Дело черного мага. Том 3 - Кирилл Клеванский

Рука Грибовского сдавила плечо Дума чуть сильнее.

— Эй! — недовольно воскликнул последний. — Я тут, понимаешь ли, за тебя мщу, а ты…

— Они под властью вампира, — своим другим, куда более суровым и опасным голосом, произнес Грибовский.

Алекс еще раз выглянул из-за укрытия.

— Да с хрена ли ты взял? — спросил он вернувшись.

Один из главных признаков того, что вампир сделал себе из человека марионетку — белый зрачок. По нему легко отличить того, кто попал под магию крови, в которых кровососы были сильны, как никто другой.

— То, что они носят темные очки ночью, — продолжил Дум. — делает из них полных мудаков, но никак не…

— Я чувствую, — перебил Грибовский. — Поверь мне, Алекс. Они под воздействием.

Дум выругался. Грязнее, чем обычно. Но светлый никак на это не отреагировал.

Нет, в былые времена, будучи Лордом, Люциус бы без труда захомутал три десятка смертных (а примерно столько и находилось в данный момент на улице), но будучи Бароном… у него вряд ли бы хватило мышцы хотя бы на половину от этого количества.

Именно поэтому Дум и решил, что это простые наемники. А раз так, то… к наемникам он всегда испытывал лишь отстраненность. Если ты готов рисковать своей жизнью ради кредитов, то не жалуйся, если эту самую жизнь у тебя отберут до выплаты зарплаты.

— Проклятые светлые! — Алекс стукнул кулаком о мусорным бак. — И что теперь? Мне потратить весь ресурс на то, чтобы снять с них чары?

— А ты сможешь? — вздернул бровь Грибовский.

— Обидно, между прочим. Конечно… — Алекс задумался. — попытаться могу. Может с десятка и сниму.

— Тогда это не вариант.

— Именно поэтому я…

Печати вспыхнули ярче, но одновременно с ними опасно качнулся Азазель. Алекс буквально воочию увидел траекторию его движения, которая наискосок пересекала шею одного черного мага-калеки.

— Никакого сострадания к инвалидам, — устало вздохнул Дум и потер переносицу под очками. — И что ты предлагаешь, Светлый?

Грибовский потянулся левой рукой и что-то нажал на рукояти своей шпалы, которую по нелепому стечению обстоятельств назвали «мечом».

В эту же секунду из гарды линка вылетело несколько кожанных ремней. Со свистом рассекая воздух, они спеленали клинок, облачив его в некое подобие смирительной рубашки.

— Ты приехал сюда разобраться с вампиром? — Грибовский спокойно вышел из укрытия и встал посреди небольшой площадки. Детской площадки… так что если кто сфотографирует его, полуголого колосса с какой-то огромной фигней на плече, то имидж служивых явно будет подпорчен. Так что не стоит удивляться, что смартфон Дума пару раз сверкнул белой вспышкой. — Разбирайся. Этих я возьму на себя.

— И как ты их возьм…

— Следующий шаг, сэр, и мы будем вынуждены открыть огонь!

Ручные солдатики Люциуса, как один, передернули затворы и навели прицелы винтовок на одиноко стоявшую по центру фигуру.

— Заранее прошу прощения, — слегка поклонился Гвардеец. — если утром кому-то из вас потребуется медицинская помощь.

Марионетка вампира опасна тем, что, в отличии от зомби, она сохраняет все свои приобретенные при жизни свойства и волю. Она пребывает в полном разуме. И полностью отдает себе отчет в своих действиях. Единственное исключение — центром её мироздания и парадигмы бытия становится вампир.

Так что неудивительно, что одновременно с тем, как Алекс ощутил исходящую от Грибовского угрозу, её же ощутили и солдатики.

— Огонь! — раненным бизоном взревел главный «костюм».

— Вот ведь срань, — протянул Алекс.

Он уже видел как сражается в ближнем бою его напарник. Но каждый раз это сражение происходило в момент того, как Дум подался за собственную жизнь. Так что оценить в полной мере навыки эспера ему особо-то и не удавалось.

Но сейчас, сидя за мусорным баком, он мог свободно наблюдать за тем, как двигался Грибовский.

Алекс, в эпоху бурной и разгульной молодости, успел поругаться с парой оборотней и даже упокоить одного вампира. А эти ребятки по праву считались физической элитой среди Темных.

Но даже они не могли сравниться со скоростью и силой Грибовского. Тот перемахнул через десяток метров так быстро, что Алекс едва ли не потерял из виду силуэт эспера.

И все это — с огромной ношей в виде Азезеля на плече.

В то время, пока десяток автоматных очередей уже изрешетили то место, где недавно стоял Грибовский, красноволосый уже переместился к девушке-стрелку.

Левой рукой он сдавил ствол её винтовки и, без лишних слов, загнул его к верху, а затем легко вырвал из рук смертной. Тыльной стороной ладони, словно от комара отмахиваясь, он отправил её в полет, который закончился неслабым ударом спиной о стену.

Стену, стоявшую в лучшем случае — в пяти метрах за спиной.

— Итак… — произнес Гвардеец, выпрямляясь во весь рост по центру «костюмов». Они мгновенно прекратили огонь, выбросили винтовки и достали ножи и пистолетами.

Они все еще оставались людьми и поэтому, без прямого приказа, не собирались рисковать тем, что паля без разбора в Грибовского, попали бы в своего соратника.

— Я, кажется, не договорил, — эспер с силой вонзил меч вертикально в землю, а затем хрустнул шейными позвонками и костяшками пальцев. — Работает офицер Грибовский. Всем лечь на…

Чей-то выстрел отправил свинцовую маслину прямо в челюсть Грибовскому.

— Ну фашу ж фать! — прошипел он, выплевывая кровь, зубы и кости.

Дума передернуло и он отвернулся.

Судя по крикам, Грибовский вполне отыгрывался за причиненные нравственные страдания. Алекс же, покрутив пальцем у виска, аккуратно подошел к бронированному окну первого этажа и, приложив к нему ладонь, зачерпнул немного энергии из источника.

[Внимание! Использова…]

— Ой, да заткнись ты, — прокряхтел Алекс, втягиваю протез внутрь здания. Оплавившееся стекло послужило ему отличной заменой двери.

— Да? Ну ладно. Жаль конечно. Я ведь только хотела расписаться тебе в вечной любви.

Дум застыл. Он медленно повернулся в сторону откуда прозвучал знакомый голос.

Слишком знакомый.

— Добрый вечер… Ризе.