Знания Крови - Михаил Кулешов

— В таверне говорили, что у самых стен замка Лукар бродит убийца. Стоит быть осторожным.

— Одна заносчивая девчонка не оставила мне выбора. Мне пришлось убить её, так как она напала на меня и не собиралась сдаваться, — я развел руками, пытаясь изобразить добродушие. — Уверяю вас, я не опасен.

— Я вам не верю, — юноша усмехнулся. — В любом случае, спасибо, что признали свою вину. Мне бы не хотелось убивать невиновного, и оказаться в вашем положении.

Юноша усмехнулся, вынимая из-за пояса топор. На то, чтобы скинуть со спины щит, ушло бы слишком много времени, так что незнакомец сразу же бросился на меня. Не было возможно даже матом выругаться — я отскочил в сторону, выхватывая меч и отступая в сторону и назад. Лотр, которого парень то ли не заметил, то ли не посчитал серьезным соперником, сразу же прыгнул, метя в горло обидчику. Юноша успел развернуться и ударить пса по морде топором. Несчастная собака с воем отлетела в сторону, но нападающий отвлекся, что позволило мне в один прыжок оказаться рядом с ним и попытаться воткнуть меч ему в живот.

К сожалению, безуспешно. Я действительно нанес точный колющий удар, но против моих ожиданий, клинок не прошил мягкое брюхо жертвы насквозь, а разорвал кожаную куртейку и вошел в тело врага едва ли на кончик клинка. Мой противник между тем снова замахнулся топором, рыча от злости. Я попытался перехватить его оружие свободной рукой за древко, но лезвие топора легко отсекло мне кисть и вонзилось в плечо. Закричав, я сильнее надавил на меч, наконец-то погружая его в тело врага. Парень с ненавистью посмотрел на меня и обмяк. С ужасом, я уставился на обрубок руки, из которого хлестала черная кровь. Разорвав брэ, я как мог, перемотал обрубок, затем наложил на руку жгут. Кровь кажется перестала вытекать так обильно. Мой противник, потерявший все очки выносливости, все еще был жив. С трудом закончив перевязку, я воткнул свой меч прямо ему в горло. Затем, для надежности, вытащил и воткнул снова. Парнишка начал разлагаться, и я еле успел одной рукой сорвать с него щит и вытащить из кошелька деньги. Топор в любом случае торчал в моем плече.

Я посмотрел на пояс — красный камень был заполнен темнотой почти полностью. Что-то алое плескалось на самом донышке. Даже пара желтых камней погасли.

— Уёбок, — мрачно прошептал я, обращаясь к покойному. — И хитовая система эта обоссаная.

Я понимал, что не смог убить врага с первого раза именно потому, что на невидимом кубике урона выпало недостаточно большое число. И это при том, что живот это одна из «уязвимых зон», где урон увеличивается, в отличие от, например груди, где ребра выступают в качестве дополнительной естественной защиты. Переусложненная система, призванная добавить сражению реалистичности, на практике все равно не работала! Вот и стоило вводить хит-боксы для разных частей тела, если по итогу меч останавливает невидимая преграда, только из плохо брошенного компьютером кубика?

Лотр ковылял ко мне, глядя большими виноватыми глазами и поскуливая. Осмотрев пса, я обнаружил только не слишком глубокую рану на лапе, которую все же обвязал остатками брэ. Смотрелся я теперь не слишком презентабельно — окровавленный мужик в кожаной куртке, трусах и сапогах.

— Вам нужна помощь, мой господин? — неожиданно раздался голос мельника. Обернувшись, я увидел улыбающегося мужчину, стоящего в дверях. Судя по довольной ухмылке, он был рад увидеть, как двое высокородных господ пустили друг другу кровь. Я кивнул.

— Лекарь или цирюльник в деревне есть?

— В церкви есть один. Ловко вы этого сосунка то зарезали. Ручонку жалко конечно, — с сочувствием произнес мужчина. Улыбаться он при этом не переставал.

— И нигде протез не сделают?

— В городе может и сделают, — мельник пожал плечами. — Но не здесь. Идите, мой господин в церковь. Боюсь, рано вам еще на поля соваться, окончите как этот дурачок.

— Спасибо, Донован, — я тоже улыбнулся. Моя собеседник попрощался и снова закрыл дверь. Мне оставалось только брести в сторону церкви, при этом топор продолжал торчать из моего плеча. Я даже представить боялся, что чувствовал бы сейчас мой персонаж в реальности. Несколько случайных игроков шарахались от меня, но хотя бы не пытались добить — ради опыта и денег. Возможно их отпугивал Лотр, возможно мой вид действительно был устрашающим. Ввалившись в небольшую церквушку, я нос к носу столкнулся с очередной копией Рекозы.

Отшатнувшись, я потянулся за мечом, но девушка просто прошла мимо. Её взгляд задержался на торчащем из моего плеча топоре, а потом на тряпичных трусах, но в остальном она никак не отреагировала. Новая Рекоза, как две капли воды похожая на предыдущую, просто прошла мимо. Ко мне же сразу же подбежал молодой служка.

— Господин, — залопотал мальчишка лет двенадцати, с ног головы закутанный в черное тряпье. Единственным светлым пятном была медная тиара, одетая поверх черного головного платка. — Вам нужна помощь? Присядьте на лавку, я сейчас же сбегаю за матушкой Эбигейл.

— Лучше цирюльника позови.

Мальчишка кивнул, а я со стоном уселся на лавку. При этом, это не я, сидя за ноутбуком в кабинете хозяина, застонал, а персонаж здесь, в мире игры. Пусть это и простой программный эффект, но на погружение он работал хорошо. Я улыбнулся, несмотря на всю плачевность своего положения.

Церковь была простенький, можно даже сказать скучной. Каменные стены, деревянные скамьи, дощатый пол. В дальнем углу единственное витражное окно, там же алтарчик и занавешенные грубой материей помещения для служителей церкви. За одной из таких занавесок и исчез мальчишка, чтобы через несколько минут вновь появится вместе с девчушкой, годов эдак пятнадцати. Рыжая, курносая, в плотном фартуке поверх бесцветной рубахи, достающей до колен. Ноги были прикрыты такими же бесцветными штанами и тряпичной обмоткой.

— Я Тамара, — представилась девушка, приседая в плохо анимированном книксене. Или девчушка просто была неловкой. — Ученица цирюльника Томаса. Мой учитель сейчас занят, и он просил мне вас осмотреть.

Я усмехнулся.

— У меня топор в плече, и нет кисти. В остальном все в порядке.

Девчушка только покачала головой, явно не оценив моего юмора. Она попросила служку сбегать