Путь домой. Четыре близнеца - Наталья Щёголева

Антуан чувствовал, что ноги его стали словно деревянными. Он медленно поднял глаза на Жана. Тот уже стоял, из угла рта сочилась кровь, но взгляд его просто выжигал душу Антуана.

– Вот, что я тебе скажу напоследок, – хрипло заговорил Жан, – Пусть не сейчас, не сегодня и даже не завтра, но в тебе всё-таки проснётся совесть. Почему-то я в этом уверен. И тогда тебе захочется удавиться. Я знаю это, мы близнецы, чёрт тебя побери! В любом случае, в этой жизни ты уже конченный человек. Молись, чтобы Всевышний даровал тебе новую.

Глаза Антуана исполнились ужаса. Он вдруг ощутил правоту этих слов. Ему показалось, что ещё секунда, и он обратится в прах… но… этого не произошло. Самообладание стало снова возвращаться к нему. И вот он уже круто обернулся к герцогу:

– Ваша Светлость, делайте, что хотите, я оставлю вас.

Герцог угадал, что творится с Антуаном, и кто знает, может быть, в его душе всколыхнулось нечто, похожее на сострадание. В любом случае, на этого близнеца у него были особые планы, и сейчас он решил не перегибать палку. Тем более что ему улыбалась мысль о скором начале второго акта этой трагикомедии.

– Как вам угодно, друг мой. Встретимся за ужином, – и он даже лично проводил Антуана до дверей.

На самом пороге Антуан остановился и ещё раз посмотрел на Жана. Казалось, тот ждал этого, и его взгляд… взгляд, переполненный непередаваемой силы презрением и гневом, каленым железом вонзился в память Антуана. А уже в следующую секунду дверь за ним захлопнулась, громко, словно гробовая доска.

Этот хлопок многократным эхом отозвался и в душе Виктора, но, как скоро выяснилось, самое страшное было ещё впереди.

– Глен, бери плеть, – раздался приказ герцога.

Виктор остолбенел.

– Ты меня слышал?!

– Ваша Светлость, но… я никогда не порол людей… – голос называемого Гленом всё-таки дрогнул.

– Но тебя-то, я думаю, пороли?

– Не без этого.

– Тогда ты должен представлять, как это делать. Давай. Пора учиться. Бери! Или ты хочешь оказаться рядом?! – герцог уже рухнул в кресло и теперь широкими жестами раздавал приказы.

– Как вам будет угодно, Ваша Светлость, – Виктор с деланным безразличием пожал плечами, чем скрыл невольную дрожь.

Он подошёл к стойке с плетьми и быстро выхватил одну их них. Это было сделано с разбегу. Виктор просто не позволял себе размышлять.

– Ну так?! Я жду! – герцог начинал терять терпение.

Виктор расправил плеть, встал позади брата.

– Давай уж, постарайся! – Его Светлость даже подался ближе, – Я хочу, чтобы этот щенок скулил, выл и умолял меня о пощаде!

– Какая же у вас богатая фантазия, милорд, – усмехнулся всё же побледневший Жан.

– О-у! Ты и правда ещё не знаешь, насколько она изощрённая! Эта порка только для начала, так сказать, для разминки! Это поможет тебе узнать, что такое настоящая телесная боль, а потом я займусь твоей душой…

– Разве недостаточно вы уже наплевали в мою душу?! – совершенно искренне возмутился юноша.

В ответ герцог усмехнулся и отрицательно качнул головой:

– Нет, ты ещё не ползал передо мной на коленях, не лизал мои пятки, не…

– Ну, ну, – прервал его Жан, – И что заставит меня это сделать?

– Увидишь… – и герцог подарил Жану таинственный взгляд, от которого у того по телу побежали мурашки, – Ну же, Глен! Вперёд!

Виктор понял, что ещё минута промедления, и поднятая им плеть ляжет на спину герцога, и это будет концом, его и Жана. Тот, словно почувствовал это его замешательство и вдруг обратился к прямо к нему:

– Давай, не робей, Глен, кажется… Ты в этой своре новенький, учись соответствовать. А я, так уж и быть, кричать не стану.

– Очень мило… А то я как раз туг на одно ухо, – оскалился называемый Гленом, и плеть взлетела в воздух.

Жан вздрогнул всем телом, но, как и пообещал, не издал ни звука. Виктор отрезал от себя половину и нанёс ещё удар, и ещё, ещё… Его зубы уже начали хрустеть.

– Нет! Не так!!! – прервал его раздосадованный герцог.

Виктор оставался Гленом, и герцог начал уже забывать о своих подозрениях. Он выхватил из его рук плеть:

– Ты не бьёшь, а гладишь! Так он и правда никогда не закричит, а я хочу, чтобы он визжал, как побитая собака! Смотри, как это делается! Смотри и учись!!!

И вот тут-то Жану в самом деле стало горячо, ведь герцог знал своё дело и выполнял его с большим вдохновением. Виктор отошёл в сторону и, не сводя глаз с плети, замер. Каждый удар будто наносили ему.

Ободряющий шепот Фила с огромным трудом пробился к его сознанию и привёл-таки в чувства:

– Это трудно лишь в первый раз. Вытри кровь с губы.

Только теперь Виктор заметил, что прокусил губу. Он слизнул кровь, и она залила ему сердце…

Герцог не остановился до тех пор, пока Жан не потерял сознание. Но юноша так и не издал ни звука.

* * *

До сих пор перед глазами Виктора стояла эта ужасная картина: «Жан… он так похож на Эжена, на меня! Что же это такое?! Где я допустил ошибку?! Что же это?!.. Марианна так любит его! Чёрт бы побрал этого герцога! Стоп!!! А что если…» – Виктор содрогнулся от этой мысли и уже почти сорвался с места, как вдруг его словно прожгла молния. Взгляд скользнул к руке и только теперь он понял, что это было лишь робкое прикосновение маленькой ручки Маги.

– Я искала тебя… Что с тобой?! – Маги увидела красные глаза Виктора и испугалась, – Что случилось?!!

– Что ты здесь делаешь?! – Виктор резко спрыгнул на пол.

– Я ещё не дала тебе повод сердиться на меня. Разве ты не замечаешь, что делаешь мне больно?

Что ж, Виктор сокрушённо повёл головой и вновь присел на подоконник:

– У меня проявилось особый дар, делать больно близким людям. Маги, беги от меня со всех ног, что есть сил беги! Слышишь? Иначе очень влипнешь…

– Я уже влипла… – и Маги светло улыбнулась, ведь она расслышала лишь одно, он включил её в число близких людей.

– Ты не понимаешь, что говоришь! – совершенно искренне ужаснулся Виктор.

– Понимаю.

– Наказание ты моё! – и Виктор не сдержал тяжёлый вздох.

Это успел заметить только что появившийся из-за угла Фил.

– Привет, крошка! – кивнул он Маги.

Виктор лишь поднял руку, и Фил ударил ладонью в ладонь.

– Здравствуй, Фил! – Маги приветливо улыбнулась в ответ.

– Что за чудо, эта зеленоглазая красавица! А, Глен? – и Фил искренне залюбовался девушкой.

– Каким ветром ты здесь, приятель? – Виктор уже вполне владел собой.

– Делать нечего, вот и решил помочь старику Карлосу найти тебя. Он с ног сбился. Кто бы мне раньше сказал, что этот грозный испайронец так легко раним! Как услышал о том, что ты принял участие в порке, так и потерял покой.