Начало всех Начал - Юрий Никитин

Он даже улыбнулся ей, когда поднялся и взглянул на неесверху вниз, и она поняла, что он прощается.

Она сказала торопливо:

— Погоди, погоди… Это надо обсудить. Все такнеожиданно! Да и для тебя это приятный и благоприятный выход. Я же вижу, как тывесь светишься, скоро в ангела превратишься… Да сядь ты! Не на камень, садисьрядом. Когда так все меняется, надо поговорить на прощанье. Даже наговориться…

Адам воззвал к Творцу с таким яростным криком, что весь садогласился его истошным воплем. Ангелы всполошились, заметались над верхушкамидеревьев. Старшие ангелы покинули свои места возле Всевышнего престола и тожепомчались к Эдему.

Творец спросил устало:

— Что случилось, Адам?

— А Ты не знаешь? — закричал Адам. — Лучше быона этого не делала!

— А что она сделала?

— Она повиновалась Тебе!

— Ты недоволен?

— Еще бы! — закричал он. — Лучше бы я слягушкой лег!.. Она делала все, что я сказал, даже сообщила потом, что понеслаот меня.

Творец поинтересовался:

— Значит, вы будете плодиться и размножаться?

— Нет, — отрезал Адам. — Я не буду принуждатьженщину. А это было принуждение. Она подчинилась, это не было по ее воле! Ячувствую себя так гадко, что даже не знаю… Я теперь вообще не хочу другойженщины! В смысле вообще не хочу. Я буду жить один.

— Нет, — прозвучал задумчивый голос, — наэтот раз сделаем проще… Хуже, примитивнее, зато безопаснее. И надежнее… Ложись,Адам, успокойся и поспи.

Адам опустился на землю, сморенный как своими страданиями,так и полуденной жарой, моментально заснул. Ангелы жужжали и роились, какпчелы, завидевшие истекающие медом цветы. Творец повел огненными дланями, сампринимая манеры и движения этого мира.

— Не сотворю женщину для Адама из головы его, —произнес Он задумчиво, — дабы не была высокомерной; не из глаза его —чтобы не была любопытной; не из уха — чтобы не подслушивала; не изуст — чтобы не была болтливой; не из сердца — чтобы завистливой небыла; не из рук — чтобы не была любостяжательной; не из ног — чтобыне была праздношатающейся…

Бок Адама на короткий миг превратился в зияющую рану, но тутже вернулся в первоначальный вид, а на другой стороне поляны появилась другаяфигура: пара для Адама, как сразу поняли ангелы. Меньше ростом, узкие плечи, ношире бедра, молочные железы и длинные волосы настолько солнечного цвета, что отних пошло сияние.

— Из ребра? — спросил Михаил. — Да будет оноблагословенно!

— Почему из ребра? — поинтересовался Азазель.

— Их много, — пояснил Люцифер. — Испортит —не жалко. На втором или третьем получится лучше.

— Кроме того, ребро, — добавил Азазель, —единственная кость, в которой нет мозга.

— Это из-за Лилит? — спросил кто-то сочувствующе.

Люцифер покосился на задумавшегося Творца.

— Он делает выводы из неудач. Все еще учится!

Азазель предложил живо:

— Господь, а давай наделаем еще таких же! Ребер у Адамамного. И пусть у него будет не одна подруга, а несколько. Я же понимаю, что емузахочется больше!

Творец бросил на него короткий взгляд.

— Почему так думаешь?

— Ты же слепил его из глины, — напомнил Азазельживо. — А значит, животная сторона в нем очень сильна. Иногда, сам знаешь,она будет брать верх… даже не совсем иногда.

Творец кивнул.

— Ты не дурак, Азазель. Проникаешь в суть. Но сделатьему больше подруг значит потворствовать животной стороне. А он долженвооружиться духом, чтобы в неустанном борении одерживать верх.

Люцифер поинтересовался деловито:

— Душу в нее вдыхать будешь?

Творец покачал огненной головой.

— Огонь не гаснет, если от него зажигаются другие.

— Понятно, — сказал Люцифер с пониманием, —так будет положено начало распространению твоего огня по этому материальномумиру? Какие-то погаснут, а какие-то дадут большое пламя?

— Ты смотришь далеко, — одобрил Творец. — Тывсегда был лучшим, Люцифер… Если бы только меньше спорил!

Люцифер ехидно усмехнулся.

— Так я ж по делу. Остальные только поддакивают! Итак,ты вынул ребро Адама и сделал из него женщину, послушную и понятливую, плоть отплоти, кость от кости. Но душу ей вдохнул не сам, а зажглась от Адама… Незначит ли, что в ней будет больше животного начала, а духовности меньше?

— Не думаю, — буркнул Творец недовольно. —Разве от выпавшего из небольшого костра уголька не может разгореться пожар ещебольше, чем сам костер?

— Вот и я об этом, — поддакнул Люцифер. —Если животное начало возьмет верх, то не натворит ли душа под его руководствомбольших бед? Подумай, Господь.

Творец долго смотрел на женщину, ответил со вздохом:

— Да, что-то Меня не туда занесло…

— Не получилось? — спросил Люцифер с ехидцей.

— Получилось, — возразил Творец. — Еще какполучилось.

— Так что же?

— Какое-то неясное предчувствие, — ответил оннехотя. — Что-то говорит мне, что пора на этом заканчивать. И так то, чтополучилось, весьма… да, весьма!

Люцифер оглядел мирно спящую женщину.

— Гм, возможно, и пора. А то начинал Ты, Господь, ссотворения мира, а закончил, стыдно сказать, женщиной. Когда цели так мельчают,то лучше остановиться.

Творец вздохнул:

— Ну, тогда пусть это будет последним актом творения!

По взмаху его длани женщина открыла глаза. Ресницы у неедлинные, как отметили ангелы, густые и чуть загнутые, это чтоб защищали глазаот пыли и не слипались кончиками, когда спит. Глаза ярко-синие, как чистые,умытые росой васильки, рот поменьше, чем у Адама, губы пухлые и сочные.

— Поднимайся, — велел Творец. — Да будешь тыженой Адаму. И да прилепишься ты снова к мужу своему и да будешь с ним однаплоть… Как и была раньше.

Азазель восторженно вскрикнул:

— Они будут сливаться?

— Да.

— Составной организм?

Творец буркнул:

— Нет, это иносказание.

— Что такое иносказание?

Творец сказал недовольно:

— Что за мир Я сотворил, где даже ангелы начинаютзадавать вопросы? Вы — Мои посланники! Вестники Моей воли. Вот и вестите осоздании женщины, а не спрашивайте…

Часть ангелов тут же бездумно унеслась выполнять повеление,но Азазэль остался на месте, сложил уже развернутые было крылья.