Храм Диру - Елизавета Мордовина

Ивона и Карик были слишком поражены красотой Эфы, чтобы хоть как-то отреагировать на то, что уже восемь часов, а ворота до сих пор закрыты, поэтому к охраннику подошёл Рэн.

— Уважаемый! — не очень громко, но так чтобы мужчина проснулся, сказал он.

Стражник зашевелился и хрипло спросил:

— Чего надобно благородному путешественнику?

— Да пребудет с вами Свет Диру.

— Да осветит Она ваш путь, — ответил ему всё ещё не сбросивший с себя сон охранник.

— Долго ли эти ворота будут закрыты?

— Два дня, как пить дать. У нас ведь праздники идут. Студенты шалят. В прошлом году стадо овец в город через эти самые ворота и привели, вот от греха подальше только двое ворот и оставили, чтобы погром не устроили. Кто ж их, студентов, знает. Мож, в следующем году вообще одни ворота оставим.

— Но разве стадо овец — это так страшно? — удивлённо спросил Рэн.

— Не, если бы пастухи привели, да на ярмарку, например, то почему б и нет? А тут студенты — овцы-то от страха десятерых потоптали, хорошо, что овечушки-то от страха не перемёрли. Сами студенты несчастных горожан и подлатали, но за убытки — всякие там лотки перевёрнутые да крылечки разбитые — платить студентам было нечем. У нас же, у города, какой главных доход? Мы врачей, целителей, в смысле, — для не знающих, что такое «врач», добавил стражник, — поставляем. Лекари наши самые лучшие в Артии, так что год бесплатных услуг всем пострадавшим обошёлся университету в приличную сумму. Они и попросили главу закрыть ворота, чтобы молодёжь в окрестные деревни не разбежалась.

— Они — это кто?

— Как кто? Профессора, конечно. Им потом за студентов-то платить не хочется, вот они и попросили об одолжении, а мы следить за балагурами должны.

— А что за праздник у вас? Вроде же нет никакого праздника сейчас нет.

— Как какой? Учёбу старшие закончили, — удивляясь незнанию собеседника, сказал стражник.

— Так лето ж сейчас, обычно ведь поздней весной выпускают.

— Ага, да только у нас в университет в ноябре принимают, а заканчивают в августе, чтобы успели на место работы до мороза прийти успеть. Вот так вот.

— Спасибо вам за объяснение, добрый человек. А куда нам тогда податься, чтобы в город-то войти?

— Нравитесь вы мне, так что уж ладно, пропущу вас. Идите к калитке, сейчас её открою. Только никому об этом не говорите! Спрашивать будут — вы через Чёрные ворота прошли.

— Чёрные?

— Да, Чёрные. Они у нас на юге расположены.

— Спасибо вам! Повезло нам, жена! Видишь — добрый человек попался! — крикнул Ивоне Рэн, призывая подыграть.

— Твоя правда, милый, — девушка сама удивилась, когда ответила маро на «ты», так легко и естественно. — Спасибо вам, анар! Сердечное спасибо! А то с калекой и так далеко прошли, не дошла бы она до следующих ворот, бедняжка.

Стражник, наконец, увидел Аран, прятавшуюся за спиной Карика до этого, и, к удивлению всех, вместо того, чтобы охранительный жест использовать или скривиться, тут же открыл калитку, выскочил и помог женщине войти в город, следя за тем, чтобы она не ударилась и не споткнулась, а затем осуждающе сказал:

— Что же вы сразу не сказали, что лечиться идёте? У нас гости университета всегда и через какие угодно ворота проходят.

— Почему? — непонимающе спросила Ивона.

— Так я ж сказал уже, что у нас главная прибыль от университета идёт, так что мы всех, кто к целителям идёт, сразу пропускаем.

Тут он взглянул на Аран и на всех остальных повнимательней и присвистнул.

— Да вы тут все к нашим светилам пришли, я смотрю! У меня глаз намётанный. Откуда вы такие?

— Идём из Кирта. Надоумила Богиня отправиться через него, — ответила Ивона, вздыхая.

— А что с Киртом такое? Хороший город, наши там все травки для лечения закупают.

— На него разбойники напали, да люди вовремя заметили, до нападения ещё, а потом и королевский отряд подоспел, так что спаслись.

— Так это про него бают всюду? Про Кирт? А то рассказывают, что города какого-то не стало из-за разбойников, как тогда… — голос мужчины прервался. — Я тогда жену свою с детишками потерял — на охоте был. Но то деревня была, а тут целый город! А я верить не хотел… — потрясённо покачал головой мужчина.

— Та же банда, как я слышала, а может, кому-то их слава жить спокойно не даёт? Только врут те, кто говорят, что пропал город. Много умерло, но меньше, чем мы думали. Повезло нам, что чтецы в городе тогда были. Они и помогли, а ещё из Академии учитель один. Он защититься-то и помог. А потом отряд Вильярда пришёл и спас всех, — подстраиваясь под речь стражника, сказала девушка.

— А я так и знал, что враки это всё! Вы, это, всем про победу рассказывайте, чтобы люди знали, что на самом деле было, а то брешут тут всякие. Как не стыдно-то!

Задумавшись, стражник замолчал.

— А знаете что, гости дорогие? Давайте-ка я вам место хорошее подскажу? Там и остановитесь, если захотите. Его один мой знакомый держит. Хороший мужик, а жена так готовит, что пальчики оближешь. У него брат в Кирте живёт. Давно туда перебрался. Алеком кличут. Тоже постоялый двор держит. Жив если брат, то точно меньше за постой возьмёт.

— Алеком? Жив Алек, мы у него и останавливались, я его после прощальной песни видела.

— Вот и хорошо! Вот и славно! Я и не сомневался, что Алек жив. Ещё тот живучий индюк! Хороший он больно, чтобы просто так помереть. Так что, пойдёте к нему?

— Отчего не пойти-то? Заодно радостную весть принесём, правда, милый?

Рэн кивнул.

— А как того хозяина зовут?

— Да так же. Алеком.

— Как это? Родные братья и оба Алеки?

— А у мамаши их ни времени, ни интересу не было имена выдумывать. Всех троих детей Алеками и назвала. Добрая зато женщина была. Мягкая только слишком.

— А как называется постоялый двор?

— «Наковальня». Там раньше кузница была, так решили, что, значит, пусть наковальней и будет.

— Спасибо вам, анар.

— Людям помогать надо, иначе зачем вообще жить-то?

— И то правда.

— Только вы не удивляйтесь, если там народу будет много. Там сейчас, наверняка, студенты пируют. Уже второй день как. Так вы на них внимания не обращайте и сразу к стойке идите. Там Алек обычно стоит, следит, чтоб студенты не побили чего. Так вот, чтоб попасть туда, вам надо прямо по