Сунь Укун — Царь обезьян - У Чэнъэнь

Тут Чжу Бацзе взмахнул вилами и ринулся на врага. Оба яростно сражались, но пока еще нельзя было сказать, кто из них возьмет верх, а тем временем на Чжу Бацзе набросились еще двое. Обезьяноподобный лев с железным стержнем, усаженным шипами, и Белоснежный лев, вооруженный трехгранным бруском.

– Эй, сюда! – закричал Чжу Бацзе.

Размахивая волшебным посохом, покоряющим драконов и тигров, вперед ринулся Шасэн. Но на него разом набросились львы Пожиратель тигров, Смышленый, Ловец слонов и Охотник за лисицами. Тогда и Великий Мудрец Сунь Укун пустил в ход свой посох с золотыми обручами, отражая натиск львов. Лев – Пожиратель тигров действовал дубиной. Смышленый орудовал медной кувалдой, Ловец слонов – стальным копьем, а Охотник за лисицами – огромной секирой.

И вот семь львов-оборотней вступили в бой с тремя смелыми монахами.

Бой продолжался почти весь день, и незаметно наступил вечер. Чжу Бацзе так устал, что у него изо рта потекла слюна, а ноги обмякли. Не в силах больше сражаться, он сделал ложный выпад, покинул поле боя и бросился бежать.

Львы Белоснежный и Обезьяноподобный настигли его и ударами трехгранного бруска по самому хребту свалили с ног, потом вцепились ему в загривок и в хвост и потащили к Девятиголовому льву.

– Одного поймали! – крикнули они.

В это время Шасэн и Сунь Укун тоже покинули поле боя, и оборотни гурьбой погнались за ними. Сунь Укун выдрал у себя клок шерсти, разжевал ее, выплюнул, произнес заклинание, и сразу же появилось больше сотни маленьких Сунь Укунов, которые плотным кольцом окружили львов: Смышленого, Пожирателя тигров, Ловца слонов, Охотника за лисицами и самого Желтого льва. Оправившись, Шасэн и Сунь Укун вновь вступили в бой, и им удалось наконец захватить двух львов: Пожирателя тигров и Смышленого. Другие два льва – Охотник за лисицами и Ловец слонов – сбежали. Желтый лев доложил о случившемся старому оборотню. Узнав, что два льва попали в плен, старый оборотень распорядился:

– Скажите Чжу Бацзе, если они отдадут наших львов, мы сохраним ему жизнь, а не отдадут – уничтожим его.

Вскоре наступила ночь, и оборотни расположились на отдых у городских стен.

Тем временем Великий Мудрец приволок обоих львов-оборотней к стенам города. Львов связали и втащили в город. Тогда Сунь Укун вернул на место шерстинки и вместе с Шасэном поднялся на городскую башню, где предстал перед Танским монахом.

– Ну и жаркий был бой! – воскликнул Танский монах. – Что с Чжу Бацзе, жив ли он?

– Ничего с ним не случится! – уверенно ответил Сунь Укун. – Их оборотни у нас, и они не осмелятся причинить Чжу Бацзе какой-либо вред. Свяжите оборотней покрепче, а завтра утром обменяем их на нашего Чжу Бацзе!

Пришли сыновья правителя, низко поклонились Сунь Укуну, после чего сразу подали трапезу, и все поели тут же, на городской башне. После этого на городской стене зажгли фонари и вывесили стяги, застучали в колотушки, зазвонили в колокольцы, забили в гонги и барабаны, выставили усиленные караулы, стали передавать сигнальные стрелы, пускать хлопушки.

На рассвете старый оборотень позвал к себе Желтого льва и стал с ним держать совет.

– Вы постарайтесь сегодня же изловить Сунь Укуна и Шасэна, – сказал он, – а я тем временем незаметно взлечу на городскую стену, захвачу их наставника да заодно прихвачу еще и правителя уезда с его сыновьями и вернусь к себе, в пещеру Девяти кольцевых извивов, где буду ждать вас с победой!

