Талисман для князя. Глава рода - Мелина Боярова

Ребята хлопали Ивана по плечу, поздравляли, жали парню руку. Вот только герой дня не удовлетворился исходом поединка: что-то потребовал у Игната. Тот подумал, переговорил с помощниками и кивнул. Из дружинников вызвались трое добровольцев. Они разделись до штанов и принялись разминаться, разогревая мышцы. Ваньке в это время оказали первую помощь – промыли и обезвредили раны, наложили повязки. Использовать целительские амулеты во время испытания запрещалось правилами. Перед новой схваткой Иван снова посмотрел в нашу сторону, усмехнулся и подмигнул, мол, все в порядке, не переживайте.

Какой там, не переживайте! Он против трех подмастерьев вышел, считающихся самыми сильными бойцами в дружине. Это брат не стал калечить парня, а эти же костоломы только так в лазарет упекут. Я невольно подалась вперед, впившись руками в подлокотники жесткого сиденья.

– Что это значит? – набросилась на Игната, который пробрался на трибуну и устроился рядом с Лизой. – Разве Иван не продержался две минуты против мастера, чтобы сдать экзамен?

– Будь это настоящая схватка, он был бы мертв, – невозмутимо ответил брат. – Однако парень сильный. Я признал, что научить его больше ничему не смогу. В другой ситуации против него вышел бы чужой мастер, и этого результата хватило бы, чтобы получить перстень мастера меча. Вот только нет мечника Игната Гладьева. Этот перстень – поднял левую руку со скромной печаткой – принадлежит Игнату Забелину. Соблюдая клятву о неразглашении, Иван не вправе называть имя учителя, а это добавит дополнительных испытаний. Парню придется сдавать экзамен еще раз, чтобы получить знак отличия.

Я села на место, бросила настороженный взгляд на арену, где вовсю уже кипел бой.

– Это несправедливо! – пробурчала обиженно. – Но все изменится, нужно только подождать. Я пройду вторую инициацию и объявлю о возрождении рода.

Зрелище окончательно разонравилось, когда дружинник всерьез ранил Ивана. Он припал на колено, зажимая рану в боку. Я думала, бой остановят, пострадавшему окажут помощь. Но парень упрямо поднялся, показывая, что готов сражаться дальше. Сил наблюдать, как убивают Ваньку, а остальные только подбадривают и аплодируют, не осталось. Я молча поднялась и ушла с трибуны, злая, как тысяча чертей.

– Нин, ты чего? Расстроилась? – нагнал в коридорах замка Алим, наверняка почувствовавший перемены в моем настроении. – Иди сюда! – крепко обнял, погладил по плечам. – Никто не допустит, чтобы парень погиб. Там Тамара Васильевна наготове, целительские амулеты. Все только и ждут окончания поединка. У Ивана нет магии, и он должен доказать в первую очередь себе, что способен противостоять сильному противнику.

– Смотреть на это не собираюсь! – уткнулась лицом в камзол брата, пряча непонятно откуда взявшиеся слезы.

– Никто и не заставляет. Лучше давай обсудим, на какой факультет МАМы подадим документы, – увлек за собой в сторону библиотеки.

– А где учились Забелины?

– На боевом, конечно.

– Тогда и думать нечего, я тоже поступлю на факультет боевой магии, – шмыгнула носом.

– А ничего, что ты как бы утратила способности? – напомнил Алим о хитрости, придуманной, чтобы обмануть Стужева. – Да и княжне Леви подошел бы более… миролюбивый факультет. Например, артефакторика. С умением видеть магические потоки – это очевидный выбор. И Ромка, если что, поддержит, как-никак, на третий курс перешел.

– Вот и пусть дальше учится! Какой из меня боец и защитник, если буду отсиживаться в стороне, тогда как потенциальные враги постигают искусство убивать себе подобных? Если уж на то пошло, выберу направление боевой артефакторики. Все равно, на первых порах упор будет на физическую подготовку и выносливость.

– Уже решила, да? И никак тебя не отговорить? – Алим вздохнул. – Ну, я хотя бы попытался. А что насчет Мессалины де Фонтен? Ее тоже на боевой потащишь? Дар у девчонки мизерный. Один путь – в травницы или на алхимический.

– Месс на алхимию пойдет. Готовить мази от подагры и притирки от прыщей не для нее, мы уже обсудили это во время полета.

– Мда? – ашкеназец повел бровью. – Видимо, ты кое-чего не знаешь о подруге. Она, как и ты, на боевой факультет собралась. Если уж тебе можно, почему ей нельзя?

– Дуреха! Я с ней переговорю.

– Знаешь, я бы не торопился. Вступительные экзамены вы сдадите вначале лета, впереди три месяца, чтобы подтянуть физическую форму. Учитывая серьезный настрой Игната, он и Мессалину загоняет так, что враз отобьет желание флиртовать.

– Заметил, да? Между прочим, нехорошо лезть в голову без спроса.

– Я давно не делаю этого без острой необходимости, – великий князь распахнул двери библиотеки, где он проводил много времени. – Однако незачем читать мысли, когда желания и чувства на лице написаны. Кстати, насчет выбранного направления, ты в курсе, что нужно предоставить новую разработку? И что проекты, выполненные в течении учебного года, принадлежат империи?

– Ну, парочкой можно и пожертвовать для общего блага, – пожала плечами. – Ромка вот учится, и ничего.

– Ромка сливает бытовые изобретения, а у тебя исключительно военное направление. Зная тебя, опасаюсь, что выдашь врагу что-нибудь ценное, не подозревая об этом.

– Обещаю, буду советоваться, прежде чем делиться идеями с кем попало, – посмотрела на брата честными-пречестными глазами.

– И почему я тебе не верю? – хмыкнул великий князь. – Ладно, у тебя месяц, чтобы подтянуть физическую подготовку до уровня абитуриента МАМы. Посмотрим, что в этом году приготовят для новичков преподаватели.