Королева Америки - Катарина Макги

Время, казалось, растягивалось и сжималось, точно резинка с вишневым вкусом, которую обе любили жевать на переменках в школе.

– Химари. Я так рада тебя видеть. Ты очнулась, – неуклюже сказала Дафна. И затаила дыхание – что будет? Химари разразится ругательствами, что-то в нее запустит или, может, позовет медсестру?

Ничего не произошло.

– Я бы сказала, что соскучилась, но мне кажется, будто мы виделись на прошлой неделе. – Голос Химари звучал грубее, чем раньше, из-за нескольких месяцев в коме, но в нем не было ни холода, ни отстраненности. Она кивнула на одежду Дафны и, что невероятно, улыбнулась.

– Ты, как всегда, отлично выглядишь. Джинсы с завышенной талией действительно вернулись? Надо прикупить пару.

Какое-то время Дафна стояла в шоке.

Химари говорила с ней, как прежде: до того как между ними встали Джефферсон и секрет Дафны и Итана.

– Вот, это для тебя. – Дафна улыбнулась и протянула подруге подарочную корзину. Весь день она скупала любимые вещи Химари: цветы и чай, новый фантастический роман ее любимого автора, макароны из той пекарни в Джорджтауне. Химари принялась разбирать содержимое корзины со своей обычной очаровательной жадностью.

– Позволь я помогу, – предложила Дафна, когда Химари уткнулась лицом в цветы и вдохнула. На столе стояла пустая ваза; Дафна отнесла ту в ванную, наполнила водой и поставила букет.

Палата теперь выглядела иначе, чем прежде. Стерильные поверхности были загромождены личными вещами, мягкими игрушками, воздушными шарами на палках и стопками журналов. Дафна улыбнулась, когда увидела, что Химари пьет воду из своего старого мультяшного термоса. Комната даже звучала лучше: медицинское оборудование издавало бодрый беспорядочный писк, а не бездушный рефрен, поддерживающий жизнь человека, находящегося без сознания.

Дафна поставила цветы на ближайший стол, затем выдвинула стул.

– Что ты делаешь? – Химари подвинулась, освобождая место на кровати. – Раны на голове не заразны, честно.

Выкрутиться не получалось. Дафна забралась рядом с подругой, как прежде, когда они сидели в комнате Химари, обмениваясь историями и секретами и смеясь до боли в груди.

– Медсестры сказали, ты приходила каждую неделю, – продолжила Химари. – Спасибо. Ты такая верная подруга.

Не прозвучала ли в последних словах нотка сарказма? Дафна не могла сказать определенно. Было все еще странно слышать голос подруги.

– Мы все волновались за тебя, Химари. То падение…

– Ты видела?

– Я… что?

– Ты видела, как я упала?

Казалось, воздух выходит из комнаты. Дафна повернулась, встретившись взглядом с подругой.

– Я была на вечеринке, но нет. Я не видела, как ты упала.

Химари рассеянно потянула простыни.

– Врачи сказали, что в моем организме обнаружились следы наркотиков. Как будто я смешала водку и панадол или что-то вроде того.

– В самом деле? – ответила Дафна и сама впечатлилась своим спокойствием. – На тебя непохоже.

– Я тоже не понимаю, – продолжала Химари. – И зачем меня понесло наверх?

Это ловушка или Химари действительно не знала? Дафна не посмела открыть правду. Она решила, что ее единственный выход – ответить на вопрос вопросом.

– Ты не помнишь?

Напряжение, казалось, отпустило тело Химари.

– Нет. Так странно. Все остальное я помню: боже, я помню имя и титул каждого человека при дворе. Но дни до падения – чистый лист.

Чистый лист. Дафна почувствовала облегчение. Раз Химари не помнит, всего этого будто и не случалось: как Дафна переспала с Итаном, шантаж, ночь падения.

А что если Химари только притворяется?

Она могла бы так поступить, чтобы подманить Дафну поближе и осуществить какой-нибудь более серьезный план мести.

– Неудивительно, что ты помнишь всех придворных, – осторожно сказала Дафна. – Мы с тобой неделями зубрили имена пэров перед нашим первым королевским приемом.

Химари улыбнулась. По крайней мере Дафне улыбка показалась искренней.

– До сих пор не могу поверить, что мы даже карточки специально делали. Какие мы были дурочки.

Тогда ни одна из них не играла никакой роли в придворной иерархии. Родители Химари владели графством, поэтому занимали более высокое положение, чем родители Дафны – как баронет и леди во втором поколении. Но титул наследовал старший брат Химари, а Дафне, даже как единственному ребенку, такое не грозило.

Обе девушки были никем, и каждая отчаянно хотела кем-то стать. Это и привлекло их друг к другу – общее стремление подняться.

В то время Дафна не понимала, чем способно обернуться такое желание, насколько опасным оно может сделать человека.

– Раз ты не помнишь падение, – спросила она, – тогда что ты помнишь?

– Последнее – наш экзамен по французскому! Когда я очнулась, моей первой мыслью было, что сегодня у меня математика и мне нужно обязательно взять с собой калькулятор.

Дафна прислушивалась, ища в словах Химари намек на сомнение или ложь, но ничего не уловила.

– Наш экзамен по французскому? Он был как минимум за неделю до выпускного вечера. – И перед днем рождения подруги, когда Дафна переспала с Итаном и Химари застала их в постели.

Прежде чем Химари пригрозила раскрыть секрет, Дафна решила нанести первый удар, и все вышло из-под контроля.

– Могло быть и хуже. Я могла потерять месяцы вместо дней, – отметила Химари. – Хотя, наверное, я и потеряла месяцы, учитывая, что проспала год своей жизни.

– Мне очень жаль, – ответила Дафна, больше нечего было сказать.

– Знаешь, я не поверила своим родителям. – Химари все еще держала в руках подарочную корзину, возясь с целлофановой оберткой соевой свечи. – Когда я проснулась и узнала сегодняшнюю дату, когда мне сказали, что король умер, я не поверила.

Дафна сглотнула.

– Многое произошло, пока ты была в больнице.

– Знаю, ты скоро выпускаешься! В следующем году мне придется доучиваться одной. – Химари драматично вздохнула, настолько в своем стиле, что Дафна почти улыбнулась.

Внезапно она вспомнила себя на первом курсе – до того как стала встречаться с Джефферсоном, ведь после никто не осмелился бы выкинуть что-то подобное, – когда юная Мэри Блайт пустила слух, якобы Дафна делала пластические операции. На носу, груди, везде.

Дафна заставила себя не обращать внимания на сплетни.

Она знала: чем больше оправдываешься, тем больше людей поверят, что слухи правдивы.

Однако Химари завела фальшивый адрес электронной почты и написала Мэри, представившись рекрутером для реалити-шоу знакомств. Она убедила дурочку Блайт записать для прослушивания скандальное видео, которое затем и показала во время школьного собрания.