Спасти диплом, угнать дракона - Надежда Мамаева

Алекс еще раз стрельнула глазками в сторону сборной, поправила и без того безупречную прическу и, договорившись со мной встретиться через два часа у расписания, летящей походкой проскользила мимо трибун.

Ее фигуру провожала взглядом добрая половина парней. Но когда я обернулась к полю, то увидела, что Варлок, в отличие от остальных, пристально смотрит на меня.

Прищуренные зеленые глаза внимательно изучали, будто оценивали. Уже без высокомерия, а скорее задумчиво. Словно прикидывая, на что я могу сгодиться.

Стало неуютно. Очень. Так, что я поежилась и поплотнее запахнула плащ. А потом и вовсе развернулась и поспешила прочь со стадиона.

Двух часов должно было хватить, чтобы наведаться в библиотеку. Алекс считала меня, мягко говоря, не самой умной адепткой университета. Разуверять ее в обратном не было никакого желания. Потому я и сочинила про рыбную лавку, зная о нелюбви подруги к специфическим запахам.

В книжной обители я бывала часто и с библиотекарем Поллет Пейтор — невысокой, румяной, как сдобная булочка, и общительной эйрой — была хорошо знакома. Благо она понятия не имела о моих оценках и считала, что перед ней просто старательная и бедная адептка. Ну и немного прогульщица. Ведь если посещать все лекции, то и надобность в библиотеке возникает редко.

Я же приходила регулярно. Правда, для конспирации заглядывала в разные отделы. Но эйра Поллет никогда не следила за мной.

Сегодня я тоже сказала, что меня интересует материал для доклада по полуразумным тварям песчаной долины.

Библиотекарь предложила помочь мне в поиске и уже потянулась к колокольчику, чтобы вызвать духа-хранителя формуляров и каталогов, но я улыбнулась и заверила, что сама все найду. Мы мило поболтали пару минут, после чего я отправилась в шестой сектор. Побродила для вида между стеллажами и тихонько перебежала в тринадцатый — некромантии и магии крови.

Вообще-то в тринадцатый сектор редко захаживали, разве что иногда заглядывали старшекурсники с темного факультета. Здесь находились книги, которые никогда не выносились из зала, а страницы каждого фолианта были зачарованы от порчи, вырывания и копирования. И это у самых безобидных экземпляров. Опасные фолианты и вовсе не открывались тем, чей уровень дара низок. Пришлось снять кольцо. Сила, до сего момента сдерживаемая, тут же забурлила. Я сжала кулаки, загоняя ее поглубже.

Нужная книга неохотно далась в руки. По корешку прошла рябь недовольства: мол, хватают тут ее, почтенную, всякие пигалицы.

Порог дара был придуман для опасных фолиантов не случайно. Описываемые в них ритуалы были способны просто-напросто убить слабого мага, решившегося их провести. Конечно, секретов, что могли бы навредить не адепту, а, скажем, всей империи, в библиотеке не водилось. Но вот фрагменты… Обрывки, осколки, фразы между строк…

Да, тут нельзя было найти прямого ответа на мой вопрос, но вот подсказку… Тем более моя мама в свое время тоже училась здесь. И, возможно, так же, как и я, держала в руках фолиант «Кровь. Сила. Омоложение. Старение. Изменение» Фонгрофа Морка.

Книга была старой и тяжелой. Ее я читала уже с неделю. Выписывала некоторые формулы. Конечно, я не занималась ничем запретным, закон не нарушала. Но… мой странный интерес мог бы вызвать множество вопросов у посторонних. А мне эти самые лишние вопросы были ни к чему. Посему я, взяв творение эйра Морка, нацепила на него заранее приготовленную обложку «Секреты красоты. Как влюбить в себя без приворота и дубины» и вернулась в шестой сектор. Там поудобнее расположилась прямо на полу, достала лист, остро отточенный карандаш и, открыв книгу, начала читать, делая пометки на бумаге. Не заметила, как увлеклась.

— А я тебя искал, Нари. — Голос заставил меня подорваться, захлопнуть книгу и уже только потом вскинуть голову.

Эштон Флетчер. Невысокий, со светлыми русыми волосами, Эш, как и я, был выпускником. Правда, факультета целителей. С небольшим уровнем дара и большой стеснительностью, из-за которой постоянно сутулился. С ним я познакомилась в лечебнице год назад, когда мы проходили практику по восстанавливающим эликсирам.

Его взгляд упал на обложку, и я тут же прижала книгу к себе, изображая крайнее смущение. Встала, одернув юбку, и обняла книгу обеими руками. Эш отчего-то нахмурился. Поджал губы, словно собираясь с духом, и наконец спросил:

— Нари, я хотел узнать… Тот альв, с которым ты сегодня под руку пришла в университет… Он твой парень?

Мне показалось, что я ослышалась. Я ожидала какого угодно вопроса. Но не этого.

— Прости?

— Ну, вы…

По тому, как начал сглатывать Эш, подбирая слова, я поняла, что все расслышала правильно.

— Что? О, ты в этом смысле… Нет, конечно, нет! Что за глупость? Это адепт по обмену. Его должна была встретить вчера Алекс и не смогла… Поэтому… — Я старательно захлебывалась словами, изображая смятение, как и положено скромной эйре.

— А… — глубокомысленно протянул Эш и, кажется, расслабился. А потом расправил плечи, вскинул голову и решительно произнес: — Знаешь, Нари, сегодня, когда я увидел тебя с тем альвом, то понял, что могу упустить свой шанс. И если не скажу этого сейчас, то наверняка пожалею… — Он набрал в грудь побольше воздуха и выдохнул: — Ты пойдешь со мной на осенний вечер?

Вот он, мой предлог, чтобы не охотиться весь вечер с Алекс за Варлоком! А она именно этим и займется через неделю на танцах. Но я не успела додумать полезную мысль до конца, как из-за спины раздался насмешливый, чуть ленивый голос с легким акцентом:

— Я бы не соглашался на это весьма сомнительное предложение.

Я медленно повернулась. Вот помяни демона, он и явится.

Да чтоб этому альву прилечь отдохнуть! Желательно — на монорельсовую дорогу, когда впереди маячит пассажирский вагончик. Но нет же. Стоит здесь, кривит губы в ухмылке, облокотившись на один из стеллажей.

— Позвольте, эйр Не-Знаю-Как-Вас-Зовут, я сама буду решать, чье предложение сомнительное. — Последнее слово выделила особо, давая понять, что речь идет о совете альва. — А на чье стоит ответить согласием. — Я постаралась не выйти из образа тихони.

Судя по тому, как блеснули глаза Варлока, не сказать, что мне это удалось. Хотя, может, он просто привык, что все девицы в возрасте от семи до семидесяти смотрят на него взглядом влюбленной овцы и не смеют перечить?

— А я думаю, что ты прекрасно знаешь мое имя. — Остроухий скрестил руки на груди. — Всего час назад вы с подругой так самозабвенно кричали на трибунах, так болели за мою команду и меня…