Мой новый мир - Max Rizz

— Хм, может действительно богом стать? — хмыкнул Риз, оглядывая меня. Ну не успела я ещё одеться и предстала в нем в одних…. Ну, в общем, почти нагишом.

— Зачем? — спросила я, натягивая опостылевшую одежду горничной.

Он уставился в потолок:

— А что, стану богом, ну допустим любви.

Я даже замерла от услышанного. Он перекатился на живот и положил голову на руки.

— Заколдую тебя, и по моей божественной воле ты мне перестанешь отказывать, — продолжил он фантазировать.

— Ты бы трусы одел, а то как-то богу неприлично так выглядеть, — наконец-то ответила я.

Он вскочил с кровати и встал передо мной:

— А что мне так плохо?

Я сглотнула застрявший комок в горле, все-таки он на меня действует как огонь для мотылька. Кровь прилила к щекам, и я отвернулась, чтобы он не заметил:

— Знаешь, если ты согласишься на это, то не прощу и сама стану богиней, целомудрия например.

Он подошел и обнял меня:

— Вот давай без таких страшных угроз.

Я повернулась к нему и чмокнула в губы:

— Хорошо, но ты бы все-таки оделся.

— Во-о, смотри, как я умею, тут недавно высмотрел, — он сосредоточился и щелкнул пальцами. В мгновение ока на нем очутился его повседневный наряд, — Знаешь, удобно, и в инвентарь не нужно лазать, — сказал он.

Все-таки я ему иногда завидую. Магия это нечто. Вроде и у меня есть магически ориентированные умения, но это все не то. Чистым магом мне никогда не стать. Все-таки мой лучник чистый физик по игре, а Риз, а с ним всё вообще непонятно, вроде бы тоже вполне себе обычный дд, но может магичить. Причем любой маг бы от зависти удавился, видя, как он это делает. Похоже, он настолько сроднился с этим миром, что делал это одним усилием воли.

— Я готов, — он надел на себя свой балахон и нацепил маску.

Мы открыли шкаф с отключенным временно доппелем и достали его оттуда. Теперь мне казалось странным, что я тогда его перепутала. При общем сходстве они были как небо и земля. Как восковая кукла и реальный человек. Риз активировал какое-то заклинание, и кукла открыла глаза.

— Халтура все-таки, — раздался изменённый маской хриплый голос Риза.

— А как по мне, вроде похож.

— Да похож, — согласился Риз, — только приглядись, он же не дышит.

И действительно, кукла стояла практически неподвижно. Только изредка моргая.

— Знаешь Ру, хватит, он свою роль сыграл, а меня эта маска с балахоном уже выводит из себя, — Риз скинул с себя надоевшие вещи.

— А если спросят, куда он девался? — все еще сомневалась я в его решении.

— Тогда что-нибудь и придумаем, — пожал Риз плечами.

— Да ты прямо стратег от бога, — улыбнулась я.

— А то, пришел, увидел, победил, — вздернул он наставительно указательный палец в потолок.

Я похлопала в ладоши:

— Браво. Теперь только всем остальным это расскажи, а то мало ли ещё надумают сражаться против нас.

— Ру, скажи мне, когда ты успела стать такой ехидной? — спросил Риз.

— А за те полгода, что тебя рядом не было, — ответила я.

— Так ты же тут месяц всего, — удивился Риз.

— Поверь мне, родной, у меня каждый день за неделю был, — вздохнула я, непроизвольно вспоминая преодолённые мной испытания.

— Идем что ли? — Риз шагнул из спальни. На полу гостиной валялось тощее угловатое тело. Седьмой, как называл его Риз, опять не добрался до диванчика. Осмотрев бардак царивший вокруг, я спросила:

— А мы можем куда-нибудь его переселить?

— Некуда, — скривил губы Риз, — я уже пытался. Даже в камеру его запирал, а на утро он все равно тут оказывался.

— Ученик, ик, — раздался пьяный голос от лежащего тела, — обязательно зайди в десятую секцию.

— В десятую? — удивился мой парень, — она же только для богов, да и закрыта она.

С пола поднялась рука с ключом:

— Обаятельно загляни.

Риз осторожно взял ключ и ответил:

— Хорошо, учитель, непременно зайду.

Но, похоже, его наставник его уже не слышал, похрапывая во все горло.

— Ты чего-нибудь поняла? — спросил меня Риз.

— Да, — кивнула я ему в ответ, — похоже, мы сдвинулись с мертвой точки.

— Думаешь? — скептически заметил Риз.

— Уверена, — твердо заявила я, — если мы были бы в реале, то да, такому пьянчуге смысла особого верить нет. Но здесь это вполне может быть подсказкой.

— Хорошо, — задумался Риз, — хотя я хоть убей, не знаю, как туда попасть. Столько раз пытался, но ничего не вышло. Может быть, теперь повезет.

— Идем, — подхватила я его за руку и потянула по знакомому маршруту.

С нашего воссоединения, мы уже не первый раз шли этой дорогой. Ибо где еще было искать ответ как не в хранилище знаний.

— Знаешь, — вспомнила я его финальный бой, — тяжело признаваться, но я тогда жутко напугалась.

— Когда это? — спросил Риз.

— Ну, тогда, когда тебе меч воткнули в грудь, — призналась я.

— Ру, нашла что вспоминать, — отмахнулся Риз. Но я заметила, как его лицо потемнело, — Было и прошло, хотя с этим мажором я ещё поквитаюсь, — зло бросил он, — надо же «армагеддон» использовать умудрился. Совсем с катушек съехал.

— Не только он похоже, — заметила я, — скажи мне, на кой черт, ты принял их условия?!

— А какие варианты-то, Ру? Отказаться после того, как тот клоун принял силы — это значит проиграть.

— За то выжил бы, и нам не пришлось бы здесь болтаться.

— А я что мертвый что ли? На, пощупай. Я живее всех живых, — он вытянул в мою сторону свою руку. И я его несильно ущипнула.

Ну как несильно? Достаточно, что бы его лицо сморщилось от неприятных ощущений, а сам он отдернул руку. Все-таки теперешние мои параметры были очень высоки. Я даже соврала ему, преуменьшив свой уровень примерно на сотню, чтобы не смущать его. Все-таки мужчине сложно воспринимать, что он слабее своей женщины.

— О, какие люди, — неожиданно раздался веселый голос.

— Ален, глянь, наша личинка бога себе служанку завела.

— И как она? — заговорщики подмигнул Ризу второй брат

— Она-то отлично, но тебе этого никогда не узнать, — ответил на подначку Риз.

Ален моментально вскипел:

— Да что ты о себе возомнил, смертный?! Тысячи женщин готовы по первому моему зову быть со мной.

— И мужчин, — во время этого горделивого спитча вставил Риз.

— И мужчин, — брякнул Ален, попавшись.

— Прикинь, десятки тыщ мужиков его…, - повернулся ко мне Риз.

Я сделала просто неимоверное усилие, чтобы не расхохотаться. А попавшийся на слове божок, так ничего и не понял, закипая еще большим гневом.

— Остановись, брат, — попытался урезонить его