Начало всех Начал - Юрий Никитин

— Господь, стоит ли? А то скоро создание каждой букашкибудем вестить… Вот мир создал — да, это творение!

Господь махнул огненной рукой.

— Ладно, не вестите.

Азазель победно оглянулся на Люцифера и других ангелов, чтоостались на месте. Люцифер подбадривающе подмигнул.

Адам начал выныривать из сна, в ушах звучит рой голосов, новздрогнул и торопливо поднялся, едва открыл глаза. Поляна ярко освещенанебесным огнем, ангелы тесно реют вверху, окружили поляну так, что закрылисобой деревья, а посередине поляны Господь держит за руку прекрасную женщину,чистую и поглядывающую на него с боязливым восторгом.

— Адам, — произнес Он мягко, — так же, как иты, все мужчины из твоего семени найдут пару… не с первой женщиной, которую онипознают. Вот жена твоя. Люби ее и заботься о ней. А ты, женщина, люби мужасвоего и заботься о нем! Я именем Своим освящаю ваш брак… как и брак вообще. Иотныне вот так будут приводить дочерей своих отцы в этом действе…

Адам робко взял женские пальцы в свою ладонь. Она держаласьзастенчиво, как лесная лань, никакой дерзости Лилит, никакой заносчивости ивысокомерия. Улыбка тиха и скромна, женщина выглядит настолько пугливой, что онсразу расправил плечи и ощутил себя вдвое выше и сильнее, готовый защищать еехоть от всего мира.

— Спасибо, Господь, — произнес он счувством. — Да будет имя ее… Ева. Это значит — мать, первая женщина имногое другое. Спасибо, Господи! Я не понимаю, но у меня такое чувство, что этоуже родной мне человек.

— Родной, — подтвердил Творец. — Она изтвоего ребра.

Адам опасливо пощупал бок.

— Но… почему так?

Творец поморщился, и Адам невольно подумал, что Господь дажев огненном облике все больше становится похож на него, Адама, на существ этогомира.

— Во-первых, — ответил Творец сухо, — такпроще. Во-вторых, с этой женщиной тебе легче будет найти взаимопонимание.Именно потому, что она кровь от крови твоей, плоть от плоти. Она — частьтебя, потому люби ее и заботься о ней, как о себе, Адам.

Адам кивнул, глядя на Еву.

— Это я обещаю, Господь.

— Покажи ей свой сад, — велел Господь. —Теперь это ваш сад.

— Спасибо, Господь! Ты очень добр.

— Ваш сад, — повторил он. — Берегите его.

Адам и Ева едва углубились в заросли, как затрещали кусты,выметнулся пес и, оскалив зубы, зарычал на Еву. Она испуганно вскрикнула испряталась за Адама. Тот расправил плечи, как приятно чувствовать, что можешьзащитить, прикрикнул строго:

— Не рычи!.. Это Ева, моя жена.

Рычание медленно угасало, пес смотрел на Адама с обидой вглазах. Адам развел руками, пояснил:

— А ты — друг. Понял? Ты друг!

Шерсть на загривке пса опустилась, он даже вяло шевельнулхвостом, но в глазах оставался вопрос: а что главнее, друг или жена?

— Это разное, — сказал Адам в затруднении, еще нерешив и сам, что главнее, все-таки с псом уже столько набегался в саду, несомневается в его любви и преданности, а женщина еще непонятно какие штучкивыкинет. — Вы не соперники, ясно?

Ева робко выдвинулась из-за спины Адама.

— Ты с ним разговариваешь?

— Да, — ответил он гордо.

— И все понимает?

— Да. Только отвечать не умеет.

— Можно, я его поглажу?

— Погладь, — разрешил Адам и добавил: — И он,наверное, позволит.

Ева робко коснулась спины пса, тот смотрел на нее снедоверием, она расхрабрилась и запустила пальцы в его шерсть, пес прижмурился,в это время над садом блеснул яркий свет, жарким пламенем пожара залил поляну.Перед Адамом и Евой возник статный сверкающий ангел, еще могущественнее икрасивее, чем все, с кем Адаму приходилось общаться, а когда заговорил, вголосе звучали гордость и насмешка:

— Раньше ты был уникальный, Адам! А сейчас?

Адам покосился на притихшую Еву, она смотрит на ангела сострахом и великим почтением, пес вообще сразу же оскалил зубы и зарычал,спросил сердито:

— И что сейчас? Ты кто?

— Меня зовут Азазель, — ответил ангел. —Смотрю на тебя со скорбью. Кем ты стал. Увы…

Ева отступила и тихохонько встала за спиной Адама.

— Кем и был, — отрезал Адам.

Ангел всплеснул руками.

— Нет, ты теперь как и остальные животные! Они будутразмножаться, и ты тоже будешь размножаться. Они будут заселять сад, и тыбудешь его заселять…

Пес рычать перестал, видя, как спокоен Адам. Да и в том, чтоговорит ангел, все правильно, ничего враждебного.

Адам спросил угрюмо:

— Ты только в этом и видишь сходство?

— Да сходство видно во всем, — заверилангел. — Просто теперь стало еще больше. Заметнее.

Адам возразил:

— А мне кажется, ты мне просто завидуешь.

Ангел задохнулся от возмущения:

— Я?

— Ты.

— Почему? — спросил ангел.

Адам ощутил в голосе сверкающего собеседника некуюнеуверенность или растерянность, никак не ожидал отпора, а Адам, в своюочередь, заявил громко и уверенно:

— Вы не размножаетесь! Значит, вам недоступно даже то,что могут делать простые мухи, коим несть числа. Вы бестелесны и не можетевкушать пищу… Вас сотворили сразу всех, и сотворили великое множество… как техже мух. Во всяком случае, вас наверняка хватит, для чего бы вы ни понадобились!И больше создавать не будут. А вот мы… Ева, иди сюда. Это наш сад!.. Мы здесьхозяева. Мы, а не ангелы.

Ева из-за спины тихонько пискнула:

— Ты так грубо с ним говоришь!

— Это он со мной грубо, — сказал Адам обвиняюще.

— Так то он!

— А это я, — отрубил Адам.

— Он — божий ангел!

— Всего лишь, — ответил Адам гордо. — Ая — человек.

Он чувствовал, как в нем просыпается и властно распоряжаетсяновое чувство. Раньше ни за что не посмел бы так разговаривать с ангелом, носейчас, когда к нему жмется испуганная женщина, ищет у него защиты, грудь стреском раздвигается, плечи становятся шире, а голос становится тверже.

Озадаченный и смущенный Азазель тихонько исчез, Адам ухватилЕву за руку и потащил в глубину сада.