Цепная реакция - Вячеслав Кумин

Когда Марьям вновь очнулась, она обнаружила себя лежащей на жесткой кушетке с тонким матрацем и накрытой старым одеялом. Из одежды на ней только исподнее, и то хорошо, что не голая. Сначала она подумала, что ее нашли и это камера, но прояснившийся взгляд показал, что это не так.

Домик представлял собой сруб, посеревший от времени. Печка, выложенная из камней. На крохотном столе у окна-бойницы оплывшая свечка. Электричества здесь, похоже, никогда не было. В общем, обстановка полностью соответствовала убежищу отшельника, которые по каким-то причинам уходили от людей и жили в полном одиночестве в полном отрыве от мира.

Рука болела, но пока терпимо. Она даже смогла одеться, обнаружив свою одежду почищенной и даже зашитой там, где порвалась во время катания по звериной тропе, цепляясь за крючковатые корни.

– Где этот старик?

Как по волшебству дверь в дом открылась, и внутрь вошел сгорбленный старик со связкой хвороста, в том же плаще, что она запомнила, болтаясь на его плече вниз головой.

«Даже удивительно, как он сумел меня поднять», – удивилась агентесса, ибо старик не производил впечатления не то что силача, но даже сколько-нибудь крепкого человека.

Слишком уж стар. Уже за восемьдесят… Но, может, это обманчивое впечатление из-за сутулости и спутанной седой бороды, достающей до груди?

– Здравствуйте…

– Добрый день…

– Меня зовут… Марьям. А вас?

– Меня зовут Горм. Я – гном.

– Гном?

– Гном, – с невозмутимым видом подтвердил старик.

– Э-э… мистер Горм, спасибо, что подобрали меня и спасли от солдат. Даже не знаю, что бы они со мной сделали.

– Не за что. Тем более это сделал не я, а Оро, он – огр. Мне достались все тумаки орков…

– Так вас тут двое?!

– Можно и так сказать…

Старик со странным именем Горм, представляющий себя гномом, стал заниматься хозяйственными делами. Развел огонь в печи, поставил сковородку на отверстие, которое можно было плотно закрыть круглым камнем, и когда сковородка нагрелась, разбил несколько яиц, но не куриных, а местных лесных птиц, судя по камуфляжной окраске скорлупы.

– Сколько я уже у вас?

– Третий день…

– О ужас!

Только когда поплыл аромат от яичницы, она почувствовала, как зверски голодна, и все прочие мысли, связанные с работой и ее собственной свободой, отошли на задний план. Но они вернулись, как только она насытилась, съев почти все, что приготовил старик, и выпив травяного отвару вместо чая или кофе, что она предпочла бы.

– Простите, мистер э-э… Горм, почему же вы не выдали меня солдатам? – задала она очень интересовавший ее вопрос.

– А почему я должен был вас выдать этим оркам? – в свою очередь удивился Горм.

– Ну, как… они же спрашивали? Требовали…

– Ну и что? Мало ли чего они спрашивают… и требуют.

– Спрашивали так, что солгать нельзя… – настаивала агентесса.

– А я и не лгал. Говорил как есть… особенно после того укола иглой. Нехорошая магия… грязная. Но если я не знал, что вы здесь, как я кому-то мог о вас рассказать?

– Ах да… меня же принес мистер Оро. Он скоро здесь будет?

– Без понятия… – пожал плечами старик. – Он приходит, когда хочет…

Марьям еще раз оглянулась. Что-то здесь определенно не так… С этими отшельниками вообще все не так, но здесь, похоже, особый случай. Если этих сумасшедших стариков двое, то обстановка в доме говорила, что он предназначен для одного. Один стул, одна кровать, один столовый набор, состоящий из одной стальной ложки, жестяной кружки, сковороды и небольшой кастрюли… Все.

Смутная догадка посетила Марьям.

Неожиданно сгорбленный старик разогнулся, став выше ростом и гораздо плечистее.

«Вот и мистер Оро пожаловал», – подумала агентесса. – По крайней мере, в таком своем состоянии этот старик меня унести на плече точно мог без труда и даже на руках пронести в дом».

– Я смотрю, вы уже освоились, – гораздо более мощным голосом сказал старик, окинув взглядом стол с остатками трапезы.

– Я… э-э… – замялась Марьям, не зная, как вести себя с подобными сумасшедшими.