Эффект домино - Марина Мельникова

Дождь разошелся не на шутку, барабаня со страшной силой по крыше. Казалось, что прорвало небо, и вся скопившаяся за теплую зиму влага водопадом выливалась на изнывающую от жажды растительность.

Бриар ворочался в постели, как на раскаленной сковороде. Даже накатившее физическое утомление от схватки с бандитами и общением с Лиссой не приближало желанное забытье.

– Похоже, мой сон заблудился, – проворчал мужчина.

Наконец дремота начала овладевать им, и сон начал обнимать своими мягкими лапами уставшее тело. Первые сладкие сновидения уже парили в воздухе, отодвинув в дальние уголки мозга все проблемы сегодняшнего дня.

– Чем ты занимаешься? – прозвучал над ухом Бриара препротивный тоненький голосок.

– Чай пью, – зло пробурчал он, просыпаясь.

Домовой проигнорировал недовольство молодого человека и, съехав по подушке, преспокойно расположился на одеяле, сверкая бездонными глазами.

– Вот так всегда! – надулся он.

Бриар вздохнул:

– Сегодня не мой день!

Его друг, несмотря на показную обиду, уходить явно не собирался. Наоборот он удобнее расположился, стянув одеяло и соорудив из него нечто наподобие гнезда.

– Ну, чего ты хотел мне срочно сообщить? – сухо спросил Бриар.

– Мне плохо, – сообщил домовой, хлюпая тоненьким носом.

– Это хорошо, – ухмыльнулся мужчина. – Теперь плохо нам обоим.

Глазки домового непонимающе заморгали.

– Ты вредный, – констатировал он.

– Есть с кого брать пример, – зевая, пробурчал Бриар, – так, с чего тебе плохо-то? Опять с Марго не поладил?

Домовой недовольно заерзал и тихо пробурчал:

– Еще и зевает, когда с ним разговаривают.

– Я всегда зеваю, когда мне интересно, – ответил Бриар, зевнув еще шире.

– Ты что, жениться собрался? – спросил домовой, проигнорировав колкость.

Бриар аж подскочил, забыв о том, что несколько минут назад жутко хотелось спать. Домовой продолжил свои пространные рассуждения:

– Из всех твоих чувств я ощущаю только одно – чувство голода. Ты ее не любишь!

Он пространно махнул тоненькой ручкой и закатил глаза.

– Совсем недавно ты ругал меня за нерешительность! Непостоянный ты наш, – зло проворчал Бриар.

– Она всего лишь ищет грудь свободного героя, чтобы…

– Тебя внезапно на ночь глядя обеспокоили мои чувства? – перебил его Бриар.

Существо опять засопело, собираясь привести действенные аргументы. Но молодой человек прервал его мысленный поток:

– Сейчас сделали паузу и слушаем меня! – зло сказал он. – Либо тебе резко становится хорошо, и ты идешь спать, либо будет очень плохо, ты меня знаешь.

А в это время, когда Бриар разбирался с домашним духом, Аврора ходила из угла в угол. Похоже, что Морфей отправился по более важным делам, позабыв напоить своим зельем жаждущих.

Для Авроры день тянулся в мучительном ожидании. Только чего она ждала? Бриар стоял перед ее глазами, заслоняя собой все. Она ходила по дому, как раненое животное, усидеть на месте было невозможно. Думая о нем, она чувствовала себя так беспокойно и неловко, что яркий лихорадочный румянец не сходил с ее щек. Сейчас она была жалким опавшим листиком, подхваченным ураганом нахлынувших, неведанных ранее чувств.

– В записке я не указала время и место! – воскликнула она и с радостью от того, что нашелся выход, побежала за бумагой и ручкой.

Аврора удивлялась собственному безрассудству. Но у нее была одна цель – увидеть Бриара во что бы то ни стало. Женская интуиция подсказывала, что его тоже влечет к ней. Она чувствовала на себе его сжигающий взгляд, она помнила его сжатые ладони: он словно защищался от самого себя. Неужели не уймется тоска, сжигающая душу?

Аврора, схватив крошечный листок бумаги, написала несколько слов.

Они встретились днем на городской набережной. Зачем она так неосторожно, дерзко и легкомысленно в необузданном порыве примчалась сюда?

– Прости, Аврора, – вместо приветствия произнес Бриар, – во второй половине дня я должен увидеться с другом детства. Он привез известия от Орнеллы, сестры.

Они смотрели друг другу в глаза долгую минуту. Страшное волнение охватило девушку при звуках его голоса. Сейчас она и сама не знала, зачем пригласила его на встречу, и очень боялась вопроса: «Ты что-то хотела мне сказать?». Ведь Аврора хотела его просто увидеть, услышать его голос.

Бриар, посмотрев на растерянную, покрасневшую от волнения девушку, улыбнулся:

– Здесь недалеко есть неплохой ресторанчик, маленький, но чистый, да и хозяйская еда недурна. Если честно, я со вчерашнего вечера ничего не ел.

Аврора, оживившись, с радостью закивала в ответ. Они молча пошли вперед, девушка, чувствуя, что ее распирает счастье, взяла его под руку. Они шли по набережной. Молодые, высокие, прекрасно одетые – молодые люди подходили друг другу, как две половинки одного целого. Здесь на шумной набережной они выделялись из толпы, обращая на себя взоры окружающих.

– Знаете, мы с тетушкой часто здесь гуляли, – с улыбкой, погрузившись в воспоминания, тихо произнесла Аврора.

Улыбнувшись, Бриар напомнил:

– Мы ведь уже на ты?

– Да, забыла, – смущенно пробормотала она.

– Расскажи о том времени, – попросил Бриар, чувствуя, что непринужденный разговор поможет девушке окончательно расслабиться.

Аврора какое-то время молчала, словно вспоминая навеянное этими минутами детство.

– Мы с тетушкой выходили из особняка и присоединялись к толпе на набережной.

Аврора рассмеялась:

– Она страстно уверяла, что такие прогулки полезны для фигуры и цвета лица. У меня до сих пор перед глазами такие четкие картинки из детства. Вот, она говорит мне, что морской воздух надо вдыхать полной грудью, а вот ветер срывает ее шляпку, и нам приходится забыть о приличиях и рвануть за ней.