Ритуал - Тайга Ри

Приказ Ашту не допускал никаких трактовок.

***

Я ошиблась. Жрецов было больше. Ровно семь, на каждый фокусный луч, и ещё один – тот, кто руководил расчетами круга со Старухой.

Наемники опускались на колени плавно и величественно, занимая места во внешнем ритуальном круге. Откидывали назад капюшоны – блестящие, как будто смазанные маслом черепа, светились, испещренные вязью татуировок. Бледные руки лежали на коленях, обращенные открытыми ладонями вверх, как пара застывших перед броском чешуйчатых змей.

Я – трудилась, ни на миг не отрывая взгляда от части круга, которая мне была доступна, и уже смогла дотянуться пальцами до ладони, больно впившись ногтями, но этого было слишком мало – и боли, чтобы сбросить плетения, и скорости – я просто не успею, к концу ритуала.

За спиной каждого из жрецов стоял один из пустых – старуха не выбирала, выставив всех учеников подряд, почти напротив меня, чуть левее – стоял Анастас, глядя вперед совершенно пустыми глазами. Серые встали рядом, рассредоточившись по кругу – море серого марева колыхалось над плечами, и не определить, где демонов Луэй! Если они начнут ритуал – его будет просто не остановить!

Один из Серых склонился к старухе и что-то прошептал, та потрясла дрожащей головой и кивнула, двинувшись в мою сторону. Трость гулко стучала по камню.

– Эликсиры? – холодные влажные пальцы приподняли мой подбородок, и Аю с ожиданием заглянула в мои глаза.

Серый кивнул, наклонившись ко мне, и знакомый запах алхимических ингредиентов защекотал нос – Луэй. Он быстро отстегнул флейту, которую подарил Я-син, сунул себе за пояс и сделал несколько шагов назад, повинуясь жесту.

– Одиннадцать зим назад у меня не вышло… а ждать ещё… я вряд ли пережила бы зиму, – голова старухи мелко затряслась. – Хочу чтобы ты узнала перед смертью, как умер твой отец. Он умер, как тварь, – Аю наклонилась близко и от гнилостного запаха дыхания перехватило горло. – Стал тварью, – медленно по слогам произнесла она. – Переродился, кровь оказалась слишком сильна, слишком активен дар… мы ошиблись, выбрав самого сильного. О, нет, – кривая улыбка в ответ на яростные взмахи моих ресниц, – тебе это не грозит. Сила в слабости, второй раз допускать ту же ошибку нет времени…

Старуха говорила, а я боковым зрением наблюдала, как Луэй медленно перемещает носок сапога назад, прямо на руны, и разворачивается стремительно… явно задев рисунок! Шагает назад, и опять невзначай скользящим жестом касается края рун.

Великий! Он испортил внутренний круг!

– Время! Госпожа, – тон Луэя почтителен и напряжен.

– Смотри на меня, – Аю замолкает, хлопнув меня по щеке так, что голова мотнулась в сторону. – Когда сработает круг – твой брат станет следующим… тварь от твари… он достаточно силен, чтобы повторить путь отца…

Смех старухи звенел в ушах, силуэты перед глазами расплылись, но не от слёз, а от ярости, обжигающего огня, который с гулом пронесся по венам, отдаваясь в голове грохотом пульса.

Бум-бум-бум, звучали барабаны в голове.

Твой брат следующий. Следующий. Следующий. Повторить путь отца.

Я крепко зажмурилась, и начала раскручивать эмоции. Глушилки и стазис гасят всё, кроме родовых даров. Надеюсь, Фейу помнит об этом также отчетливо, как и я.

Бум-бум-бум…

Дальше все слилось в одну сплошную полосу света – я концентрировалась на эмпатии, отбросив в сторону все остальные мысли. Эмоции – раскачка – возврат.

Бум-бум-бум…

Жрецы заняли место в круге, вспыхнуло, лизнув потолочные балки, и опало вниз рыжее пламя факелов, от порыва ветра.

Исходники затянули песню, монотонным речитативом, начиная входить в транс. Гудение возрастало, и странным образом резонировало с внутренним ритмом – не успокаивая, а подстегивая ярость.

Бум-бум-бум пели барабаны в голове.

Жрецы гудели всё выше, раскачивались все быстрее и синхроннее, главный Жрец речитативом вторил тем, кто в круге, раскинув руки в стороны, порывы ветра трепали его волосы.

Бум-бум-бум…

Синхронность увеличивалась, глаза слезились, в ушах шумело, и мне казалось, что вся внешняя линия ритуального круга просто превратилась в одну сплошную серебристую полосу, как будто кто-то двигается по кругу, мелькает серебристая чешуя…

Бум-бум-бум…

Чешуйчатое кольцо вращалось по внешнему кругу все быстрее и быстрее, превратившись в сплошную полосу света, звук гудения стал таким высоким, что мелкие камешки с пола начали вибрировать и подниматься в воздух, подрагивая от силы.

Бум-бум-бум…

Кровь внутри пела и звала, превратившись в один раскаленный поток лавы, жар обжигал, пот тек ручьем, и я слышала, как глубоко внизу отзываются на этот зов… твари. Ворочаются, просыпаются, вибрируют, откликаясь на пение жрецов и грохот биения моего пульса. И я – была одной из них.

Дальше все произошло одновременно – жрецы вытащили сверкнувшие серебром кинжалы, и одновременно полоснули себе по шее, заливая темной кровью линии круга. Принося себя в жертву. Сила и жизнь, отданные добровольно. Полыхнуло на фокусах, вспыхнули лучи и меридианы, энергия схлестнулась в кольцо и ринулась стремительным потоком в одну точку – центр ритуального круга. Голос главного жреца взвился вверх, превратившись в пронзительный крик-зов, который заставил мою кровь вскипеть и ответить, и… я открыла глаза.

Он звал – и я пришла.