Получив наказ, Желтый лев тотчас повел за собой Обезьяноподобного льва, Белоснежного льва, Ловца слонов и Охотника за лисицами. Каждый нес при себе оружие. Приблизившись к городской стене, они подняли шум и крик, вызывая монахов на бой. Пришлось Великому Мудрецу и Шасэну вдвоем отражать натиск пяти львов-оборотней.

И вот в самый разгар боя старый оборотень вскочил на черную тучу, помчался прямо к городской башне и несколько раз тряхнул головой. Он был до того страшен, что все военные и гражданские чины старших и младших рангов, а также караульные и сторожа от ужаса кубарем покатились вниз. Тогда старый оборотень ворвался в башню, разинул пасть, схватил в зубы Танского монаха, правителя уезда и его сыновей, затем вернулся к тому месту, где был Чжу Бацзе, и его тоже схватил. Недаром у Девятиголового была не одна пасть, а девять.

Между тем Сунь Укун, услышав вопли и крики, доносившиеся из города, сразу же смекнул, что попался на удочку, сорвал у себя всю шерсть от самого плеча до локтя, сунул ее в рот, разжевал и выплюнул, произнес заклинание, и сразу же появились сотни и тысячи крохотных Сунь Укунов, которые разом бросились на врага. Они мигом повалили и потащили Обезьяноподобного льва, живьем схватили Белоснежного льва, поймали льва – Ловца слонов, сбили с ног льва – Охотника за лисицами, а Желтого льва убили на месте. Всех львов-оборотней связали и притащили в город. Вдруг появилась жена правителя. Она с воплями и плачем бросилась к Сунь Укуну и, земно кланяясь, сказала:

– Духовный наставник! Нет больше в живых моего повелителя-супруга, моих сыновей и твоего наставника! Их погубил злой оборотень.

– Не печалься, почтенная, – отвечал Сунь Укун. – Их утащил старый оборотень в отместку за то, что я взял в плен его семерых львов, но никакого вреда он им причинить не посмеет. А завтра на рассвете мы с братом вдвоем отправимся на гору, изловим старого оборотня и вернем тебе твоего мужа и сыновей!

Жена правителя снова поклонилась Сунь Укуну и вместе со всеми домочадцами и прислужницами удалилась к себе.

На следующий день Великий Мудрец и Шасэн вскочили на благодатное облако и вскоре прибыли на вершину горы Коленце Бамбука. Прижав книзу край облака, они осмотрелись и вдруг приметили внизу черномазого бесенка с короткой дубинкой в руках, который пробегал прямо по ущелью, между скалами.

Сунь Укун окликнул его:

– Эй, ты! Стой!

Но перепуганный бесенок помчался вперед и вдруг исчез. Монахи пробежали еще немного и увидели вход в пещеру. Над мраморными воротами была каменная плита с надписью: «Пещера Девяти кольцевых извивов на горе Коленце Бамбука».

Оказывается, черномазый бесенок скрылся в пещере и успел наглухо закрыть ворота, после чего побежал к старому оборотню и доложил:

– Повелитель! К воротам снова подошли те двое монахов!

– А где Желтый лев и остальные? – спросил старый оборотень.

– Не знаю! – отвечал бесенок. – Не видел их.

Старый оборотень выслушал бесенка, и из глаз его хлынули слезы.

– О горе! Горе! – завопил он. – Желтый лев погиб! Остальных моих внуков-львов монахи забрали в плен! Как же мне отомстить за такую обиду?

Тут старый оборотень, в чем был, даже не взяв с собой никакого оружия, пошел к воротам, распахнул их и, не говоря ни слова, бросился прямо на Великого Мудреца. Тот начал отбиваться своим посохом, нанося удары оборотню по голове. Шасэн завертел колесом свой волшебный посох и тоже принялся бить врага. Тогда оборотень качнул головой, и у него сразу же выросло восемь голов: четыре слева, четыре справа. Все они разинули огромные пасти, вцепились зубами в Сунь Укуна и Шасэна и поволокли их в пещеру. Там обоих связали, и старый оборотень велел высечь всех монахов по очереди. Первым принялись бить Сунь Укуна, но тело его, как вы знаете, было закалено в плавильной печи, и он не чувствовал боли.