Мертвое солнце - Александра Христова

— Это же такая горькая гадость, что ее есть невозможно! Но полезная… Гаартохела здорово укрепляет мышцы и кости. Вот нас и заставляют ею питаться по приказу хозяйки.

— Да? — удивился я. — Странно… Никакой горечи я не заметил. На вкус как обычная картошка. Правда, немного пересолена, но ничего страшного.

Ответом мне стал стук упавших столовых приборов, отвисшие челюсти и идеально круглые глаза у сидящих за столом людей, сильфов и отдельно взятого гнома. Эльфы же только ухмылялись. Они что, тоже картошку любят? Не думаю — иначе бы уже ее съели.

— Ты это серьезно? — выдохнул пришедший в себя раньше других гном. Остальные же молчали, внимательно прислушиваясь к нашему разговору.

Я кивнул и все-таки откусил кусок мяса. Фу! Какая гадость! Жесткое, как подметка, кислое и противное! С трудом прожевав, я отложил мясо в сторону и налег на картошку. Совсем другое дело!

Глядя на меня, мужики тихо хихикали. Ну да, согласен: парень, который отказывается от вкусного, по их меркам, мяса и жует какую-то пакость, выглядит странно. А мне наплевать! Я есть хочу. И оправдываться за свои вкусовые пристрастия не собираюсь.

В кувшинах оказался морс, похожий на клюквенный, прохладный, густой и сладкий. Вкуснятина!

Когда я, сыто икая, откинулся на спинку стула, то живот у меня торчал, как шарик, и здорово мешал двигаться. Ну конечно! Огромная миска картошки и полкувшина морса — многовато за один раз на одного некрупного меня.

Пока я осоловело мигал, пытаясь поднять свою тушку со стула, гладиаторы, переглянувшись, стали задавать мне вопросы.

— Скажи, парень… — начал гном.

— Раалэс, — автоматически поправил я. Странно, новым именем пользуюсь меньше суток, а оно уже стало мне более родным, чем данное родителями. Как бы вообще с такими темпами старое имя не забыть!

— Что? — не понял гном.

— Меня зовут Раалэс, — повторил я, переведя взгляд на гнома. Вот кто полностью оправдал мои ожидания! Невысокий, но невероятно широкий в плечах, с густой черной бородой, больше похожей на спутанный моток проволоки (интересно, а как он ее расчесывает?), и иссиня-черной шевелюрой, стянутой на макушке в задорный хвост, здорово напоминающий верхушку пальмы.

Я мысленно хихикнул, глядя на этот парикмахерский шедевр. Такой хвостик носила Настя в детстве. Помню, я долго над ней хихикал, обнаружив эти фотографии… А такая прическа у солидного бородатого гнома вызывала у меня приступ неконтролируемой веселости. С трудом удержав выползающую на лицо улыбку, я состроил самую серьезную физиономию.

Тем временем гном, почесав подбородок, задал следующий вопрос:

— Откуда ты родом, па… Раалэс? Каково твое полное имя?

— Я из Питера, — хмыкнул я, зная, что сейчас последует куча вопросов. Вряд ли в этом мире существует город с таким названием.

— Откуда? — не понял гном. — Это где такое поселение расположено? — В его голосе слышалось пренебрежение. Ну да, если вспомнить стандартных фэнтезийных гномов, то они ценили исключительно свои города в горах, снисходительно относясь ко всем остальным. А мне попался именно такой гном. Ох, не нравится мне это…

— Я из другого мира, — решил сразу сказать правду. Ого! Какие круглые глаза могут быть у изумленного гнома! А как низко отвисают челюсти у шокированных сильфов! Ха, а у эльфов, оказывается, эмоции выражают уши! Они так забавно дергаются… и развешиваются.

Единственные, кто сохранял невозмутимое выражение лица, — близнецы, Элли и мастер Лиир. Они одни хладнокровно продолжали жевать, только глаза поблескивали, да уголки губ дергались в намеке на улыбки. Остальные же больше походили на растерянных детей, чем на воинов-гладиаторов. Ну никакой дисциплины…

«Так, стоп! Мстислав, приди в себя!» — Я помотал головой. Что на меня нашло? Практически всем присутствующим я по возрасту гожусь в сыновья, а то и во внуки. По крайней мере, Лииру точно. А изображаю из себя умудренного старца, хотя и сам не лучше был, когда понял, что очутился в другом мире. Может, среди рабов не принято скрывать свои эмоции?

Краем глаза я заметил, как Элли улыбнулся мне и кивнул. Ну что ж, с этим разобрались. И как раз вовремя: гном пришел в себя и продолжил своеобразный допрос.

— А как ты оказался в нашем мире? — поинтересовался он. Судя по всему, гном оказался наиболее морально устойчивым, раз был способен задавать вопросы, остальные же, образно выражаясь, «выпали в осадок», пытаясь обработать поступающую информацию. Да-а-а… подвисли ребята. Ну ничего, не смертельно — сами очухаются.

— А я знаю? — Я пожал плечами и стал придирчиво выбирать себе кусок мяса, пытаясь выбрать наименее зеленый. Картошка картошкой, но я никогда не был вегетарианцем. — Меня утащило из собственной квартиры…

— Откуда? — не понял гном.

— Из собственного дома, — поправился я. — А как очнулся, меня поставили перед фактом моего рабства, избили и засунули в казарму. Не самые приятные впечатления, должен сказать.

— Знаю, — кивнул гном. — Многие попали сюда примерно так же.

— Здесь есть другие, прибывшие из иных миров? — удивился я. Если это так, то, может быть, я смогу узнать у них, как попасть домой.

— Нет, таких больше нет, — покачал головой гном. — Тут ты уникален. Наш мир закрыт от проникновения извне, поэтому непонятно, как ты сюда попал.

— Может, потому, что изначально какой-то криворукий красноволосый тощий урод (на этих словах многие закашлялись, а Элли с близнецами открыто заржали) пытался вызвать демона, а где-то напортачив, выдернул меня? По крайней мере, хозяйка сначала приняла меня за демона.

Ага, кажется, во-о-он тот кусок мяса будет как раз! Перетащив ломоть на тарелку, я принялся разрезать его на кусочки.

— Может быть, — задумчиво прогудел гном и снова задал вопрос: — Как твое полное имя?

Приплыли тапочки к дивану… Может, вчера у меня просто что-то случилось с голосом, и сегодня я спокойно смогу представиться? Ага, сейчас! При попытке назвать свое имя голосовые связки снова парализовало, и я мог только беззвучно, изображая из себя рыбу на берегу, открывать рот. Я гневно уставился на близнеца, сидящего рядом со мной (кажется, это Рэни). Под моим взглядом он покраснел и заерзал, отводя глаза. Я оскалился. Правильно, бойся меня! Я злобный русский одиннадцатиклассник, а это страшно!

— Раалэс? — напомнил о себе гном.

— У него спроси, — мотнул я головой в сторону уже красного как рак парня и вцепился в мясо. Да что же оно такое гадкое? Его что, в уксусной кислоте вымачивали? Кислятина несусветная. Какая мерзость…

— Рэни? — От интонаций в голосе гнома я чуть не подавился. Таким голосом только признания выбивать! Любой сознается в чем угодно, вплоть до убийства любимой бабушки, лишь бы оказаться подальше. А гном-то не прост, не прост…

Парень поднял глаза и почти неслышно сказал: