Четвертый дракон Амели - Ольга Иконникова

— Значит, ты думаешь, что повар Кадернэл носит еду нашим беглецам? Но это же слишком опасно! Он тоже может вывести стражу на след!

— Может, — не стал спорить Фернан. — Но думаю, он просто оставляет съестное в условленном месте, а они забирают еду, только убедившись, что за ним никто не следил.

— Ты разговаривал с ним?

Маршан хмыкнул:

— Как вы себе это представляете, ваше высочество? Где я мог бы с ним поговорить? Да, я бываю на кухне, но там всегда полным-полно народа. К тому же, его наверняка не единожды допрашивали слуги герцога, и если он ничего не сказал им, то с чего бы ему открываться передо мною? Нет, ваше высочество, если уж кто и сумеет разговорить его, то только вы. Вы — названная сестра погибшего короля, и никто не усомнится, что вы действуете в интересах его дочери.

— Пожалуй, ты прав, — признала Амели. — Но не могу же я сама пойти на кухню? Нам ни к чему привлекать внимание к этому человеку.

— Конечно, не можете, — согласился Фернан. — Вам нужно пригласить Кадернэла к себе в апартаменты. Но только сделать это нужно по-хитрому. Я разузнал — сегодня на обед вам как раз подадут суп из каштанов. Сделайте вид, что он привел вас в восхищение, а потом потребуйте к себе повара, который его приготовил. Насколько я понимаю, каштаны — это единственный продукт, который в Анагории должна уметь готовить даже королева.

Суп из каштанов и вправду оказался восхитительным, и Амели даже не пришлось делать вид, что он ей понравился. Она изъявила желание поговорить с поваром, который его приготовил.

— Ваше высочество! — наморщила носик графиня де Карильен. — Невеста принца не может разговаривать с человеком, который пахнет перцем и корицей!

Ни она, ни принцесса Лабраденская понятия не имели, как много значат каштаны для королевской семьи Анагории.

А вот баронесса Дюамель порыв Амели вполне одобрила.

— Это разумно, ваше высочество. Я пришлю повара в ваши апартаменты, — и вздохнула: — Как жаль, что на нынешних отборах невест уже нет кулинарных испытаний.

Повар пришел через час после обеда. Он переступил порог и застыл, смущенно потупив взор.

— Прошу вас, проходите, — поприветствовала его Амели. — Как вас зовут, месье?

— Кадернэл, ваше высочество, — голос его звучал чуть слышно, хотя сам он был высок и могуч.

— Какое красивое имя! — она постаралась изобразить беспечную улыбку. — Никогда прежде такого не слышала.

Повар чуть расслабился, хотя и не отошел от порога ни на шаг.

— Благодарю вас, ваше высочество. В наших местах это самое обычное имя.

Фернана Маршана в гостиной не было — они решили, что в его присутствии Кадернэл окажется менее разговорчивым.

— Это я хотела бы поблагодарить вас, месье Кадернэл, — еще более благожелательно улыбнулась Амели. — Блюда, которые вы готовите, просто поразительны!

Мужчина еще больше смутился, и его широкое лицо покраснело.

— Благодарю вас, ваше высочество, — повторил он.

Амели решила, что пора переходить к тому, ради чего они его пригласили.

— Месье Кадернэл, позвольте спросить вас, а не из ваших ли мест лакей Натанэл, который исчез вместе с принцессой Вероник? — задавая вопрос, она смотрела на повара в упор.

Он покраснел еще больше. Но не произнес ни слова. И ей пришлось снова спросить:

— Вы поняли мой вопрос, месье Кадернэл?

Он промычал что-то неразборчивое.

— Месье Кадернэл, я дам вам пару минут на раздумья. А пока хочу рассказать вам кое-что о себе. Может быть, вы не знаете, но я — сестра его величества Роланда Седьмого и подруга ее величества Вирджинии. И я вернулась в Анагорию, чтобы помочь принцессе Вероник.

Он закивал, пытаясь спрятать за спину дрожащие руки.

— Меня пугает, месье Кадернэл, что девочка вынуждена скитаться и голодать, в то время, как она имеет полное право жить во дворце. У меня есть основания предполагать, что дворец она и не покидала. Вы только представьте, месье Кадернэл, каково ребенку находиться в подвалах на протяжении стольких недель?

Плечи мужчины опускались всё ниже и ниже.

— А если вы не доверяете мне, то вот сестра Греты — Жюли. Она тоже всем сердцем хочет помочь маленькой принцессе. Понимаете, месье Кадернэл, рано или поздно беглецам придется выйти из подвала. В чьи руки они попадут? А сейчас есть возможность отвезти девочку в безопасное место, но для этого нужно поговорить с Натанэлом или Гретой.

Повар по-прежнему молчал.

— Если с принцессой Вероник что-то случится, а вы, месье Кадернэл, будете знать, что имели возможность помочь ей, но не помогли…

Мужчина дернулся как от удара.

— Но я помогаю ей, ваше высочество! — почти выкрикнул он.

И тут же снова замолчал, должно быть, ругая себя за несдержанность.

— Месье Кадернэл, я сразу поняла, что вы — добрый и надежный человек! — метнулась к нему Амели. — Я знаю, вы не выдадите принцессу дворцовой страже. Но мы с Жюли не имеем к герцогу Ламанскому никакого отношения. Мы тоже хотим защитить девочку и найти убийц ее родителей. Так помогите нам, месье Кадернэл. А мы обещаем, что о вашем участии в этой истории никто не узнает.

Он колебался, и выражение его лица несколько раз менялось — на нем промелькнуло всё — от отчаяния до надежды.

— Я хотел бы вам верить, ваше высочество, — наконец, сказал он. — Но это — не моя тайна!

— Послушайте, месье Кадернэл, — Амели начала терять терпение. — Вы уже невольно подтвердили, что помогаете принцессе Вероник. У нас есть основания полагать, что вы носите еду в погреба. Но неужели вы думаете, что ваши походы туда останутся незамеченными? Не сегодня, так завтра кто-то из стражи заметит ваши маневры, и что тогда? Они проследят за вами и поймают Грету и Натанэла.

Он не стал упираться.

— Да, ваше высочество, — его голова горделиво поднялась. Он решился признаться, что помогает делу, которое считает правым, — я ношу еду для маленькой принцессы. Совсем немного — только то, что можно спрятать в карманах куртки — хлеб, вареные яйца и маленькие бутылочки молока. Но даже если стража проследит за мной, они не смогут увидеть принцессу. Даже я не знаю, где находятся ее высочество и Грета с Натанэлом. Я просто оставляю еду в винном погребе. Там есть небольшой тайничок в стене. Кто и когда забирает ее, я не знаю. Мы специально уговорились делать именно так — чтобы я не смог выдать их.

— Это разумно, — похвалила Амели. — Но вам и не нужно никого выдавать. Я напишу записку Грете, а вы просто оставите ее вместе с хлебом в тайнике. Если Грета поверит мне, она придет на встречу в назначенное место. А если нет…

Об этом варианте думать ей не хотелось. Действовать нужно было быстро — на предстоящий бал должны были прибыть гости, в числе которых ожидался и герцог де Тюренн. Лучшего случая незаметно вывезти Вероник из дворца могло и не появиться.