Хищники жаждут ночи - Доминика Арсе

Развязала, конверт развернула и раскрыла, ничего не склеено, ничего не крошится.

Сунула руку вовнутрь с затаившимся сердцем, и достала ламинированную карточку. А там цифры римские написаны синими чернилами пирамидкой вниз: «III, VI–XV, LIII–V–XVII». И никаких больше подсказок. Вряд ли здесь кто – то разбирается в этих палочках с галочками. Это точно адресовано мне! Пораскинув мозгами, предположила, что это могут быть координаты. Вот только чего?

Зарытого клада? Или… книжки в этой библиотеке! Три – это ряд, шесть – полка, пятнадцатая книга! И дальше номер листа, строчки и слова!

Одного единственного слова? Хм…

Я бросилась проверять эту версию, несмотря на некоторое разочарование. Правый стеллаж мной ещё не был тронут. Добравшись до нужной книги, стала перелистывать страницы. И когда почти уже дошла до нужной, поняла, что меня опередили! Пятьдесят третья страница была вырвана! Шла пятьдесят вторая и сразу пятьдесят четвёртая. Блин.

От обиды с хлопком закрыла том. Какое же порой горькое это разочарование…

Королева вряд ли нашла конверт, она просто проверила все книги! И каким – то образом выявила нужный лист. Думаю, времени у неё было предостаточно, как и помощников. Посланник, похоже, ты оплошал. Королева добралась до твоего послания намного раньше меня! Чёрт, только зря провозилась… а с другой стороны, теперь точно знаю, что Юлиана в курсе посланий, и что язык мой родной она знает. На счёт разговорного не уверена, а вот письменный точно.

А если королева нашла эту подсказку, значит, знает и куда она вела дальше. Всего одно слово на том листе, если судить по цифрам… каким же словом можно точно сказать, куда идти? Речь ведь должна быть о конкретном месте. Или человеке. А может, уже и нет человека, сколько этим подсказкам лет? Десять, двадцать, тридцать?

Одним словом, очень много. Как и эльфийке. В любом случае, мне стоит подумать о встрече с Юлианой. Нужно расспросить, а если потребуется, растолковать то, чего та не понимает. Уверена, можно прийти к консенсусу. С её секретной комнаты всё и началось. Понимать бы цели королевы, а самое главное – не попасть в очередную ловушку. Не исключено, что всё дело в подвеске с камнем Клесаны, что умыкнул зараза Виери.

Интересно, где он теперь… И как скоро объявится супер крутой маг нового поколения.

Из головы не выходил Посланник со своей подсказкой в одно слово! Всего одно, и я должна понять, куда дальше.

Так, рано я сдалась – вновь взяла книгу без страницы. Текста не понимала, зато разобралась с иллюстрациями. Это были карты местности, но дальше пошли рисунки с изображением ничего иного, как генеалогического древа. И судя по разрастанию дерева от картинки к картинке, история шла от зарождения некой династии.

После вырванной страницы древа уже не изображалось, как и карт. Только мелкие каракули сплошняком, будто писателя подменили.

Единственное слово, что могло прийти на ум – это король, а точнее император. Не к нему ли ведёт Посланник? Не к нему ли так стремится Юлиана с данью в виде Рикарда.

Всё в принципе сходится…

Тоска вдруг внезапная нахлынула. Подумала о Рикарде де Хетигиде с теплом в груди. Сколько времени прошло с нашей последней встречи, с наших последних взглядов. Ты пожертвовал собой ради меня. А я всё никак не доберусь с этими долбанными вампирами. С этой подлой предательницей Беатрисой, чёрт бы её побрал…

Как же по тебе соскучилась, милый мой принц вампиров. С бешено бьющимся сердцем я метнулась к зеркалу на стене. Должно получиться! Чует моя душенька, должно!

Если его отражает какая – нибудь поверхность, я сумею его увидеть. Или хотя бы понять, как с ним обращаются. Да жив ли он вообще! Нет! Знаю, что жив, прочь эти мысли!

Пошарпанное зеркало, будто с нежеланием и неудовольствием, отражало меня. И я сконцентрировалась на одной точке. Представила глаза Рикарда, эти чёрные, печальные глаза… И через зеркало пошёл контакт!

Волнение нахлынуло нешуточное, и я едва не потеряла связь, уцепившись за последнюю ниточку. А точнее за изображение прута из голубой стали, которая сияла чем – то энергетическим. Это была решётка. Она будто перебиралась, дёргаясь. И я поняла, что она отражается от поверхности чьего – то нагрудника. Хорошо отполированного, серебряного нагрудника стражи.

За прутьями виднелась сидящая в позе лотоса чёрная фигура, даже под ярким магическим светом в помещении, казалось, что она источает плотную тень, и саму черноту. Из зеркала уже доносились звуки неспешных шагов. И различить можно было большое, сплошняком и наглухо замурованное помещение темницы, где в центре стояла клетка. А также других охранников, что ходили вокруг клетки кругами. Клетки, где сидел и дремал Рикард де Хетигид в ожидании участи или смирении.

Я попыталась представить его ближе, как камера плывёт к его лицу. Но зеркало лишь плавно и перетеканием переключало меня от одной отражающей поверхности к другой, от одного нагрудника к другому. Просто разные ракурсы с одного расстояния, и никак не ближе. Но я не спешила отчаиваться. Шестеро охранников удручённо молчали, держа дистанцию с клеткой. Они знали степень опасности.

Но вот, один из них, наконец, остановился.

– Сидит уж третьи сутки так. Может он сдох? – Донеслось из зеркала приглушённое.

– Молчи, дубина, – раздался другой голос. – Рот открывать запрещено, я тебя сдам магистру, ещё слово…

Охранник брякнул в ответ уже что – то неразборчивое, но явно матерное. И встал прямо перед Рикардом! В груди ахнуло, когда увидела его спящее лицо, прямую осанку и мощь. Высший был неизменно прекрасен. И невозмутим. Глаза его были закрыты, словно он медитирует, и вот – вот взглянет.

– Рикард, – вырвалось у меня даже не из уст, а из самого сердца. – Я свободна, со мной всё хорошо…

Высший открыл глаза! Ясные, впивающиеся в суть, словно пребывал в сознании и не спал вовсе! Изображение дёрнулось и пропало, сменяясь мельканиями. Началась суета, вероятно, охранник испытал серьёзный стресс и отшатнулся. Через мгновение зеркало буквально вытолкнуло моё сознание из далёкого пространства, отразив недоумение на собственном лице и лёгкий испуг.

Он услышал меня? Как же мне этого хотелось.

Наступило утро и пришло спокойствие на сердце. Он жив, и это самое главное. Но пора собираться в путь. Здесь я всё равно не останусь!

Вышла из пыльной библиотеки с превеликим удовольствием, воздуха действительно не хватало. Во дворе вовсю суетились монашки, хлопая глазами, ибо недоумевали, где же две злобные бабули.

– Сюда подойди, – скомандовала я послушнице, что возилась с сеном.

Девочка подскочила с видом самой послушной собачки.

– Да, Матушка… – зачирикала с глазками в землю. Надо же, и без рясы узнают, хмыкнула себе под нос.

– Тебе ответственное задание! – Воскликнула торжественно.