Отчаяние. Том 2. - Say Latto

— Хронология? — тихо спросил он.

Я выдохнул.

— Сначала обычный шар. Один. Потом второй. Потом… начал сводить. Центр — между ладонями. Подключил оба потока, усилил. Напряжение росло. Держал как мог. Постепенно расширял... Но это не сработало. Не получилось совместить две структуры. Пришлось создавать с ноля. Просто выпустил энергию между ладонями, сжал в шар, удержал структуру и зажёг энергию энергетическим пламенем. Шар между ладонями зажёгся. Я стал его расширять и выкачивать всю энергию. Она ушла в ноль и система подтвердила создание навыка.

Спина не писала. Просто смотрела. Потом кивнула.

— Зарегистрирован сразу?

— Сразу. С указанием: "большой энергетический шар", затраты от 5 до 10 единиц. Мощность регулируется.

— Изначальный выстрел?

— Две сотни энергии. Все резервы. Поэтому и эффект — масштабный. После — дрожь, судороги, отдача. Откинуло назад. Щупальца не слушались, руки тряслись. Не мог нормально встать.

— Последующие попытки?

— Есть возможность использовать повторно. Но уже в меньших пределах. Пять, шесть, максимум десять единиц. Тогда шар обычный. Не такой мощный. Управляемый. Расход контролируемый.

Конти потёр переносицу, потом взглянул на меня.

— То есть. Вы не просто вывели структуру. Вы удержали её под максимальной нагрузкой. До полного нуля. И только после этого — произошла регистрация?

Я кивнул.

— Именно так.

— Это многое объясняет, — сказал Леви. — Мы подозревали, что система требует не просто формы, а порога. Когда пользователь достигает определённого уровня контроля и перегрузки, система фиксирует результат как валидный навык. До этого — не считает полноценным.

— А что с конструкцией? — спросила Спина. — Вы её удерживали как?

— Визуализировал. Центр между ладонями. Энергия накачивается через все каналы в ладонях. Давление — равномерное, но с приоритетом на внутреннюю стабилизацию. Контур — сфера, с ротацией. Если перекос — разваливается. Нужно чувствовать поток. Постоянно.

— И вы это делаете… вручную?

— А как ещё? — пожал я плечами. — У меня нет карты. Всё, что есть — сам создавал или учился контролировать. Если отпустить — разлетится. Поэтому каждый шар — это концентрация. Не запуск. Работа.

Леви усмехнулся. Не издевательски — уважительно.

— Знаете, большинство даже не понимает, как они используют способности. Жмут — и всё. Вы — другой случай. У вас подход как у инженера. Сначала модель. Потом тест. Потом закрепление. Система это приняла. Вот и всё.

— Она приняла потому, что я выдержал, — тихо сказал я. — Если бы вырубился раньше — не было бы никакого навыка. Только последствия. Очень плачевные.

Спина поднялась. Подошла к доске. Рядом с моей фамилией и номером она приписала:

Новый навык (синтез): "Большой энергетический шар". Подтверждён. Контроль: ручной. Регистрация — после полной разрядки. Повторяемость — подтверждена. Диапазон — от 5 до 10 единиц.

— Мы назовём это "пороговым синтезом", — проговорила она. — Метод создания навыка через экстремальную нагрузку и устойчивое удержание структуры. Это впервые задокументировано официально.

— Как думаете, система обратила внимание? — спросил Конти.

— Думаю — да. Уже тогда, после боя с Майловарном, она "заметила" его. Этот случай — ещё одно подтверждение. Не просто фиксация — реакция. Но не агрессивная. Пока — наблюдательная.

Я молчал.

— Хотим предложить следующее, — сказал Леви. — Если вы не против: наблюдение. Не контроль. Просто запись последующих случаев. Не вмешательство. Не подчинение. Только фиксация.

— Условие, — ответил я. — Без копания в мозгах. Без вторжения. Всё, что вы узнаете — только из того, что я сам разрешу.

Конти кивнул.

— Принято. У нас нет цели копаться в чужом. Нам нужна модель. А вы — рабочая. Редкая. Повторюсь. Вы очень важная боевая единица. Вас терять никто не собирается.

Я посмотрел на него.

— Не называйте меня моделью. Я живой. И если мне начнёт казаться, что вы забыли — напомню.

— Учтём, — спокойно сказал он.

Спина снова подошла ближе.

— Ещё один момент. Этот навык — нестандартный. Он не имеет школы. Ни стихий, ни силовых специализаций. Но он — магический. Энергетика чистая. Но стабильность у вас — ноль. Это значит, что с ним нельзя шутить. Мы это зафиксируем. Если кто-то попробует повторить без подготовки — рванёт.

— И хорошо, — ответил я. — Пусть не лезут.

Леви сделал последнюю запись, потом отложил ручку.

— Всё. На этом можем закончить. Вы подтвердили самое главное — навык можно создать вручную. Система его примет. Но при одном условии — ты должен уметь держать удар. И знать, что делаешь.

— Я знал.

— Потому и живой. – Хмыкнул Конти.

Дальше меня повезли к рунщице.

Машина остановилась без звука. Армейский джип — тот же тип, что и утром. За рулём — другой, но такой же немногословный. Я вышел. Передо мной — знакомый дом. Облупленный фасад, выцветшая штукатурка. Ни табличек, ни маркировки. Только потёртая дверь с металлической ручкой.

Внутри — тишина. Снова тот самый коридор. Потолок низкий, бетонный. Свет — ровный, мёртвый. На двери — всё та же чёрная метка вместо номера. Я потянул за ручку.

Открыто.

Комната — без изменений. Пыль не исчезла. Но порядок был. Всё по местам: кушетка, стол с машинкой, банки, краска, стул в углу.

Тот же боец. Тот же взгляд — спокойный, ровный. Автомат на коленях, куртка расстёгнута. Просто сидит. Просто смотрит.

У кушетки — она.

Светлые волосы в пучке. Серьга в ухе. Руки в татуировках до плеч. Часть — боевые руны, часть — художественные. Змеи, черепа, полосы. Не изменилась. Только волосы теперь чуть влажные — видимо, мыла голову.

Подняла взгляд, кивнула.

— Снова ты.

— Мне надо перебить, — сказал я. — Живот. После зачистки гнезда. Матка распорола. Кишки собирал с пола. Сейчас всё заросло, но шрамы поверх рун.

Она не ответила сразу. Подошла. Оценила взглядом. Потом пальцами коснулась живота — через футболку.

— Покажи.

Я снял. Остался в одних штанах. Она вгляделась.

— Позавчера была зачистка, — сказала она. — Серьёзно?

— Да.

— И ты уже стоишь вот так?

Я не ответил. Она провела пальцами по коже. Там, где были старые руны — остатки линий, теперь искажённые шрамами. Мышцы под кожей реагировали чуть дёргано, но без боли.

— Ткани свежие. Швы