По обе стороны фронтира - Алексей Волков

Прерии Тешаса

– Кажись, выступают, – едва слышно промолвил Сильвестр. – Видишь, Степка?

Его напарник напряг зрение и кивнул.

Далеко от холма в неверном свете луны в прерию отправилась цепочка всадников. Если несколько одиноких наездников, маячивших тут и там, явно были обычными разведчиками, то здесь уже был отряд. На охоту ночью никто не отправляется, да и само направление партии говорит, куда лежит путь. Прямиком к месту, где все еще стояли главные силы Максимова.

– Предупредить наших? – спросил Степан.

Собственно, за этим они здесь и находились. Главное – вовремя знать о шагах противника, а остальное сделать не так сложно.

– Подождем.

– Что ждать?

Сильвестр вздохнул. Напарник был еще молод, и некоторые вещи ему приходилось объяснять.

– Не все они здесь.

– И что? Одни остались, а эти-то нападут.

– Остались ли? Или отправятся в другую сторону? Не боись, наших врасплох не застанешь. Посмотрим, вдруг еще кто выберется?

Звучало здраво. На глаз, выдвинулась в степь пара дюжин индейцев, добавить к ним дозорных, непрерывно рыщущих вокруг, – и все равно остаются шесть, а то и семь десятков. В бою – ничего особо опасного, но подальше от границы даже полсотни дикарей могут натворить таких дел!

Потому замолчали и продолжили наблюдение. Ночь и прерия не любят лишних слов.

Один из дозорных индейцев проехал буквально рядом, в паре десятков шагов, и пришлось затаиться, припасть к земле. Трава укрывала надежно, а тут еще ее союзником выступала тьма. Индеец проехал, лишь едва слышимый перестук копыт подсказал об опасности, но вот он стал удаляться. Пронесло.

Обычное дело. Коней казаки оставили далеко в стороне вместе с третьим соратником, а пешими да не спрятаться?

Ночь потянулась дальше. Темнота, неверный свет луны, шелест травы… Только в сон немного клонит от монотонности картины. Однако бороться со сном казаки были привычны. Служба такая. Побеждает тот, кто более выдержан. Приказано наблюдать, следовательно, надо наблюдать.

Ожидание окупилось довольно скоро. В отдалении вновь зашевелились тени. На сей раз их было много больше, и двигались они на северо-запад, в сторону от лагеря экспедиции. Практически все шли одвуконь, насколько позволяли разглядеть темнота и расстояние. Значит, не просто выступили куда-то на денек, а снялись окончательно. Не требовалось иметь семь пядей во лбу для понимания, куда именно направляется банда.

Пока выехавшая первой группа будет отвлекать на себя внимание и силы, вторая тем временем спокойно углубится внутрь мирных территорий и устремится за добычей к поселениям на Рио-Гранде.

– Вот теперь – пора, – вздохнул Сильвестр. – Щас доберемся до коней, и гони, аллюр – три креста, в лагерь. А мы с Денисом попробуем немного проследить.

Степану хотелось бы остаться, следить ночью было и трудно, и опасно, следовательно, почетно. Достаточно вспомнить дозорных, окружающих отряд. Но и до своих домчать – те еще проблемы. Объехать отвлекающие внимание дюжины сравнительно легко, а вот нарвешься на кого из индейских разведчиков – и что тогда? Задача – не сражаться, а доложить. Своевременный рапорт дороже одного-двух убитых противников.

Ладно. Надо, так прорвемся.

Северо-запад Тешаса

Выступили в темноте. Небольшая часть воинов – прямиком на лагерь бледнолицых. Основная – резко в сторону, с намерением совершить глубокий обход и все же выйти к реке с ее поселениями.

Вождь долго думал, советовался с духами и в итоге решил изменить первоначальное решение, пошел на хитрость. Очень уж много бледнолицых и апачей противостояло команчам для решительной победы в открытом бою. Не просто люди – воины с хорошим вооружением. Да и не столь беспечен враг, как показался попервоначалу.

Разведчики широко разошлись по прерии в поисках врага. Ведь наверняка кто-то наблюдает за походным лагерем, и надо найти вражеских лазутчиков, не дать передать о выходе команчей. Не зря бледнолицые выступают в одном ряду с липанами. Те чувствуют себя в прерии как дома. Не будь их, можно было бы не опасаться за скрытность перемещений.

На небо вышла луна, однако помощи от нее было мало. Противник тоже умел действовать скрытно, и попробуй, найди его в темноте! Травы медленно колеблются, бледный свет полуночного светила делает все неверным, призрачным, а едва не единственный звук – шелест все той же травы. Можно проехать рядом с затаившимся лазутчиком и не заметить ничего. Зато будешь замечен сам, ведь передвигаться приходится верхом, и поневоле возвышаешься над растениями.

Медведю досталось следовать перед отвлекающим отрядом. С одной стороны, обидно не принять участия в основном набеге, с другой – ударить по врагу – весьма почетно. Если все пройдет хорошо, они еще успеют оторваться от противника и соединиться с Бьющим Орлом.

Приходилось постоянно напрягать зрение. Но луна неверным светом частенько вводила в заблуждение, показывала не то, что было в действительности. Какой-то далекий куст мог прикинуться человеком, волнующаяся под дуновением ветра трава словно намекала – под ее прикрытием ползут враги. Разведчик то и дело сворачивал, стремясь объехать возможно большее пространство, однако понимал: если противник затаился, то обнаружить его можно лишь при особой милости духов. Вот если просто остановился отдохнуть – дело другое. Или если куда едет по своим ведомым и неведомым делам.

Иногда Черный Медведь слезал с коня, приникал ухом к земле и напряженно вслушивался. Почва передает звук гораздо лучше воздуха. Надо лишь уметь разобрать его.

И вдруг… Медведь не сразу поверил удаче, но ошибки быть не могло. Кто-то определенно скакал в сторону лагеря бледнолицых, довольно быстро скакал, причем, показалось, копыта коня были подкованы.