Криабал - Александр Рудазов

- Ладно, - неохотно кивнула Остозилар. – Читай свои заклинания. Отца и моего непутевого братца возьмешь в крепость сразу – а нам пусть откроют ворота.

- Но... ваше высочество... нет... так не получится... – забормотал Фырдуз, пытаясь собрать головоломку. – Замешательство действует всего несколько минут. Тут не хватает комментария для увеличения длительности. Если я прочту его сразу – оно выдохнется раньше времени. А если я прочту его уже из крепости – вы тоже под него попадете...

- Идиотина! – обругала его Остозилар. – Зачем мы вообще так надеялись на эту глупую книжонку?! В ней за что ни возьмись – ничего правильно не работает!

- Ну она просто из отдельных страничек... – сконфузился Фырдуз. – Тут многие заклинания не целиком...

- А толку-то от них, если они не целиком?!

Фырдуз развел руками. Ну да, есть у Рваного Криабала такой недостаток. В среднем на одном листе помещается четыре-пять заклинаний с описаниями и комментариями. Но писались они подряд, так что многие начинаются на одной странице, а заканчиваются на другой. В результате у доброй четверти заклинаний не хватает части или всех комментариев, а у другой четверти только комментарии и есть.

Непонятно даже толком, что они делают.

- Как насчет связи? – спросил один из министров. – Ни у кого нет дальнозеркала или книги бесед?

- Слишком суматошно уходили, - мрачно ответила Остозилар. – Ничего не захватили.

- О, ваше высочество, а для этого здесь есть заклинание! – обрадовался Фырдуз. – Можно послать сообщение!

- Так что ж ты молчишь?! – встряхнула его Остозилар. – Колдуй, крысенок!

Заклинание, которое нашел кобольд, называлось «Письмо». С его помощью можно было переправлять другим индивидам небольшие предметы. Требовалось только знать получателя в лицо и по имени.

- Любые предметы? – сразу уточнила Остозилар.

- Любые, но чтобы ты мог удержать их в руке.

- Так. А у нас не осталось субтермической взрывчатки? Давайте пошлем немного хобийской ханше.

- А ты... ик!.. знаешь ее в лицо? – спросил Перетрекумб.

- Хм. Ладно. Но идея хорошая. Надо будет поискать инкарны с ее портретами.

Для проникновения в Халлар тоже вначале пришлось создать инкарну. Заклинание Уз по-прежнему действовало, так что пользоваться Криабалом мог только Фырдуз – а он, конечно, никого в городе в лицо не знал.

Зато принцесса Остозилар знала его комендант-городничего. А в Рваном Криабале нашлось еще одно полезное заклинание – Картина Мыслей. И на сей раз полностью, со всеми комментариями. Фырдуз попросил принцессу представить нужное лицо, взял ее за руку, уставился вниз и произнес нужные слова.

На голом камне появилась инкарна – созданная волшебством картина. Такая точная, словно комендант-городничий сам вдруг оттуда высунулся.

Дальше уже было просто. Один из министров написал письмо под диктовку королевы, а Фырдуз прочел заклинание:

- Уруки тагета ша остопира. Закина дара торота. Ас Зокометхард ирта бока. Зурути.

Письмо тут же исчезло. А цверги и кобольд, не теряя времени даром, двинулись к воротам.

Красться не пришлось. Заклинание Незаметности работало отлично – на них просто никто не обращал внимания. Скользили глазами, как по пустому месту. Фырдуз предупредил, чтобы сами они не забывали поглядывать – нет ли кого знакомого? Если индивид хорошо тебя знает – Незаметность не поможет.

Ворота распахнулись только через час. На той стороне явно шли долгие дебаты, прежде чем письму было решено поверить. Фырдуз, едва огромные цепи пришли в движение, прочел заклинание Замешательства – и сотни хобиев и цвергов словно дернулись.

Больше ничего не произошло – но и этого хватило. Когда вход в Халлар стал открыт, устремились к нему только королева, принцы, министры и кобольд – а хобийская армия просто стояла и смотрела, словно не соображая, что происходит.

Потом они сообразили. Прошло едва ли полминуты – и на той стороне началось движение. Все забегали, стали хвататься за оружие, многие кинулись вдогонку – но было уже поздно. Беглецы оказались внутри, а ворота пошли обратно.

Еще немного – и они снова закрылись наглухо.

Халлар ни в чем не походил на Хасму. Если столица Яминии имела улицы, площади, здания, то священный город был сложным каменным лабиринтом. На освещении тут экономили, солнцешары встречались редко, а цверги ходили закутанными, прикрывая лица.

Кроме цвергов в Халларе оказалось множество гномов. Повсюду были эти низенькие, меньше даже кобольдов старички. Гномы седеют и покрываются морщинами уже к тридцати годам, но живут невероятно долго – целые тысячи лет.

Говорят, что гномы – любимый народ Гушима. Никто из подземных жителей не одарен так щедро долголетием и волшебной силой.

- Ваше величество, - низко склонился один из них, метя пол белой бородой. – Это в самом деле вы.

- Да, это в самом деле мы, - ответила вместо королевы принцесса. – Где комендант-городничий?!

- На вечерней службе, с его святейшеством. Вы можете дождаться его в комендатуре, вам подадут ужин. Или можете присоединиться к службе.

Цверги переглянулись. Набожных среди них не было. Но Халлар – резиденция понтифика, он даже не совсем часть Яминии. Если король прикажет одно, а понтифик – другое, далеко не факт, что Халлар исполнит именно королевскую волю.

- Мы посетим службу, - чуть дернула бородой принцесса. – Проведи нас к храму, гном.

- О, она не в храме, ваше высочество. Она у восточных ворот. Сегодня их черед пребывать раскрытыми.

- Раскрытыми?! – изумилась Остозилар. – Что это значит?!

- Увидите, - загадочно ответил гном, указуя путь.

Халлар, этот запертый со всех сторон город-сундук, имел четверо ворот – на все стороны света. Фырдуз и цверги прошли через северные, обращенные к Хасме. Сейчас же их провели путаницей туннелей к восточным – и те в самом деле оказались распахнуты настежь.

Но хобии даже не пытались в них ворваться. Шевеля усами, устремив хоботки кверху, они стояли, как пришибленные. Иные опустились на колени. Кое-кто беззвучно шевелил губами – видно, молился.

А в воротах стоял коренастый низкорослый цверг в серых, покрытых пылью одеждах. В одной руке он держал каменный посох, в другой – очень маленькую, почти игрушечную кирку.

- ...так реку я вам, и глас мой – глас Пещерника! – удивительно зычным голосом вещал он. – Глупцы, отчего не усвоить вам, что строить благороднее, чем ломать?! Труднее, но это добрый труд, истинный. Святой. Вот, кирка в руке моей – отчего мне не проломить ваши тупые бошки, ублюдки?! А я скажу вам, отчего! Оттого, что я, мать вашу за бороду, пресвятый понтифик Гушима! И если я захочу проломить вам бошки, я не возьму кирку – я буду молиться Пещернику, чтобы он избавил мою голову от греховных мыслей! Отчего и вам не последовать моему примеру?! Бросайте оружие, расходитесь по домам! Чтобы я вас здесь не видел!