Несравненное право - Вера Камша

2230 год от В.И.

1-й день месяца Лебедя.

Арция. Кантиска

Чудовище не выдержало. Рене, с трудом стоя на трясущихся ногах, смотрел на улепетывающего монстра, не веря, что все кончилось. Кончилось?! Ничего подобного, все еще только начинается. Сейчас этим, за рекой, еще хуже, чем в Кантиске, и этого нельзя упустить. Но сначала Герика… Когда герцог, преодолев слабость, подбежал к ней, ее уже уносили двое кстати подбежавших клириков. Рене, переживший бой у Червонного кряжа, представлял, что с ней творилось… Увы, он не мог остаться с ней, как бы ни желал этого. Теперь, когда монстр удрал и Тарре не грозит никакая потусторонняя погань, нужно поговорить по душам с Годоем.

Тряхнув белыми волосами, словно отгоняя все лишние мысли и чувства, Аррой бросился к пушкам, оглядываясь в поисках людей, не утративших способности действовать. К счастью, барон Шада оказался поблизости, и на красной физиономии не было ни растерянности, ни страха.

— Рад вас видеть, барон, — кивнул Рене и заорал на пушкарей: — Чего ждете? Заряжай, живо! — Солдаты забегали, как посоленные, а Рене вновь обернулся к барону: — Ваши люди не рехнулись со страху?

— Я им рехнусь, — рявкнул Шада, — что, пощиплем этих злыдней заречных?

— Самое то, — кивнул адмирал.

— Как решили давеча: тысячу конных и три пехоты?

— И быстрее, пока они не очухались…

— Станут чесаться — поотрезаю, скажем, носы, — заверил барон, — через четверть оры будут у Речных ворот.

— Мне коня тоже оседлайте.

— А стоит ли? — старый вояка в упор взглянул на Рене.

— Стоит! За крепостью ты углядишь.

— Надо быть, — согласился Шада и, не дожидаясь ответа, принялся спускаться. Рене махнул ему рукой и повернулся к пушкам.

Среди многочисленных талантов Счастливчика Рене числилась и стрельба без промаха. Адмирал прошел мимо всех четырнадцати стоявших здесь пушек, слегка подправляя наводку. Фитили были поднесены одновременно, и выстрелы грянули разом. Рене лишний раз подтвердил свою репутацию человека, который ни слов, ни пороха даром не тратит. Арцийские земляные туры рвались и валились, одна из пушек развалилась на куски, еще две опрокинулись. Бестолковая беготня и вопли и без того растерянной прислуги вызвали на стенах Кантиски злорадный хохот, но умчавшийся к Речным воротам Рене его уже не услышал.

2230 год от В.И.

1-й день месяца Лебедя.

Малахитовый лагерь

Как ни странно, посрамление Белого Оленя Михая Годоя не очень расстроило. Напротив, тарскиец углядел в происшедшем уйму новых возможностей. Еще до того, как господин Улло и господин Шаддур сначала с радостью, а потом с ужасом произнесли имя его дочери, Михай обо всем догадался. Рене опять всех обошел, притащив девчонку в Кантиску, и она сыграла свою игру.

На какое-то время и о Герике, и о Белом Олене как о магическом оружии следует забыть. Нужно наполнить не одну Чашу, чтобы Ройгу вновь обрел тело и способность сражаться, а на это уйдет не менее месяца. Ну а пока бессилен Олень, бессильна и его строптивая супруга, и Кантиску защищает лишь небольшая армия. Подмоги им ждать неоткуда, значит, нужно брать город, и чем скорее, тем лучше. Конечно, не сегодня. Неудачу Оленя и то, что ожидаемое чудо не только провалилось, но и отнюдь не выглядело как Божия помощь, придется как-то объяснять. Но он сегодня же выдаст армии жалованье и выкатит бочки с вином, а вечером начнет обстрел Кантиски. Стены города не столь уж и крепки, особенно с той стороны, где он предусмотрительно разместил лагерь.

Нет, какой он все-таки молодец! Хоть господин Шаддур и вынудил его брать город в день Светлого Рассвета с помощью магии, он все же озаботился провести все земляные работы. Теперь Кантиска по всем правилам военного искусства окружена двойным земляным валом, внутреннее кольцо предназначалось для осады, внешнее — на тот (совершенно немыслимый с точки зрения самозваного императора) случай, если бы на помощь осажденным подошла какая-то армия.

Опытный интриган, Михай понимал, что армию до Светлого Рассвета нужно чем-то занять и что солдаты должны быть уверены, что им предстоит разгрызть твердый орешек. Тогда чудо в праздник Светлого Рассвета будет оценено по достоинству, и никто не посмеет сказать, что все подстроено. В самом деле, какой безумец станет бесцельно переворачивать горы земли?! Впрочем, вал не помешает в любом случае, ибо когда Кантиска падет, в ней наверняка останутся сумасшедшие, которые во главе с герцогом Рьего, против которого магия может оказаться бессильна, постараются вырваться из крепости… И Годой тщательно следил за земляными работами, лично проверяя, как расставлены и защищены пушки, надежны ли переправы через Канн, наведенные в двух местах, и хорошо ли стоит тын в укрепленном лагере напротив Малахитовых ворот.

Случившееся подтвердило, что никакая сделанная на совесть работа не пропадает зря. Появление призванного ройгианцами чудища теперь никоим образом не припишут императору, который воевать намеревался честно и свое намерение исполнил. Более того, не далее чем вечером по армии поползет слух, что именно Годой изгнал монстра, призванного колдуном Арроем и его сподвижниками, выдававшими себя за святых людей. Конечно, Шаддуру нынче же ночью придется убраться восвояси, но оно и хорошо. Бледные Годою больше не нужны! Пусть зализывают раны, а он и так возьмет город и вместе с ним Герику.