Замуж за царя - Юлия Ивлиева

Я немного растерялась – никак не ожидала увидеть дочь священника в столь странном обществе. Старушка сильно смахивала на ведьму. Забава смутилась, растерялась, потом неловко улыбнулась и вежливо поздоровалась. Мы остались на пустынной улице вдвоем, и нам пришлось заговорить. Сначала робко и неуверенно. Я объяснила суть своего занятия, и Забава предложила составить мне компанию. Очень любезно с ее стороны, поскольку только сейчас я поняла, что печь завела меня неизвестно куда, а я города совсем не знаю. Не встреть Забаву, заблудилась бы.

– Если ты плохо город знаешь, тебе не стоило так опрометчиво сворачивать в незнакомые переулки, – покачала головой девушка. – Это чудесная случайность, что мы с тобой тут встретились. Я по просьбе отца к бабушке Пелагее заходила. Ты видела ее. – Девушка кивнула в сторону коричневого дома. – Церковь заботится о своих чадах. Эта старушка раньше вела греховную жизнь: колдовством занималась, приворотами. На ее совести не одна загубленная жизнь. Отец взялся ее перевоспитывать и пытается вернуть в лоно церкви. Я ему всячески помогаю, как того требует христианский долг.

Представляю, куда послала бы Забаву Яга, приди та к нам с такими благочестивыми намерениями.

– Книги ей ношу про житие святых и дела их благородные, – продолжила Забава. – Ну, деньгами помогаем, конечно. У бедняжки никого, кроме Бога, нет.

Девушка терпеливо шла рядом со мной, пока не кончилась нитка. Печки нигде не было. А мы почти вышли к Торговой площади.

– За печку не надо беспокоиться, – посоветовала Забава. – Она Емелю сама найдет.

Вроде как пришло время попрощаться, но Забава не торопилась.

– Мы с Лукерьей и Матреной хотели встретиться, поговорить, про иноземных невест посплетничать. – Забава задорно подмигнула. Такая разительная перемена показалась мне удивительной, но веселой и приземленной она нравилась мне больше, чем набожной и фанатичной. – Здесь недалеко трактир есть, очень приличный. Еще рано, девушки не подошли, но если ты хочешь, мы можем пока с тобой зайти и их подождать. У нас веселая компания, все будут рады поближе познакомиться.

Такая возможность показалась мне удачей – побеседовать и завести дружбу сразу с тремя царскими невестами! Отказаться я не могла. К тому же очень хотелось уйти в тень с палящего солнца.

Трактир «Летний день» действительно оказался очень приличным заведением. Большая светлая комната с бревенчатыми стенами и развешанными по ним картинами, на которых активно выпивал и закусывал разный люд. Почти добела скобленые полы, аккуратные столики с чистыми накрахмаленными скатертями в красную клеточку и вышитыми салфетками. За высокой стойкой – широко улыбающийся усатый мужчина. Эдакий джигит в фартуке. Могу поспорить, что в меню есть шашлык. К нам сразу подошли и провели к столику возле окна.

– Барышни обедать желают или чаевничать будут? А может, чего покрепче? – Официант расплылся в улыбке, ну просто реклама зубной пасты! – Визит царских невест делает честь моему скромному заведению, – мурлыкал любезный мужчина. – Подумать только, сама будущая царица озарила своим присутствием. Рады, рады… – Поклоны в пояс грозили столкновением лба со столом, пора было прекращать эти заискивания.

– Пока самовар, – начала Забава. – Пирожков с грибами и сладких. Мы подруг ждем, а там посмотрим…

– У нас есть дивная настойка из черной смородины, – вкрадчиво начал мужчина. – Нежнейшая, медовая, как раз для дам.

– По чуть-чуть можно? – осторожно предложила моя благочестивая подруга.

Не могла же я признаться, что вчера вылакала целую бутыль нежнейшей медовой малиновой настойки и сегодня меня тошнит от упоминания об алкоголе! Хотя, может, голова наконец перестанет болеть. А то как-то несподручно выведывать секреты в таком состоянии.

– А коктейли у вас для дам подают? – поинтересовалась я, лучезарно улыбнувшись.

Официант не растерялся и не моргнув глазом выдал:

– Если барышня соизволит подробнее описать рецептуру, мы с радостью удовлетворим любой ее каприз.

– Отлично! – Я улыбнулась еще лучезарнее. – Одну часть смородиновой настойки, одну часть смородинового компота и одну часть клюквенного морса, все тщательно перемешать и подать охлажденным.

– О-о-о! – только и выдохнул трактирщик. – Всенепременнейше, сейчас исполним! – Он с поклонами удалился.

– Никогда о таком питье не слышала. – Забава округлила глаза.

– Очень вкусно, тебе понравится! – заверила я, радуясь, что по крайней мере втрое сократила крепость напитка.

– Между нами говоря… – Забава заговорщицки перешла на шепот. – Я очень люблю вкусно поесть и сладко поспать. Батюшка-то мой излишеств нам не позволяет, говорит, не богоугодное это дело. Ну да, а матушка всегда балует, то пряничек принесет, то петушка на палочке. Батюшка у нас строгий, трое нас у него. Я старшая – и двое братьев.

Тем временем на наш стол водрузили пузатый блестящий самовар, блюдо с пирожками и тарелку с сушками, конфетами и баранками. Нас обслуживал мальчик, расторопно передвигавшийся между постепенно заполняющимися столиками. Время обеденное, народ подходил трапезничать. Мальчишка успевал и заказы принимать, и с девушкой за стойкой любезничать. Та колдовала над нашим коктейлем, сосредоточенно, с важным видом смешивала напитки. Паренька явно интересовал и процесс, и результат, но, по-видимому, попробовать ему не удастся – алкоголь все-таки, на работе не положено. Девушка сердито фыркнула, мальчишка надулся и отошел. Новоявленная барменша нежно повесила гроздочку смородины на край каждого стакана. Ага, процесс пошел, чует мое сердце, коктейли в Трисемнадцатом царстве приживутся.

– А ты замуж за царя хочешь, потому что он тебе как мужчина сильно нравится, – или корона прельщает? – Я вкрадчиво перешла в наступление. – Говорят, ваш царь пользуется успехом у женского пола.

– Что есть, то есть, говорят, ни одна еще не устояла, – наклонившись ко мне, Забава добавила: – Но и в обиде ни одна не осталась. Это я тебе по секрету. Хотя все, конечно, знают, все говорят.

– И все под страхом смертной казни, – неловко пошутила я.

– Ой, да разве ж народ казнишь? Он на голову больной, на язык длинный, чего с него взять? А царь у нас хороший, справедливый, мудрый, при нем государство процветать стало. Я с ним не больно-то знакома, – пожала плечами Забава. – Месяц назад я вообще собиралась покинуть мир и удалиться в монастырь. В служении Богу смысл моей жизни. – Девушка смиренно сложила руки с зажатым в них пирожком и закатила глаза к потолку.

Я понимающе кивнула. Только у меня большие сомнения возникли, что в каком-то монастыре у нее будет возможность уплетать пироги и конфеты с такой активностью и смаком, как здесь.

Забава продолжила:

– Но потом царь жену выбирать начал, и я подумала: вот оно, мое высшее предназначение. Вот как я смогу послужить Господу нашему. Целое царство избавить от безбожия и геенны огненной!

Глаза собеседницы светились фанатичным огнем. Мне сразу не понравилось ее «предназначение». Она еще толком не сказала ничего, а уже понятно: ее служение Господу Богу выйдет боком и царю, и всему государству.