Око за око - Гарри Тертлдав

— Полковник Норденскольд сказал мне ровно столько же, сколько я говорю тебе, — ответил Ауэрбах. — Я больше ничего не знаю.

Конечно, он мог бы сделать ряд предположений. Однажды его отряд сопровождал Гровса — тогда он был полковником — от восточного побережья до Денвера. Ране не знал, что находилось в тяжелых, наглухо закрытых ящиках, но у него имелись догадки. Взрывы в Чикаго и Майами подтвердили его подозрения.

Если Гровс требует остановить Ларссена, значит, Ларссен имеет отношение к взрывам. И если Ларссен доберется до ящеров, кто знает, что может произойти? Самое естественное предположение — Денвер исчезнет в адском пламени. И тогда шансы Соединенных Штатов на победу улетучатся вместе с дымом над Денвером.

Если, если, если… Все это лишь догадки и предположения. Тем не менее Ауэрбах ни с кем не делился своими мыслями совсем по другой причине. Чем меньше людей знает о больших бомбах, тем меньше шансов, что о них станет известно ящерам. Он был готов обсуждать с Магрудером любые предположения, кроме этого. Больше того, Ране жалел, что вообще сообразил, в чем тут дело.

Магрудер решил сменить тему.

— Он рассчитывает проскользнуть мимо нас на велосипеде? — Лейтенант потрепал по шее свою лошадь, и та в ответ тихонько заржала.

— Говорят, он овладел искусством выживания в трудных условиях, — ответил Ауэрбах. — Возможно, он бросит велосипед и пойдет пешком. Вокруг огромные пространства, а нас совсем мало. Он может проскользнуть. Проклятье, Билл, нельзя исключить, что он уже оставил нас с носом. С другой стороны, он может находиться совсем близко. Мы не знаем.

— Да, не знаем, — эхом отозвался Магрудер. — В результате мы разыскиваем этого типа, вместо того чтобы бить в рыло ящеров. Дурацкое занятие. Должно быть, он важная шишка, если Гровс так хочет его поймать.

— Других объяснений я не нахожу, — согласился Ауэрбах.

Он чувствовал, что Магрудер не спускает с него глаз, но сделал вид, что ничего не замечает. Конечно, лейтенант знает мало, но он достаточно умен, чтобы додумать остальное.

Ауэрбах посмотрел на юг от шоссе 40. Примерно в двух милях располагался небольшой городок Бойеро. Один из его взводов сейчас входил туда. Остальные кавалеристы Ауэрбаха рассыпались вдоль грязной проселочной дороги, ведущей от Бойеро к шоссе и на север к Аррибе по шоссе 24. Территорию дальше к северу контролировали кавалеристы из Барлингтона. Возможно, одиночке не проскользнуть сквозь такую сеть, но они живут в большой стране, а солдат у них не так уж много.

— И еще одно, — сказал Магрудер, пытавшийся во всем увидеть положительную сторону. — Ему не удастся нас обмануть, прикинувшись кем-нибудь другим. На дороге вообще нет людей.

— Тут ты совершенно прав, — кивнул Ауэрбах. — Здесь даже до появления ящеров было народа не так чтобы много. А теперь и вовсе никого не осталось.

За тяжелыми тучами солнце клонилось к далеким Скалистым горам, прячущимся за пеленой облаков. «Хватит ли у Ларссена мужества выйти на дорогу ночью?» — задумался Ауэрбах. Сам бы он и пытаться не стал. Во всяком случае на велосипеде. Быть может, на своих двоих… Таким образом у него увеличивались шансы ускользнуть от преследователей, но утром он рисковал оказаться на открытой местности, где его будет легко заметить.

По проселочной дороге к шоссе 40 скакал всадник. Ауэрбах заметил выбившиеся из-под шлема светлые волосы и хмыкнул — Рэйчел Хайнс ни с кем не перепутаешь.

