Игра - Фарит Маратович Ахмеджанов

Команды не было долго — разведчики где-то застряли. Пирон приказал всем медленно двигаться вперед — но не разбредаться. Так и шли черепашьим шагом, пока не раздался голос Гера:

— Вроде бы чисто. Никого.

Через пару секунд вверх взметнулись голубые шары.

Раин не смог сдержать вздоха — как и все остальные. Несмотря на слова Гонда, он ждал чего-то, похожего на общагу — с длинными, выдолбленными в камне коридорами и комнатами. Ну, может быть эти комнаты будут большими, может быть они будут богато изукрашенными — но и все. Раин просто не представлял, что там еще можно придумать.

Оказывается — много чего. Перед ними же предстала самая настоящая улица — ровная и довольно длинная. По обеим ее сторонам стояли самые настоящие дома — хотя к ним более подходило определение «маленькие дворцы». Двух и трехэтажные, с башнями, переходами и галереями, балконами и колоннами, покрытые причудливой резьбой. Ни один из них не походил на другой. Каждый дом был окружен невысокой, прихотливо изрезанной каменной оградой — причем узор не повторялся.

В потолок подземного зала, где все это располагалось, были вделаны многочисленные зеркала — как и на предыдущем уровне, они многократно отражали и преломляли свет, бросая на дома подлинно колдовской свет.

Глава 38. Когда приходится торопиться

— Волшебная страна, — выдохнул Калей. Раин был с ним полностью согласен. Они медленно пошли по улице, глазея по сторонам.

Картинка проняла, похоже, даже Пирона — он шел по улице медленнее обыкновенного и гораздо чаще, чем обычно вертел головой.

Уровень составляли две улицы, пересекающиеся под прямым углом в центре зала. На перекрестке их поджидал Гер. Он, видимо, уже успел насмотреться, был строг и деловит.

— Дома вроде все целые, — доложил он. — Кое-где сбиты статуи и украшения, но это следовало ожидать. Лестниц четыре, в начале и в конце каждой улицы.

— Больше нет?

— Мы все не успели проверить. Каждый дом к стенке примыкает, они вообще все целиком из камня вырублены. Может быть, внутри какого-нибудь собственные лестницы вверх или вниз есть.

Пирон оглянулся на Гонда. Тот, видимо, все слышал — глянул на Феликса, видимо, получил его разрешение и подошел. К ним подтянулись и все остальные.

— Четыре лестницы на следующий уровень, — сказал Пирон. — Много. Слишком много.

Гном пожал плечами.

— Это парадные уровни, здесь жили богачи. Понятно, что у них свои правила. Разве у вас не так?

— Подниматься по такой дороге нам опасно — враг на хвосте. Возможно ли, что есть еще пути?

— Да, — прямо ответил Гонд. Пирон поднял брови, однако старый гном сделал вид, что не понял невысказанного вопроса. Пришлось высказывать.

— Как такое может быть?

— Богатые семьи могут иметь дома на разных уровнях, — сказал Гонд. — Что же им мешает соединить их?

— Просто соединить? Лестницей?

Гонд засопел.

— Если семья большая и богатая, то могут вырубать и дополнительные помещения в скале. Кто этому помешает?

— Вы можете определить такие дома — с потайными лестницами?

Гномы склонили головы друг к другу и о чем-то посовещались. Фоли пожимал плечами, Гонд то кивал, то отрицательно вертел головой. Такая пантомима продолжалась минут пять.

— Семья Бафина, — нехотя сказал Гонд. — Они много лет были наместниками Западной Мории. Очень… богатыми.

— Про их богатства даже песня есть, — добавил Фоли.

Гонд скосил на него глаза и возвел очи долу. Он-то песни считал занятием совершенно недостойным.

— И где его дом? — взял быка за рога Пирон.

Гномы переглянулись.

— Мы рядом с ним стоим.

Действительно, дом, около которого они стояли, выделялся среди прочих. Во-первых, он был выше. Не намного, но вполне отчетливо. Во-вторых, он был единственным, на фасаде которого, помимо прочих элементов внешнего декора, были зеркальные вставки — то есть он сиял сам по себе. И в-третьих — верхняя зеркальная конструкция, обеспечивающая светом весь уровень, располагалась точно над ним и буквально заливала его светом. Такое расположение дало возможность древним строителям помимо всего прочего еще и поиграть с тенями — они так накладывались друг на друга, что дом, казалось, то плыл в воздухе, то увеличивался в размерах, то смещался в сторону.

Ограда дома наместника была пониже остальных, сразу за ней располагался двор, богато разукрашенный разноцветными камнями. В его центре располагалась каменная чаша — видимо когда-то это был фонтан. С одной стороны его окружали деревья — они были металлическими, но сделаны настолько искусно и так красиво подсвечивались, что создавали полное впечатление живых, да еще и колеблющихся на ветру.

— Давайте тогда здесь же и расположимся? — предложил Савон. Гонд вытянулся и строго оглядел всех, кто его окружал.

— Войти в дом гнома, даже давно усопшего, без его разрешения, не может никто, — торжественно сказал он. — Кроме короля.

Все посмотрели на Феликса. Тот сцепил зубы и подбоченился.

— Я даю всякому, кто пришел с нами, позволение войти в дом славного рода Бафина. Проявляйте лишь уважение к его духу и духам его предков, — сказал он. Гонд расслабился.

Фоли переступил прямо через ограду, то же самое сделали все остальные и потопали к дому.

Створки высоких дверей подались с явной неохотой. Сразу за ними был обширный холл, слева и справа начиналась высокая лестница, поднимающаяся на галерею. Та охватывала заднюю стену, с нее, похоже, можно было перейти в помещения верхних этажей. Поверху стены были отделаны зеркалами — даже небольшого света с улицы хватило на то, чтобы осветилась вся передняя часть дома. Все медленно вошли под крышу. Стальф снова раскрутил свой посох, чтобы втянуть свои огоньки внутрь — но задержался на пороге. Савон стоял посередине двора и разглядывал камни под ногами.

— Ты что там увидел? — спросил его Калей.

— Иди сюда, тебе будет интересно. Такое впечатление, что это карта.

— Где?! — картограф тут же подскочил к нему и уставился себе под ноги. Долго смотрел, хмыкал, потом встал на чашу фонтана.

— Ага, только в какой-то очень интересной проекции, — сказал он, наконец. — Какая-то вывернутая. Черт, выше тут можно забраться?

— В окно выгляни, — предложил Раин. Он никак не мог уловить в мешанине разноцветных камней ничего похожего на карту.

Из дома вышел Фоли и присоединился к ним.

— Это карта, да? — пристал к нему Раин. Фоли всмотрелся в узоры под ногами, потом отошел к краю двора, присел на одно колено и всмотрелся. Фыркнул.

— Это знакомая система, — молодой гном деловито обошел двор, то и дело наклоняясь и вглядываясь в камни,