Нетрадиционная медицина - Ирина Нельсон

Я тихо поднялся в узкий темный коридор и затаился под дверью.

- …Послать меня в Приморье? – сказал Арант. Голос у него был озадаченный.

- Других дураков туда ехать нет! – скрипуче рассмеялась главная архивистка. – Ты же самый безголовый. Тебя хлебом не корми – дай повыпендриваться!

- Гонец Дана Втораковича сказал, что болезнь очень серьезная и коварная. Кто-то умирает целыми семьями, кто-то, наоборот, переносит её легко и незаметно. Арант, ты самый здоровый, ты выжил в прошлый мор. Ты же не оставишь жителей в беде? Мы подберем тебе в помощь самых крепких послушников.

После этого тихого, почти неразборчивого голоса последовал надсадный кашель, выдав главу Крома Порядка.

- Руслан Станиславич, я не отказываюсь! – воскликнул Арант. – Я хочу узнать, почему вы уведомляете меня обо всем только сейчас? Гонец вот уже три дня лежит в больнице, а я об этом знать не знаю, ведать не ведаю! Что за болезнь-то, чем лечить её? Пересвет Людотович, вы что-нибудь придумали?

Я окаменел и весь похолодел. После моего недельного проживания в Приморье город захватила эпидемия. Не имею ли я к ней отношения? Ведь со мной был не только чемодан, но и пара десятков миллиардов всяческих вирусов и бактерий. Могло ли что-то оказаться для аборигенов смертельным? Как оспа, которая выкосила американских индейцев с приходом уже переболевших европейцев.

«Ау, очнись! Месяц уже прошел!» - постучалась в голову спасительная мысль, но я от неё отмахнулся. Это новость пришла спустя месяц, а сама болезнь начала собирать свою жатву намного раньше. Плюс инкубационный период, постепенное увеличение зараженных...

Воображаемый учитель ОБЖ постучал по воображаемому столу своей указкой, привлекая внимание. «Если источник заразы ты, почему в Кроме Порядка до сих пор нет вспышки?» - спросил он. Я вздохнул и потер лоб. Вопрос был логичный. Я наследил довольно много и в гостях, и здесь: потел и дышал на постельное белье, которое стирали другие, ел и пил из общих приборов, мылся и делал прочие дела. И в пути постоянно находился рядом с послушниками. Никто не заболел.

Сначала от сердца немного отлегло, - виноват был не я – но следом ошпарил дикий страх. Раз зараза не пряталась в моих вещах, то я тоже рисковал её не пережить.

Раздался скрипучий голос Пересвета, и я весь обратился в слух.

- Придумал-придумал. А как же не придумать-то? Голова у меня соображает хорошо. Болезнь вызвана смещением Равновесия к огню и переизбытком воды. Значитца, надобно давать по глотку снадобья на основе масел, трав и свинца, чтобы восполнить нехватку земли и иссушить внутренние воды. Затем охлаждать тело свежим холодным воздухом и начиткой пятой песни Мороза…  

Я вздохнул и отступил от двери. Так, среди мудрецов мне ничего толкового не услышать. Ни единого симптома они так и не назвали, лечение предложили в своем средневековом стиле. Масло и свинец внутрь, холодный воздух и начитка песни – каково, а? Нет, магия с травами, может, и помогут, но свинец – точно нет.

Тело потряхивало. Зараза уже три дня как была здесь, в Кроме Порядка. Возможно, она уже затаилась в моей крови и вела обратный отсчет. А вокруг – темное невежество. Сам подход к лечению неадекватный и – что еще хуже! – многовековой. 

Выйти из библиотеки было невероятно сложно. Всё за её пределами казалось пропитанным смертельной заразой. Люди разом превратились в огромные бациллы, которые одним своим выдохом могли отправить меня на мучительную смерть. Цветущие, здоровые, крепкие – они сами не знали, что их уже пожирало изнутри нечто несоизмеримо сильнее их. И кто был на самом деле здоров, а кто стал источником – не определить, как ни осматривай. 

Шарахаясь от каждого встречного, я добрел до башни, тщательно вымыл с мылом и уксусом все поверхности, обтерся сам, из последнего стерильного куска ткани смастерил первую в этом мире защитную маску и остро пожалел об отсутствии очков. Форма воспитанницы отправилась в корзину с грязным бельем, а на свет из чемодана явился костюм возлюбленного Лу Тан – последний не тронутый этим миром наряд.

Все эти меры вряд ли бы защитили, и я это прекрасно понимал. Единственное, что они сделали толкового – помогли успокоиться. Паника немного улеглась, мозг отвлекся от рисования страшных картин и заработал в нужную сторону.

Только симптомы и осмотр могли дать понятие о природе болезни. Как бы мне ни хотелось сбежать на необитаемый остров, а подключиться к лечению было необходимо. И чем скорее, тем лучше. А для этого…

Я метнул взгляд на Собор Равновесия. К нему неспешно двигалась худая фигура в желто-фиолетовых одеждах. Фиолетовое здесь носил только правящий род. А такая болезненная худоба принадлежала лишь одному.

Руслан Станиславич показался мне разумным человеком.

Я надел маску и спустя пять минут решительно постучал в двери его покоев.

- Войдите! – крикнул глава Крома и при виде меня удивился. – Тэхон? Почему ты в таком виде? Что это на твоём лице?

- Я знаю о том, что из Приморья приехал больной гонец. Это защита, - сказал я.

- Знаешь? – нахмурился Руслан и снисходительно усмехнулся. – Подслушивала, да? Так что ты хотела? Предложить свою помощь?

- И это в том числе, - кивнул я. - Но сначала…

- Об этом не может быть и речи, - перебил меня Руслан, властно взмахнув рукой в интернациональном жесте «стоп». – Мы допускаем к лечению заразы лишь взрослых обученных людей рангом не ниже послушника. Ты всего лишь воспитанница и слишком мала для такой работы. Гонец и его лекари сейчас в карантинной избе. К ним никого не впускают и никого не выпускают, в том числе и его вещи. Мы позаботились о том, чтобы он не нарушил Равновесие остальных и тем более вас, наших драгоценных детей. Можешь снять эту тряпку.

Каким невероятным облегчением было узнать о существовании карантина! Я снял маску и с улыбкой сказал:

- Благодарю, Руслан Станиславич, вы меня очень успокоили.

- Прекрасно, - тот ласково улыбнулся и опустил взгляд на бумаги. – Можешь вернуться к занятиям, Тэхон. Арант сказал, что тебе нужно подтянуть домоводство. Ты непростительно мало уделяешь ему внимания. Для женщины твоего возраста это самые важные уроки… Погоди! – он снова взмахнул рукой, увидев мой открытый в протесте рот. – Пока ты не задумываешься о замужестве, это понятно. Но, уверяю, однажды ты захочешь любви и детей. И тогда ты придешь ко мне, чтобы мы с тобой подобрали тебе партию. Арант жаловался на твои шутки. Он тебе нравится, не так ли? Так вот, если ты не будешь учиться хорошо, он на тебе не женится!

- Об этом-то я и хочу поговорить. Арант мне не нравится. Замуж за него я не выйду. Я не могу выйти замуж. Вообще.

- Хаоситы на том корабле обходились с тобой жестоко. Уверяю тебя, не все мужчины такие. В любви между мужчиной и женщиной можно найти источник величайшего наслаждения, - безмятежно сказал Руслан Станиславич и, взяв лупу, уткнулся в бумаги.

Я вздохнул и, набравшись решимости, выпалил: