Шандола - Галина Полынская

– Какая красота! – вдохновенно произнес Фантус. Он лежал на спине и бросал в огонь прутики и травинки. – Какая тишина! Какая потрясающая благословенная тишина!

В животе у Пилата громко заурчало.

– Ну вот, взял и все испортил. Нет в тебе ничего прекрасного.

– Как это – нет? Да во мне все прекрасно.

– Я не о внешности, – вздохнул сроут, – я о внутренности.

– С внутренностями у меня тоже полный порядок, всем бы такие внутренности, просто у меня еда иногда громко переваривается, но это со всеми бывает, так что нечего придираться.

– Не обижайся, Пилат, – Ирвин перевернулся на спину и погладил собаку. – Я тебя очень люблю, и сроут тебя тоже любит…

– Неправда! – закапризничал пес. – Он меня ненавидит, все время ко мне цепляется и мучает! Он на меня давит морально!

– Вот уж глупости, – фыркнул Фантус. – Пускай ты абсолютно склочный пес, но я все равно к тебе очень привязался.

– Правда? Ты не шутишь?

– Нет, не шучу, мне будет не хватать тебя и Ирвина, я буду страшно скучать.

– А ты оставайся с нами.

– Не могу, я обязательно должен вернуться домой.

– Почему?

– Мы, сроуты, не можем жить поодиночке, мы начинаем тосковать и болеть.

– Не беспокойся, уж с нами ты точно не соскучишься, – заверил пес. – Оставайся, мы тоже к тебе привыкли.

– Посмотрим, поглядим.

Они поговорили еще немного и, подложив в костер веток, стали засыпать под мирное фырканье единорога. В это время в Антаре, Мудрый смотрел в Зеркало Мира и плевался от ярости.

– Ну что же, – пробормотал он, – они где-то умудрились разжиться единорогом и наверняка не знают, какое это ценное приобретение, а я знаю, знаю! И еще кое-кто тоже знает… Лайя! – позвал он дочь. – Передай, пусть разыщут Горга – ловца единорогов и тут же приведут его ко мне, есть для него отличный трофей!

Наступало утро, солнце бережно ласкало вершины деревьев, щекоча нос Пилата тонкими лучиками. Пес чихнул, проснулся и посмотрел по сторонам. Ирвин спал в обнимку со сроутом, они были такими милыми и безмятежными, что Пилат даже растрогался. Он лизнул в щеку сначала паренька, потом Фантуса.

– Ты чего пристаешь? – сроут приоткрыл один глаз.

– Это я от переизбытка чувств, вы такие чудные, когда спите.

– Ты тоже чудный. Когда спишь.

– Всем доброе утро, – потянулся Ирвин, – как спалось?

– Отлично, – сроут зевнул. – Кстати, а где наш единорог?

– Да, действительно, где Поинтбулл? – заволновался Ирвин.

Единорога действительно нигде не было видно. Друзья вскочили на ноги и бросились на поиски.

– Поинтбулл! – эхом разносились крики. – Полл! Где ты?!

Накричавшись до хрипоты, они ни с чем вернулись к повозке.

– Куда же он мог подеваться? – Ирвин растерянно смотрел по сторонам. – Не мог же он вот так, просто взять и уйти? Я слышал, единороги очень преданные существа, он не мог нас бросить…

– А может, он на Пилата обиделся за то, что он ему каких-то несчастных зерен пожалел? – предположил Фантус. – Обиделся и ушел.

– Да, я понимаю, я вечный корень всех зол и всех несчастий! Но все-таки не надо на меня всех собак вешать, не надо! Я, конечно, скупердяй, но для Полла мне ничего не жалко! Я что, не понимаю, как он нам нужен? Не самому же мне в повозку впрягаться!

– Какая замечательная мысль, – сердито проворчал сроут, – вот тебя-то мы и запряжем.

– Смотрите, там кто-то есть, – кивнул Ирвин в сторону леса.

Из-за деревьев показалась какая-то фигура в белом и, покачиваясь, направилась к друзьям.

– Бедный, – вздохнул Пилат, глядя на приближающуюся фигуру, – голодный, наверное.

– С чего ты взял?

– Он шатается, еле-еле копыта переставляет.

– Почему ты решил, что у него копыта?

– Ну не лапы же! Ирвин, чего он ко мне пристал?

– А ведь у него ног нет, – удивился юноша. – Да, действительно нет.

Торс незнакомца плавно переходил в размытый туман.

– Странный какой-то дядечка, – насторожился Фантус, – может, он нашего Полла видел? Подплывет поближе, спросим…

– Не могу я ждать! – Пилат помчался навстречу незнакомцу. – Эй, любезный! Мы потеряли нашего единорога, он вам случайно не попадался?

Вместо ответа, странный господин широко расставил в стороны туманные руки и прогудел с завыванием:

– У-у-у-у-у!

– Вы чего это? – оторопел пес.

– Как это чего? – в свою очередь удивился незнакомец. – Пугаю, разумеется.

– Зачем?

– Работа у меня такая.

– А кем работаете? – поинтересовался сроут.

– Привидением.

– И хорошо платят?

– Пилат, это не твое дело, – Ирвин отбросил со лба золотую прядь. – Будьте любезны, скажите, вы случайно нигде не видели вороного единорога?

– Я не знаю, но можно пойти и спросить у наших, они по всему лесу бродят, может чего и видели. Надо к Призрачному Холму идти.

– А это далеко?

– Нет, совсем рядом. Кстати, извините, а вы собака?

– Разве не видно? – обиделся Пилат.

– Я просто еще не видел говорящих собак, из вас получился бы превосходный призрак или оборотень.

– Серьезно? – обрадовался пес. – Я могу это расценивать как приглашение на работу?

– Да, конечно. У нас в последнее время сильная нехватка кадров, многие призраки переквалифицировались в домовых. Там, говорят, и крыша над головой и хозяин о своем домовом заботится, почитает его, а если еще и кошка есть, так с ней всегда о жизни поговорить можно. В лесу работать не хотят, говорят, будущего никакого и того гляди в неприятности попадешь. А сейчас, как назло, сезон охоты начинается, охотников здесь как комаров будет, самое время работать, а народа не хватает.

– Охотников, говорите, пугать? – мечтательным взором Пилат смотрел куда-то вдаль.

– Пилат, не забывай, что ты не призрак, а обыкновенная дворняга беззлобной наружности, – усмехнулся сроут.

– Это не страшно, – заверил призрак, – у нас иногда подрабатывают живые. Собаке прекрасно подойдет комплект для оборотня.

– А что туда входит? – заинтересовался пес.

– Накладные самоклеющиеся клыки и когти, красная подсветка для глаз, синтетическая волчья шкура, очень легкая и удобная, между прочим, и еще акустический усилитель и ухрипитель рычания.

– Ухрипитель?

– Это такое приспособление, чтобы сделать рычание низким и хриплым.