Трон Знания. Книга 3 - Такаббир Эль Кебади

— Понимаю.

— Не понимаешь.

— Тебе не нравится, когда женщина задаёт вопросы?

— Мне нравится, когда она молчит.

— Я никогда не была в море, — тихо проговорила Малика. — Я даже ни разу в нём не купалась. Скажу больше: я не ходила по песку. Смотрела на море с обрыва и мечтала, что когда-нибудь взойду на корабль и он унесёт меня далеко-далеко. А теперь мне страшно, Иштар. Вокруг тишина, а мне страшно как никогда. При мысли о шторме у меня трясутся поджилки.

Иштар повернулся к ней лицом:

— Чего ты боишься?

— Боюсь умереть последней. Боюсь увидеть смерть других людей. А в трюме все говорят, что с нами ничего плохого не произойдёт.

Иштар отвернулся. Ориенты неисправимы…

— Все говорят, что нет моряков лучше, чем ракшады, — произнесла Малика. — Тебе принести что-нибудь поесть?

— Я не голоден.

— Может, воды?

— Нет.

— Увидимся, Иштар — сказала Малика и побрела по заснеженной палубе.

Проводив её взглядом, он прошёл на корму:

— Шхуна-2!

— Чего? — откликнулись из непроницаемой белой поволоки.

— Слушай мою команду! Лодки закрепить по-походному.

— Это как?

Иштар выругался под нос:

— Опускайте штормтрап. Я иду к вам. — Подозвал Йола и моряков. — После шторма будете делать всё, что хотите. Я вам слова не скажу. А сейчас слушайте мои команды. Проверить наличие крюков. На палубе основать штормовые леера.

— Что сделать на палубе?

С трудом сохраняя спокойствие, Иштар ответил:

— Натяните тросы или канаты, за которые будут держаться люди во время шторма. Йола, подбери десять человек. Старики, женщины — не важно. Главное, чтобы у них были сильные руки и громкие голоса. В трюме есть переборки?

— Одна.

— А сети есть?

— Есть. Куда же мы без них?

— Обмотайте ими коробки, ящики, все опасные предметы и зафиксируйте в малом отсеке. Если остались мешки с вещами — высыпайте всё на пол. И быстро! У нас мало времени. Лодку на воду!

Посетив ведомую шхуну, Иштар вернулся на головное судно. Закрепил обе лодки по-походному — в случае необходимости стоит лишь отдать стопора, и шлюпки легко вывалятся за борт. Проверил, как сигнальщики завернули в куски брезента запасные факелы. Из трюма вышли женщины и старики, закутанные в одеяла. Иштар расставил их от носа до кормы вдоль леера. Людям предстояло выкрикивать по цепочке команды ракшада и передавать на вторую шхуну.

Нескончаемо валил снег, воздух стремительно темнел. Иштар смотрел на поникшие паруса и молил Всевышнего подарить боковой ветер. При попутном ветре судно с косыми парусами станет прытким, бойким, будет рыскать как гончая. Потребуются немалые усилия, чтобы удержать его между рифами. Всевышний услышал. Ткань гулко хлопнула.

— Всем занять свои места! — крикнул Иштар.

Команду повторили разные голоса, и она полетела над морем.

Иштар сбросил куртку и направился на нос судна. Соскользнул по якорь-цепи к зыбкой воде, раскинул руки:

— Держать полные паруса! Право руля!

Ветер пытался сорвать его с железной опоры, снег залеплял глаза, волны накрывали с головой. Иштар вскарабкивался чуть выше и вновь слушал море. Он впервые управлял такой древней посудиной. В Ракшаде, если парусник не имел двигателя, он обязательно был оснащён паровой рулевой машиной. А здесь не было даже подручных механизмов, только штурвал и примитивные шлюпбалки для спуска лодок.

После полуночи Иштар поднялся на палубу. Море штормило, но пока не вызывало тревоги. Опасный участок с подводными скалами остался позади. Шхуны летели над впадиной.

— Шхуна-1! Убавить парусов. Без моей команды курс не менять, — крикнул Иштар. — Шхуна-2! Право руля! Сигнальщики на левый борт.

Перекрикивая шум ветра и моря, ориенты повторяли приказы.

Иштар разглядел сбоку размытый свет двух факелов — второе судно теперь шло справа по борту :

— Шхуна-2! Выровнять курс. Строй фронта. Убавить парусов. Шхуна-1! Сигнальщики на правый борт.

Оба рулевые теперь видели огни на соседней шхуне.

— Всем! — крикнул Иштар. — Убрать верхние паруса. Вытравить якорь-цепь.

Малика накинула ему на плечи куртку, натянула на голову капюшон. Принесла кружку горячего чая. Шхуна поднялась на гребень волны и резко упала в ложбину. Иштар успел схватить Малику и вдавить её в фальшборт.

— Не обжёгся? — спросила она.

— Твоё место… — начал Иштар.

— В трюме, — закончила фразу Малика. — Я знаю. Ты не обжёгся?

Он посмотрел в кружку:

— Я даже не пролил.

— Может, отпустишь меня? Мне что-то давит в спину.

— Я за тобой нырять не буду.

— Я держусь.

Иштар сделал шаг в сторону.

— Мы на месте? — спросил рулевой.

— Почти.

Хватаясь за протянутый через всю палубу трос, к ним приблизился Йола:

— Зачем приказал кинуть якорь?

— До разгара шторма надо уцепиться за край впадины, — ответил Иштар.

— Шторм будет сильным?

— С перегруженными трюмами это уже не имеет значения. Любая волна может стать последней.

Йола посмотрел по сторонам:

— Где Ветонский кряж?

— Где-то здесь. — Иштар выпил чай, отдал кружку Малике и повернулся к Йола. — Шторм завтра не закончится. Чем будешь кормить детей?

— Малика, пошли, — сказал старик.

— Со мной останутся сигнальщики и моряки, — распорядился Иштар. — Остальных забирай, мне больше никто не нужен.

Малика взялась за штормовой леер и вслед за стариком пошагала к трапу. Вдруг судно дёрнулось, резко накренилось и развернулось носом к ветру.

— Шхуна-1! Опустить паруса, — крикнул Иштар и устремил взгляд на огни второго судна. Через минуту они замерли. — Шхуна-2! Опустить паруса! Всем! Задраить люки!