаю, что с ним сделаю, и бабулю подключу — месть дело благородное.

— Лучше бы твое желание имело естественные причины, а не подкреплялось авансом и последующей круглой суммой на счету, Сашка, — шепнула я в ответ, подавшись вперед, и несильно прикусила мочку Алекса.

Он фыркнул мне в ухо, отпустил руки и отошел, но только затем, чтобы ухватить ладонь и потянуть за собой.

— Я не соблазняю женщин за деньги, — весело известил Ружинский и подмигнул. — Не мой профиль, знаешь ли.

До его машины, темно-фиолетового «ситроена», мы почти бежали, и меня то и дело пробивало на нездоровый смех. Как студенты, честное слово. Тем не менее дверь мне Алекс все же открыл. Едва я устроилась на сиденье, он одним гибким движением скользнул на водительское место, и я мявкнуть не успела, как снова оказалась прижата сильным телом, на сей раз к сиденью. Очередной сумасшедший, жаркий поцелуй выбил все мысли из головы, я и не заметила, как мои руки оказались на плечах Алекса, прижимая ближе, а его ладонь проникла под пояс джинсов. Только почувствовав горячее прикосновение пальцев к пояснице, от которого по коже стрельнуло во все стороны острыми иголочками удовольствия, осознала, что, кажется, у кого-то терпение совсем на исходе. И судя по тому, как приглашающе изогнулось мое тело без всякого контроля с моей стороны, таких в салоне двое…

— Знаешь, вот экстремального секса в машине у меня еще не было, — хрипнула я, с некоторым трудом заставив Алекса дать мне возможность говорить. — А у тебя салон маленький и неудобный. Может, все же до постели доберемся?

Не сумела сдержать ехидные нотки, ну очень уж хотелось хоть как-то поддеть Ружинского. Где-то на самой границе сознания теплилось опасение, что из нас двоих лучше контролирует ситуацию он, а не я, и данный факт слегка напрягал. Ровно до того момента, как меня в очередной раз не награждали поцелуем. Черт, в самом деле опасный тип.

— Доберемся, — уверенно заявил Алекс, и его ладонь совершенно неожиданно провела по моей щеке медленно и нежно, вопреки тому огненному урагану, который я видела в его взгляде.

После чего он отстранился, завел машину, и через несколько мгновений мы неслись по ночным улицам Лондона, а я могла думать только о том, как же прозорливо утром надела любимый кружевной комплектик. Кстати, черного цвета. Интересно, Алекс заметит или, как большинство мужиков, проигнорирует, что надето на женщине, в стремлении добраться наконец до желанного тела?..