Институт идеальных жен - Ольга Куно

Мейбл

Постоялый двор оказался большим, основательным и вполне приличным. Во всяком случае, здесь явно было не место всяким проходимцам с полупустыми карманами, к каковым отныне относилась и я. Впрочем, пока здесь об этом не знали.

После дискуссии о возможности изнасилования в условиях закрытого экипажа обстановка в карете стала легкой и доброжелательной. Мы много разговаривали на самые разные темы (все они, к слову, были совершенно приличными) и, можно сказать, сдружились. Я поведала спутнику полуправду о том, что еду из пансиона к дальним родственникам, не признавшись, что совершила побег, а родственники не имеют ни малейшего представления о моих планах. Он кое-что сообщил о себе, сказал, что ведет светскую жизнь, но предпочитает избегать излишней суеты, которая присуща любой столице. Что именно привело его в «Оазис», осталось не вполне ясным. В начале разговора он упомянул о делах, но далее утверждал, что приехал за развлечениями.

Теперь Гарри отправился заниматься каретой и багажом, в то время как мы с Этьеном прошли в большое двухэтажное здание. Комнаты для постояльцев располагались на втором этаже, внизу же кипела жизнь. Длинные старомодные столы для больших компаний чередовались с современными круглыми столиками на четверых, далее следовали полукругом расставленные у камина кресла и – отдельно – места для карточных игр. О еде заботились слуги, сновавшие по залу. И, разумеется, повар с поварятами, но они трудились на кухне, отгороженной от помещения для гостей.

Съемом комнат занялся Этьен. Я не стала конспиративно притворяться, будто в первый раз его вижу, и держалась рядом, однако все переговоры предоставила ему.

– Любезный, нам понадобятся две отдельные комнаты. Для меня и для этой юной леди.

– Сожалею, граф Ренье, – рассыпался в извинениях хозяин заведения. – Ваша комната давно заказана и ждет вас, но что касается леди… Увы, свободных мест совсем не осталось. Вы же видите, мероприятие-с. – Он обвел взглядом зал, где действительно собиралось все больше людей, в основном – в той его части, что была отведена под карточные столики. – Может быть, леди все-таки устроит ваша комната? Она весьма просторна. Мы, как и было велено, приготовили для вас все самое лучшее.

– Черт, я этого не учел, – посетовал Этьен, по-видимому, имея в виду «мероприятие». – Неужели совсем никаких комнат нет? Может быть, совсем маленьких, в мансарде?

Хозяин с показным сожалением развел руками:

– Сняли все до самого последнего угла-с.

– Ну а хотя бы на сеновале ночевать можно? – с тоскливым вздохом осведомился мой спутник.

– Увы. Вы же понимаете: господа путешествуют со слугами. Ближайшие ночи, боюсь, и на сеновале не продохнуть будет.

Мимо, будто в качестве иллюстрации к этим словам, прошествовали Гарри с каким-то по-простому одетым парнем, видимо, местным, тащившие сундук, тот самый, что прежде был привязан к задку нашей кареты.

– Вот же тяжелый, зараза! – выругался Гарри, когда они начали подниматься вверх по лестнице.

Хозяин проследил за ними взглядом и вновь повернулся к нам.

– А знаете, господа, у меня появилась идея! – внезапно воскликнул он. – Я велю принести в ваши покои ширму. У нас есть прекрасная ширма, высокая и устойчивая. Совсем недавно приобрели-с, все по самой последней моде. Поставим посредине. Будет вроде бы как одна комната, а вроде бы и две. Даже некоторые супружеские пары так делают, – интимно понизив голос, поведал он и пару раз кивнул для убедительности. – А вторую кровать тоже доставим, на этот счет не извольте беспокоиться. Лишние кровати как раз имеются. Ну как, согласны?

– Согласен. – Этьен предварительно обменялся со мной взглядом, но дожидаться ответа не стал: вариантов-то все равно не было. И так оставалось лишь аплодировать хозяину за находчивость. – Сколько с меня?

Нам назвали сумму, приличную, но все же в пределах разумного. Не знаю, сколько Этьен должен был заплатить изначально, но, думаю, с него взяли больше, чем за одну комнату, но меньше, чем за две. Хозяин знал свою выгоду, но и зарываться не стал. Мой спутник без проволочек извлек кошель и заплатил серебром, даже не поморщившись, из чего я заключила, что проживание в «Оазисе» его, мягко говоря, не разоряло. Впрочем, и прежде было ясно, что нужды в деньгах он не знает.

Нас попросили обождать всего несколько минут, и действительно, в самом скором времени тот парнишка, что прежде помогал Гарри с багажом, провожал нас на второй этаж. Сундук уже стоял в комнате, равно как и ширма, делившая ее на две приблизительно равные части. С каждой стороны обнаружилось по кровати, одна пошире, видимо, расположенная здесь изначально, вторая – поуже. Обе были покрыты одеялами, от которых приятно пахло свежестью. Я едва удержалась от искушения рухнуть на одну из них: время было позднее, а день вышел утомительным. На дальней стене висело ружье.

Этьен вручил слуге монеты, и тот с поклоном вышел, оставляя нас одних. Гарри не было, должно быть, ужинал где-то внизу или и вовсе ушел спать. Несмотря на продолжительное путешествие в карете, пребывание со спутником наедине вызвало сейчас ощущение неловкости.

– Радостно, что ты хотел устроить меня на сеновале, – бодро заявила я, дабы хоть немного сгладить это чувство.

– На сеновале я собирался устроиться сам, – насмешливо, в тон мне, отозвался Этьен, – но на будущее стану иметь в виду, что у тебя столь низкие запросы.

– Запросы запросами, но сколько я тебе должна?

– Да брось. Мы же уже решили, что раз я не умею стирать плащи, то должен компенсировать тебе ущерб как-то иначе, – отмахнулся он. – Прости, но у меня дела внизу. Сейчас я переоденусь и спущусь.