Врата Смерти - Стивен Эриксон

Человек, произнесший эти слова, был капитаном караульных. На его скуластом лице Скрипач заметил знакомую татуировку. Ветеран Игатана. На руках виднелись следы ожогов. Его суровые глаза скользнули по Скрипачу.

— Назови нам твое имя, гралиец, чтобы мы поминали тебя в молитвах.

Скрипач помешкал, затем назвал капитану свое настоящее имя, от которого сам давным-давно отвык.

Услышав его, седовласый капитан нахмурился, однако ничего не сказал. Один из стражников вынул деньги. Сапер передал капитану спящую девочку и только потом взял монеты.

— Меня тревожит ее сон, — добавил Скрипач.

Ветеран Игатана осторожно взял ребенка на руки.

— Не волнуйся, у нас умелый домашний лекарь.

Скрипач озирался по сторонам. В таких домах жили мастеровые и мелкие торговцы. А девочки, судя по всему, были из богатого и знатного рода. Что же заставило их родителей поселиться в этой части города?

— Не желаешь ли разделить с нами пищу, гралиец? — спросил капитан. — Дед этих девочек будет рад встрече с тобой.

Снедаемый любопытством, Скрипач кивнул. Капитан повел его к приземистым воротам в стене. Стражники поспешили вперед, чтобы открыть ворота. Первой туда вбежала старшая девочка.

За воротами простирался на удивление обширный сад. Воздух был прохладным и влажным — где-то среди густой травы и кустов протекал ручей. По саду тянулась дорожка, окаймленная старыми фруктовыми и ореховыми деревьями. Дорожка упиралась в стену, целиком возведенную из темного стекла. На ней блестели радужные узоры, все в капельках воды. Скрипачу еще ни разу в жизни не доводилось видеть стеклянных стен. В стене имелась небольшая дверь из… полотна, натянутого на тонкую железную раму. Возле нее стоял старик в мятом оранжевом одеянии. Его кожа была почти такого же цвета, что и одежда, и это еще сильнее подчеркивало седину его волос. Старшая девочка подбежала и обняла старика. Он же не сводил своих янтарных глаз со Скрипача. Сапер преклонил одно колено.

— Благословите меня, странник духа, — произнес с сильным гралийским акцентом Скрипач.

Смех таноанского жреца был похож на шелест песка.

— Я могу благословлять лишь своих единоверцев, добрый господин, — тихо сказал старик. — Однако я прошу тебя разделить скромную трапезу со мной и капитаном Турквой. Думаю, внутри сада бравые стражники проявят больше храбрости и сумеют последить за детьми.

Морщинистой рукой он коснулся лба спящей младшей девочки.

— Селалия умеет себя защитить. Капитан, скажи лекарю, чтобы со всеми предосторожностями вернул ребенка в наш мир.

Капитан передал девочку одному из стражников.

— Слышали, что велел хозяин? Выполняйте, и поживей.

Стражники и дети скрылись за полотняной дверью. Туда же неспешным шагом направился и таноанский жрец. Скрипач с капитаном шли сзади.

В комнате со стеклянными стенами их ожидал невысокий железный стол и такие же низкие стулья с обивкой из звериных шкур. На столе красовались подносы с фруктами и холодным мясом, богато приправленным соусом и пряностями. В открытом графине желтело вино. На дне графина виднелся странный осадок: лепестки пустынных цветов и тельца белых пчел. Вся комната была пропитана изысканным ароматом этого вина.

Другая дверь, ведущая во внутренние покои, была из прочного дерева. В неглубоких нишах мраморной стены стояли зажженные свечи, дававшие пламя разного цвета. Их огоньки отражались на стеклянной поверхности остальных стен, завораживая своим танцем.

— Садись, гость, — произнес жрец, опускаясь на стул. — Признаться, я удивлен. Чтобы малазанский шпион так рисковал, спасая жизнь эрлитанских детей? Тебя же могли разоблачить. Какие же сведения ты желаешь получить у тех, чьи сердца переполнены благодарностью?

Скрипач со вздохом откинул капюшон и сел.

— Вы угадали. Я — малазанец, но не шпион. Я нарядился гралийцем, чтобы меня не узнали… малазанцы.

Старик разлил вино и подал бокал саперу.

— Ты ведь солдат, верно?

— Да.

— Дезертир?

Скрипач поежился.

— Вынужденный. Императрица соизволила объявить мой полк изменническим.

Он сделал несколько маленьких глотков, наслаждаясь густым сладким вином.

Капитан Турква понимающе кивнул.

— Ты — из «сжигателей мостов»? Солдат армии Дуджека Однорукого?

— Какая осведомленность, господин капитан, — усмехнулся Скрипач.

Таноанский жрец указал на подносы с угощениями.

— Не стесняйся, солдат. Скажи, а кто тебя надоумил искать покоя на земле Семиградия? Здесь — еще большее пекло, чем на Генабакисе.

— Я это быстро понял, — ответил Скрипач, принимаясь за еду. — Я не стану здесь задерживаться и при первой возможности поплыву на Квон Тали.

— Кансуанский флот ушел из Эрлитана, — сказал капитан. — Сегодня редко какое из торговых судов плавает через океан. Высокие пошлины…

— И возможность обогатиться, если дело дойдет до гражданской войны, — кивая, согласился Скрипач. — Тогда придется двигать пешком до самого Арена. Там легче найти корабль.

— Опасное это путешествие, — сказал жрец.

— Знаю.

— Вряд ли. Дело не только в надвигающейся войне. Тебе придется пересечь Панпотсун-одхан и обогнуть священную пустыню Рараку. Все ждут, когда оттуда вновь подуют ветры Откровения. Более того, там ожидается слияние.

Скрипачу сразу вспомнился странствующий, принявший облик дхенраби.

— Вы говорите о слиянии сил Властителей?

— О них, солдат.

— А что так влечет их всех туда?

— Врата. Пророчество о Пути Рук. Странствующие и диверы стремятся найти этот портал, обещающий… нечто. Они тянутся туда, как мотыльки на огонь.

— Но с чего это у переместителей душ вдруг появился интерес к магическому порталу? Их ведь не назовешь ни братством, ни опытными магами.

— Ты удивляешь меня своими познаниями, солдат.

— Нас привыкли недооценивать, — сказал Скрипач. — Если солдаты молчат, это не значит, что у них нет глаз. Я провел в армии пятнадцать лет. Успел всякого насмотреться. Я помню, как император сражался с Тричем и Рилландаросом близ Ли Хенга.

Таноанский жрец склонил голову в молчаливом извинении.

— Я не знаю ответов на твои вопросы, солдат, — тихо произнес он. — Едва ли странствующие и диверы сами до конца понимают, чего ищут. Их влечет инстинкт. Некое утробное чувство, за которым едва угадывается упомянутое тобой обетование.

Старик сложил ладони.

— В их рядах нет единства. Каждый сам по себе. Путь Рук… победителю он обещает место среди Властителей. Правда, это только мои догадки.