Ведьма и ее питомцы - Анна Бруша

Но чем дальше я погружалась в воспоминания, тем тревожнее мне становилось. Мне казалось, я знаю развязку. Зверь должен проявиться, взять верх и тогда… Не хочу видеть, как волк разорвет подавальщицу с косами. Но ничего не поделаешь, придется досмотреть до конца, чтобы удостовериться.

Чужие воспоминания вдруг сделались необычайно яркими и четкими. Свадьба… Хм… и надо сказать, что это счастливое событие произошло не слишком рано. Невеста-то в интересном положении. Вон как платье топорщится на круглом животе. Я пляшу на празднике, на котором, кажется, гуляет весь город. Подошвы почти горят, а дыхание сбивается.

Ох, и весело же мне. Рыдает скрипка, верещат дудки, а пиво льется пенными волнами в тяжелые кружки, хмель ударяет в голову, и кажется, что мир прекрасен.

И вдруг красавица жена хватается за живот. Поднимается переполох. В суматохе ее уводят.

А дальше я в волнении меряю шагами комнату, тугой ворот рубашки трет шею. Повитухи все нет. И вдруг раздается страшный крик. Я бросаюсь в комнату.

Пять крошечных младенцев… а нет, не младенцев — щенков. Нет, снова младенцев. Хотя они какие-то странные… слишком волосатые. И ушки у них заостренные. Они так быстро перекидываются от зверенышей к детенышам, что я не успеваю уследить.

Немая сцена. Мать молодой жены в шоке. Ее глаза закатываются, и она неловко оседает на пол.

Силы небесные. Но, похоже, оборотень удивлен не меньше меня. Он задумчиво чешет макушку.

— А-а-а-а-а, — кричит новоиспеченная мать. — А-а-а-а-а-а.

Шестой щенок-младенец присоединяется к своим братьям и сестрам, беспокойно копошащимся на одеяле.

Вот это поворот. С этим многодетным отцом надо быть поосторожнее. А то мало ли что может получиться.

— Лара, я хотел тебе сказать, — слышу я хриплый голос оборотня. — Я оборотень.

Своевременно. Этот парень умеет выбрать подходящий момент.

Лара смотрит на детей, на мужа и начинает голосить:

— Оборотень. Оборотень.

Тут и ее мамаша очухалась и присоединилась.

— А-А-А-А-А-А. Оборотень.

Прибежала разъяренная родня во главе с отцом невесты.

Интересно, зачем они днем зажгли факелы. И откуда на свадьбе нашлись вилы.

— Оборотень, оборотень.

— Обесчестил.

Вот уж совершенно нелогичное обвинение. Тем более что они только что поженились.

Тут счастливая мать моргнула.

— Неправда. Дети родились в законном браке. Я не какая-то там…

— Да. Ты на что намекаешь? Она девушка приличная, — вперед выступил высокий светловолосый парень, лицом он был неуловимо похож на Лару.

Скорее всего, брат. Блондин был пьян, и глаза его наливались опасной злобой. Он схватил того, кто крикнул: "Обесчестил" — за грудки и тряхнул. Толпа родственников согласно загудела.

— На Лару наговаривает.

Хм… остались еще места в мире, где верят в непорочное зачатие.

— Так, я ж то… не это самое… Это все оборотень виноват, — пытался оправдаться тот, кто поставил под сомнение честь невесты.

— Оборотень. Оборотень. Вяжите его.

Вдруг я почувствовала, что теряю равновесие. Меня буквально выбросило обратно.

В чем дело? Почему заклинание прервалось? И что стало с щенками, или младенцами, кто там получился…

Мое сердце бешено колотилось.

Я повторила заклинание в надежде выжать из медальона еще подробностей. Но каждый раз я смотрела одно и тоже: сначала бурная страсть, потом свадьба, рождение шестерых крошек-оборотней, а дальше — неизвестность.

От досады я даже топнула ногой. Что ж такое. Почему я не могу увидеть, что случилось дальше?

Продолжая прокручивать в голове увиденное, я вышла из домика и отправилась к гномьей тропе. Надо проверить, накопали ли они новые норы и выходят ли на свет. В конце концов, нельзя пренебрегать своими основными обязанностями, даже если где-то поблизости бегает оборотень со сложной судьбой. Ох. Не хватало мне Мерлина с его раздвоением, так теперь еще и этот.

Интуиция испуганно вскрикнула за несколько мгновений до того, как оборотень бросился на меня. Был он в человеческом обличье, но от этого не легче. Я не в особенном восторге, когда на меня выпрыгивает здоровенный мужик в волчьей шкуре. Впрочем, заклинание охладило его пыл и, главное, прервало "полет". Оборотень зарычал и упал к моим ногам.

Немного сковывающих чар. Уф. Я перевела дух.

— Медальон, — прорычал он. — Отдай.

Надо же, быстро он вспомнил. Хотя ничего удивительного. У него было всего две вещи, одну он забрал…

— А прыгать-то было зачем? — возмутилась я.

— Ты украла… — Я видела, как напрягаются мышцы, он старается вывернуться, сбросить с себя удерживающие чары.

— Почему сразу украла? — возмутилась я. — Вот он, твой медальон, в целости и сохранности.

Я потянула за цепочку. Серебряный кругляшок равномерно закачался перед носом оборотня.

— Верни.

— Я могу тебя отпустить? Не будешь делать глупостей и пытаться напасть? — поинтересовалась я.

Он зарычал, забился изо всех сил. Пришлось терпеливо пережидать приступ бессильной ярости. Наконец-то он затих, успокоился. Но эта расслабленность была только кажущейся.

— Так что, будешь вести себя прилично?

Он пробормотал что-то неразборчивое, но я уловила слово "ведьма".

— Да, я не нападу, — наконец-то выдавил он из себя. — Только отдай медальон.

— Хорошо.

Я положила украшение перед ним, но отпускать оборотня не спешила.

— Что случилось с твоими детьми?

— Как ты узнала? — Его голос так и вибрировал от рычащих ноток.

— Я, как ты верно заметил, ведьма. — Вдаваться в колдовские подробности я не стала. — Люблю понимать, что можно ожидать от существ, проживающих рядом.

— Все с ними хорошо, — нехотя буркнул он, — растут.

— Хм… Толпа родственников была настроена очень агрессивно. Мне так показалось.

— Так и было.

— Но… — подсказала я. — Мне что, каждое слово из тебя клещами тянуть?

— Их взяла тетка Лары — Клавдия. Своих детей у нее нет. Сгребла в одеяло и, пока все ругались, дала деру. А потом отказалась их отдавать.

— И ее не смутило, что они оборотни?

— Она их разбаловала до безобразия. Видел я их — оборачиваются в любое время, сбились в стаю, кусаются и воют на луну. Никакого понятия о жизни оборотней…

— Хм… интересно, — сказала я. — А что же ты тут делаешь?

Как он на меня посмотрел.