Она остановилась возле Раиса, отдала честь и доложила:

— Сэр, нам со Смитти показалось, что мы видели, как кто-то движется через поля. Он нас заметил и сразу же залег. Он не мог принять нас за ящеров, так что…

— Он догадался, что мы его разыскиваем, — закончил Ауэрбах, ощутив возбуждение. Он не рассчитывал, что ему удастся поймать Ларссена, но теперь ему не терпелось броситься в погоню. — Я поеду с тобой, — сказал он. — Мы прихватим с собой всех, кого встретим по дороге. — Ауэрбах повернулся к Магрудеру. — Билл, остаешься за старшего. Если у нас возникнут проблемы, пришлешь помощь.

— Есть, сэр, — безнадежно отозвался Магрудер. — Ну, почему я ничего другого от вас не ждал?

— Потому что ты хорошо соображаешь. Поехали, Рэйчел.

Ауэрбах пустил свою лошадь быстрой рысью. Рэйчел примчалась к нему галопом, но сейчас держалась рядом. Через каждые несколько сотен ярдов к ним присоединялся еще один всадник. К тому моменту, когда они добрались до Смитти, в распоряжении Ауэрбаха собрался целый взвод.

— Мы его поймаем, правда, капитан? — спросила Рэйчел. Ауэрбах уловил нетерпение в ее голосе. — Уж не знаю, почему мы за ним гоняемся, но теперь он от нас не уйдет.

— Надеюсь. — Ауэрбах отчетливо услышал вопрос в голосе Рэйчел, но уж если он не поделился своими догадками с Магрудером, то и Рэйчел ничего не скажет. Он обратился к остальным кавалеристам. — Исбелл, вы с Эверсом останетесь с лошадьми. Если у нас возникнут проблемы, один из вас поскачет к лейтенанту Магрудеру за подкреплением.

Солдаты печально подтвердили приказ. Ауэрбах принялся вглядываться в окутанную снегом прерию. Ничего. Что ж, Ларссен наверняка знает, что делает, раз уж ему столько времени удавалось успешно скрываться.

— Ладно, растянемся в цепь. Будьте очень осторожны. У него винтовка, и он неплохо стреляет.

Прежде чем занять свое место в цепи, Рэйчел Хайнс сказала:

— Спасибо, что не оставили меня с лошадьми, капитан.

Ауэрбах сообразил, что эта мысль ему даже в голову не пришла. Он воспринимал Рэйчел как самого обычного солдата. Ране покачал головой. До войны он и представить себе такого не мог.

Капитан шел по промерзшей земле. Вероятно, до прихода ящеров здесь расстилались пшеничные поля, но в последние два года люди перестали сеять и собирать урожай. Даже в середине зимы многие растения доходили ему до бедра. Местность была довольно ровной, но человек мог легко спрятаться среди кустов. К тому же из-за высокой травы снег лежал неровно, и на нем не оставалось следов.

Если Ларссен умен, он будет сидеть тихо и ждать, пока они пройдут мимо, — если, конечно, он здесь. Но быть таким хитрым не так-то просто; если Ауэрбах отправит на поиски целую роту, рано или поздно Ларссена найдут.

Однако Ране не хотел снимать всю роту. Если Ларссена здесь нет, то путь на восток будет открыт.

— Ларссен! — крикнул Ауэрбах. — Выходи с поднятыми руками, и никто не пострадает. Не создавай себе проблем. — «И не создавай проблем для нас».

Ларссен не вышел. Впрочем, Ауэрбах не слишком на это рассчитывал. Он сделал еще несколько шагов в ту сторону, где Рэйчел и Смитти видели какое-то движение. Мимо его уха просвистела пуля. Через мгновение он услышал звук выстрела, но уже успел броситься на землю.

— Ложись! — крикнул он из-под куста и огляделся, но густой кустарник помешал ему оценить ситуацию. — Обойдите его справа и слева.