Мессия очищает диск - Генри Лайон Олди

То, о чем поведал ты: властные знаки тигра и дракона,[22]проявившиеся на руках преступников после смерти, дало новый толчок скудным мыслям бедного отшельника. Возможно, мы действительно на шаг приблизились к разгадке. Ведь искусство боя, которому не была обучена Восьмая Тетушка, но которое неожиданно проявилось в ней, сродни тому, что люди называют «Безумием Будды»! И поведение торговца Фан Юйши, покончившего с собой над уничтоженной им же тигровой орхидеей, свойственно скорее героям древности, нежели обычному торговцу сладостями. Не были ли эти двое орудиями в чьих-то руках? Орудиями, выращенными, быть может, еще в прошлой или даже более давних жизнях, когда на их предплечьях и появились вышеупомянутые знаки? Что, если кто-то из людей, бесов или небожителей (пока это не столь важно) нашел ключ к Закону Кармы и теперь безраздельно и безнаказанно пользуется им?! Ведь столь тонкий расчет, как тот, о котором ты мне поведал, невозможно сделать, не зная – вернее, не чувствуя наперед, куда протянутся от каждого нового узла нити судеб. А для этого… для этого обыденного знания недостаточно!

Как недостаточно его и нам, чтобы осознать причину надвигающегося на мир хаоса.

Ты принял два правильных решения, друг мой Бао: послал лазутчика в монастырь у горы Сун и пришел ко мне за помощью.

Все, что можно увидеть глазами, услышать ушами и осмыслить разумом или сердцем, узнает и поведает нам твой лазутчик.

Ну а мы попробуем тем временем иной способ. Он небезопасен, но другого выхода я не вижу.

Нам придется нанести визит Владыке Восточного Пика.

* * *

– Полагаю, ты хотел сказать – владыке Преисподней Яньло? – уточнил судья Бао, внимательно выслушав даоса.

– Я сказал именно то, что хотел сказать, друг мой Бао. Нам следует поговорить с Тем, в чьем ведении управа Перерождений и судьи загробного мира. А это и есть Владыка Восточного Пика, хозяин горы Тайшань, именуемой в народе Величайшей.

– А я-то всегда считал, что перерождениями ведает князь Темного Приказа, господин Яньло, – пробормотал себе под нос выездной следователь.

Но спорить с магом не стал, справедливо решив, что тому виднее. Несомненно, даосу было известно многое. Как, к примеру, Железная Шапка узнал о засланном в монастырь лазутчике, судья даже представить себе не мог, а потому почел за благо не заострять внимания на опасной теме.

– Но почему ты не сделал этого ранее, друг мой Лань? – поинтересовался он.

– На то было несколько причин, – неохотно отозвался Лань Даосин, налив и себе лечебной настойки. – Во-первых, до того как я услышал твою историю, я еще не был до конца уверен в необходимости такого рискованного шага. Во-вторых, как я уже говорил, это небезопасно – за все надо платить, и нельзя предугадать заранее, какую именно плату потребует Владыка. А отказываться или торговаться будет поздно. В-третьих… у нас, идущих по Пути Дао, свои отношения с мирами теней, демонов или духов; мы не всегда можем напрямую обратиться к их властелинам – нужен человек, который бы поручил нам это и от имени которого мы могли бы действовать. Кстати, такой человек будет подвергаться не меньшей опасности, чем, к примеру, я, – так что советую тебе еще раз как следует подумать, друг мой Бао, прежде чем решиться на подобный шаг! Ну и, наконец, для того чтобы попасть на прием к Владыке Восточного Пика, нам понадобится свежий покойник, умерший ненасильственной смертью, которого мы возьмемся сопровождать.

Судья ничего не успел ответить своему другу, потому что в следующий момент дверь в жилище даоса распахнулась самым непочтительным образом, и на пороге возникла растрепанная молодая женщина, вся в слезах, которая немедленно пала на колени при виде судьи и мага.

В этой женщине судья с удивлением и тревогой узнал служанку Мэйнян из собственного дома.

– Господин судья, господин судья! – пролепетала служанка с пола. – Ваш племянник… молодой господин Чжун… он только что умер!

И, выговорив это, она дала волю с трудом сдерживаемым рыданиям.

Судья и маг посмотрели друг на друга, и оба, не сговариваясь, слегка кивнули.

Оба поняли, что это – судьба.