Принц Дома Ночи - Франциска Вудворт

– Это как-то связано с тем, что о тебе закрыта информация?

– Том! – воскликнула я совсем больным голосом.

– Ты веришь, что я хочу тебе помочь?

– Да, – не задумываясь, подтвердила я.

– Ты обратишься ко мне за помощью, если понадобится?

– Нет, – так же не задумываясь, ответила я и взвизгнула, когда машина чуть вильнула, а Том с обидой посмотрел на меня.

– Том, это не потому, что я не доверяю тебе, просто… – я махнула рукой, не зная, как объяснить, – я просто уверена, что помочь ты не сможешь, а втягивать тебя я не хочу.

– Может, ты позволишь мне самому решать, вмешиваться мне или нет? – напряженно сказал он.

– Том, не дави на меня!

Между нами повисло молчание.

– Я помню твои глаза, когда ты только сюда переехала, – нарушил он молчание. – Мы столкнулись в магазине, но ты меня даже не заметила.

Его слова удивили меня, я этого абсолютно не помнила.

– Твой взгляд резанул меня. В нем столько всего было… – он задохнулся, пытаясь подобрать слова. – Как у животного, попавшего в капкан. Мне захотелось защитить тебя.

– Том, готова поспорить, что в детстве ты приносил домой бездомных котят, – пошутила я, желая избежать этого разговора и его откровенности. Мне кажется, я его обидела и в машине повисло напряженное молчание.

Первой не выдержала я:

– Том, спасибо тебе за желание помочь. Я ценю это.

– Но довериться мне не хочешь, – нарушил он молчание.

– У меня все хорошо, – пыталась я убедить его и себя.

– Можешь пообещать, что ты не исчезнешь без предупреждения? – он серьезно смотрел на меня, и было видно, что ответ для него важен.

– Да, – искренне и без раздумий пообещала я.

– Хорошо, – немного расслабился он, и напряжение между нами исчезло.

* * *

Когда мы приехали, Том сразу же подвергся атаке двоих близнецов четырех лет, Алекса и Питера. Он достал подарки для них, и эти крепыши на нем просто повисли.

– Том, а у нее действительно красивые глаза, – заявил один из близнецов, обратив внимание на меня.

– Она ничего, – выдал второй, оценивающе глядя на меня.

Я только ахнула от неожиданности.

– Не засматриваться, она со мной, – шутливо предупредил Том, взлохматив их шевелюры.

Заметив наш приезд, к нам поспешили родные Тома. Он начал меня со всеми знакомить, и я почти сразу потерялась, кто есть кто и как кого зовут.

Мэрин, мама Тома, оказалась пухленькой невысокой женщиной с доброжелательной, располагающей улыбкой. Даже не верилось, что эта маленькая женщина родила такого богатыря. Я познакомилась с Шоном и Мэгги, сестрой Тома и матерью близнецов. Были еще Кейтлин, жена старшего брата Тома Деррика, и их двухлетняя дочь Дэрин.

– Теперь я понимаю, почему во всех сказках, что Том рассказывает Дэрин, присутствует зеленоглазая принцесса или фея, – сказал с улыбкой Деррик, пожимая мне руку.

Я бросила удивленный взгляд на Тома, но он лишь улыбался.

– Адам, младший в этой семье, – пожал мне руку голубоглазый великан. – А это моя жена Сьюзан, – указал он на миниатюрную брюнетку.

– Как у вас получились такие великаны? – воскликнула я, обращаясь к Мэрин.

Все только засмеялись.

Меня как-то легко приняли в свой круг. Было шумно от детей, братья подшучивали друг над другом. Создавалось ощущение, что я очень давно знаю этих людей.

Мэрин попросила помочь ей на кухне, и я пошла с ней в дом.

– Том говорил, что ты вдова. Как долго? – спросила она.

– Скоро будет два года.

– Я тоже потеряла Питера, когда Деррик был еще маленький. Но мне повезло в жизни встретить Роберта, – задумчиво сказала Мэрин, а потом внимательно посмотрела на меня. – Скажи, что тебя смущает в моем сыне?

– Ничего, – удивленно ответила я.

– Тогда почему вы не вместе?

Я даже не знала, что ответить на этот вопрос.

– Том перед вашим приездом сотню раз всем повторил, что вы просто друзья, но я же знаю своего мальчика – никогда еще он так не беспокоился, – она смотрела на меня прямо и хотела получить честный ответ.

– Том замечательный, – искренне ответила я. – Но я старше его, у меня ребенок. Он встретит еще свою девушку, не отягощенную прошлым.

– Это все ерунда, – резко оборвала меня она. – Я была старше Роберта на пять лет, и мы прожили прекрасную жизнь и воспитали замечательных детей. Я хочу знать правду! – пригвоздила она. Я чувствовала, что с ней надо быть искренней, эта маленькая, но сильная женщина была достойна знать правду.

– У вас замечательная семья, и вы хорошие люди. Я могла только мечтать, чтобы влиться в такую семью. Но недавно я оказалась связанной с одним мужчиной, и боюсь, что так просто уйти от него мне не дадут. Я не знаю, чем все это закончится, и не хочу втягивать Тома.

– Том – полицейский, он сможет тебя защитить, – возразила она, обдумав мои слова.

– Нет, не сможет. Он из другого мира, и тут замешана политика.

– Как же ты вляпалась так, девочка? – по-матерински спросила она меня.

– Сама себе задаю этот вопрос, – вздохнула я.

– Ты любишь его?

«Ох, я даже сама себя об этом не спрашивала».

– Я не успела еще понять, как отношусь к нему, когда ситуация повернулась так, что я поняла – надо бежать.

– У Тома нет шансов? – Она смотрела на меня, и я не знала, что ответить.

– Пока мы можем быть только друзьями, – честно ответила я.

– Будь осторожна, не разбей сердце моему мальчику, – попросила она меня, а потом совершенно неожиданно добавила: – Ты мне нравишься.

Это было настолько неожиданно, что я просто онемела на мгновение.

– Вы мне тоже нравитесь, – вырвалось у меня.

Мы смотрели в глаза друг другу, и между нами было полное взаимопонимание.

Наблюдая за Томом, как он общается с детьми, я отчетливо видела, что он будет замечательным отцом. Одно то, как к нему тянулись дети, – уже говорило о многом. К сожалению, Дэвид таким не был. Он любил нашу дочь, но как-то издалека. Максимум, на что он был способен, – это поцеловать ее на ночь, вот так дурачиться, как Том, и слушать ребенка было ему несвойственно.

Находясь в кругу семьи Тома, на мгновение я почувствовала себя очень одинокой, случайно заглянувшей в чужие окна. Где тепло и уют семейного очага, где тебя любят и ты чувствуешь поддержку близких людей. Мне очень не хватало моих родителей, и я особенно остро почувствовала, что действительно осталась одна. Отправь меня завтра на Зеймах, и много ли людей бросятся искать меня?