Эления - Дэвид Эддингс

Во двор вышли Тиниэн и Бевьер, оба в простых кольчугах.

— Ты решил не надевать доспехи? — мягко спросил Улэф Тиниэна.

— Слишком тяжелы для меня сейчас.

— Мы ничего не забыли? — обратился к Кьюрику Спархок.

Кьюрик непонимающе взглянул на него.

— Но я только спросил, на всякий случай. Не раздражайся так рано, Кьюрик, это вредно, особенно с утра, — Спархок оглядел остальных. — Сегодня не будем гнать лошадей, вполне нормально, если проедем лиг пять.

— Ты связался с бандой калек, — ухмыльнулся Тиниэн. — Может быть тебе с Улэфом поехать вперед? А мы догоним вас потом.

— Нет, — отрезал Спархок. — Здесь кругом бродят земохи и прочая сволочь, и вы в случае чего, не сможете отбиться без нас, — он коротко улыбнулся Сефрении. — Кроме того, нас должно быть десятеро, все время десятеро, мы же не хотим обидеть Младших богов.

Келтэну, Тиниэну и Бевьеру помогли взобраться в седла и все медленно выехали со двора гостиницы на темные и еще пустынные улицы Пэлера. Стражники у северных ворот торопливо распахнули створы перед нами.

— Благословенье Божие на вас, дети мои, — важно сказал Келтэн, проезжая в ворота.

— Обязательно было делать это? — спросил его Спархок.

— Ну, во-первых это не так накладно, как давать деньги, а во-вторых, кто знает, а может быть мое благословение чего-нибудь стоит.

— Ему становиться лучше, он скоро совсем выздоровеет, — заметил Кьюрик.

— Если будет продолжать в том же духе, то вряд ли, — проворчал Спархок.

Они двигались шагом по дороге, ведущей на северо-запад от Пэлера, к озеру Вэнн. Небо на востоке начало светлеть. Дорога шла между засеянными полями, ездили по ней, видимо, много. Они проезжали мимо богатых поместий, тут и там среди холмов виднелись разбросанные небольшими кучками хижины рабов. В западной Эозии рабства не было уже несколько столетий, но здесь, в Пелозии, оно еще сохранилось, потому что здешняя знать и землевладельцы были слишком ленивы и туповаты, чтобы отказаться от рабов и иметь дело со свободными арендаторами. Они мельком видели нескольких здешних помещиков, разъезжающих по своим полям в ярких шелковых камзолах. Несмотря на все то, что слышал Спархок о зле крепостничества, работники на полях казались здоровыми и упитанными, и надсмотрщиков с плетьми было не видно.

Берит ехал шагах в ста позади всех, часто оборачиваясь, чтобы осмотреть дорогу в тылу.

— Этак он перекривит все мои доспехи, — критически заметил Келтэн.

— Мы всегда можем остановиться у какого-нибудь кузнеца и поправить их, — сказал Спархок. — Может быть он даже сможет немного расширить твой панцирь, чтобы тебе было вольготнее набивать живот, когда это только возможно.

— Ты просто переполнен своим прогнившим юмором сегодня утром, Спархок.

— У меня еще много чего имеется в запасе.

— Некоторые люди не созданы для того, чтобы возглавлять экспедиции, — важно заметил Келтэн остальным. — Мой противный дружок как раз из таких, вечно надоедает, пристает ко всем.

— Может быть ты хочешь занять мое место? — поинтересовался Спархок.

— Я? Не шути, Спархок, я не смогу даже пасти стадо гусей, а не то что командовать отрядом рыцарей.

— Тогда может ты заткнешься и дашь мне спокойно делать свое дело?

Тут их нагнал Берит. Его глаза были прищурены, рука скользила по лезвию привешенного к седлу топора.

— Земохи снова плетутся у нас в хвосте, сэр Спархок. Я мельком увидел их.

— Далеко?

— Примерно в полумиле. Они следят за нами.

— Если мы попытаемся атаковать их, они наверно просто убегут, — предположил Бевьер. — А потом снова прицепятся к нам сзади.

— Скорее всего, — мрачно согласился Спархок. — Ладно, мы все равно не сможем их остановить, людей у нас не хватит. Так что пусть их плетутся сзади, если им так хочется. Отделаемся от них, когда все поправятся. Берит, возвращайся назад и присматривай за ними. И никаких геройств!

— Да, сэр Спархок.

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

День становился все жарче и снова начались мучения Спархока. Пот уже пропитал одежду под доспехами.

— Скажи, за что такое наказание? — утирая струящийся по лицу пот спросил Кьюрик.

— Ты же знаешь, не было бы необходимости, я бы никогда не стал этого делать.

— Тогда зачем ты засадил меня в эту печь?

— Но ведь сейчас есть необходимость.

После полудня, когда они проезжали через широко раскинувшуюся зеленую равнину, из близлежащего поместья галопом прискакали двенадцать молодых ярко разодетых всадников и преградили им путь.

— Ни шагу дальше! — воскликнул один из них с самонадеянным выражением бледного прыщеватого лица, небрежным жестом поднимая руку, затянутую в узкий рукав зеленого бархатного камзола.

— Простите? — спросил Спархок.

— Я хочу знать, почему вы нарушаете границы владений моего отца? — заявил зеленый камзол и самодовольно посмотрел на своих посмеивающихся приятелей.

— Но мы полагали, что дорога не принадлежит кому-либо.

— По дороге разрешается ездить только из-за молчаливого согласия моего отца, — сказал он, пытаясь выглядеть угрожающе.

— Он просто решил покрасоваться перед своими дружками, — прошептал Кьюрик. — Давайте-ка уберем их с дороги и поедем дальше. Эти иголки, которые они называют рапирами, не представляют никакой угрозы.

— Попробуем сначала решить вопрос дипломатически. Не хотелось бы, чтобы за нами по пятам следовала толпа рассерженных крепостных.

— Тогда предоставь разговор мне. Я уже имел случай встречаться с подобными типами раньше, — Кьюрик не спеша выехал вперед. Белый плащ и серебряные доспехи Бевьера на нем сверкали в послеполуденном солнце. — Молодой человек, — строго сказал он, — вы, кажется, не в дружбе с правилами вежливости. Возможно,