Ключи от Рая. Часть 1 - Антон Медведев

— Да. И посмотрите, нет ли за дверью барона Райва.

— Он там, Повелитель; — снова улыбнулся Влас. — Я поинтересовался, кто он, перед тем как зайти к вам.

— Тогда проси его... — Корриган раздраженно шевельнул рукой.

— Да, Повелитель...

Влас вышел, через пару секунд-дверь откры­лась снова, в кабинет вошел Райв.

— Я приветствую вас, Повелитель-

Барон снял шляпу и отвесил поклон. Сделал он ото, на взгляд Корригана, без особого трепета пе­ред столь важной персоной, Корригану это даже пришлось по душе. Если человек подобострастно лижет ноги и клянется в верности, то самое вер­ное решение — это немедленно его удавить. Сто­ивший перед ним молодой человек — на вид баро­ну было не больше тридцати — Корригану понра­вился. Барон — и служит в королевской гвардии. Явно беден, но кого сейчас этим удивишь? Кан- кар полон обнищавших отпрысков древних родов, приезжающих в метрополию без гроша в кармане. И все надеются — на удачную карьеру, выгодную женитьбу...

— Откуда вы прибыли в Канкар? — тихо спро­сил Корриган.

— Из графства Ортисон, Повелитель.

— Давно вы здесь?

— Третий год.

— Вы хорошо знаете графа Лядова?

— Да, Повелитель, — Райв слегка наклонил го­лову. — Мне часто приходится с ним встречаться.

— Что вы о нем думаете как о начальнике ко­ролевской гвардии?

— Повелитель, не в моих правилах обсуждать своего командира.

— Барон, я хочу знать ваше мнение о графе Ля­дове — хочу знать, что вы о нем думаете.

— Он плохой командир. Замучил всех бесполез­ной муштрой, его люди ничего не умеют. Их просто некому учить — всех, кто хоть что-то может, граф отправляет на ордейскую границу. Считает себя первым на мечах и боится, что его обойдут.

— Хорошо, Райв... У вас есть желание послу­жить королю?

— И вам, Повелитель?

— И мне. о

Корриган улыбнулся, подумав о том, что Райв не столь глуп. Впрочем, это даже хорошо.

— Да, Повелитель. Приказывайте, и я сделаю все возможное. И невозможное тоже.

— Хорошо, граф... — сказал Корриган.

Райв вздрогнул.

— Да, граф, да, я не ошибся. Назначаю вас ко­мандиром королевской гвардии. Это, — Корриган полез в стол, вытащил мешочек с золотыми моне­тами, — вам на первое время. Приказ о назначе­нии через час будет доведен до сведения ваших подчиненных.

— Благодарю вас, Повелитель... — Райв взял мешочек с монетами и поклонился. Он был явно ошеломлен, но держался молодцом, что Корри­ган не преминул отметить. — А теперь скажите, что я должен сделать, чтобы оправдать оказанное мне доверие.

Корриган улыбнулся. Умен, ничего не ска­жешь.

— Мой кортеж сегодня разбила банда лесных оборванцев, это произошло на дороге, ведущей к Гнилому лесу. Ты найдешь это место, тела страж­ников должны быть еще там. Так вот: эти негодяи увели у меня одного гасклита, это очень важный человек. Возможно, он мертв, тогда он должен быть в карете или где-то неподалеку, на нем ошейник с цепью. Если он жив, то сейчас направляется к замку. В любом случае, ты найдешь его и доста­вишь ко мне.

— Я видел этого человека, — кивнул Райв. — У замка, сегодня утром.

— Тем лучше. Найди мне его, а его похитите­лей уничтожь. Мне надоели вылазки этих оборван­цев, мои леса должны быть чисты от всякой швали. Выезжай сегодня же, даю тебе два часа на сборы. И пусть привезут мою карету.

— Да, Повелитель. Я все сделаю.

— Тогда можешь идти. Хотя нет, постой... — Корриган остановил новоиспеченного графа. — Дарю тебе имение графа Лядова и все принадле­жащие ему владения. Надо же тебе где-то жить.

— Мой Повелитель, но как же... граф? — Райв нахмурился.

— О графе больше не беспокойся. Что касается графини, то сегодня же ее перевезут в замок, Его Величество позаботится о ее судьбе. Дарственную на замок тебе передадут в канцелярии по возвра­щении. Ты понял меня?

— Да, Повелитель, — Райв снова поклонился.

— Вот и чудесно. Можешь идти...

Райв вышел. Улыбнувшись, Корриган удовлет­воренно вздохнул, взял со стола пистолет и отки­нулся на спинку кресла.

— Он его найдет, — произнес Корриган, неж­но поглаживая оружие. — Из-под земли достанет.

Если только этот поганый гасклит еще жив

смехом. Черты ее лица показались мне очень при­ятными. Девушка слегка шепелявила, что только добавляло ей шарма.

— Как тебя звать? — спросил я.

— Алина. А ты Кирилл, я знаю. Но я буду на­зывать тебя Киром, хорошо?

— Почему Киром?

— Так лучше. Кирилл — это имя гасклита, у нас такого имени нет. Кир — совсем другое дело.

— Ну ладно, — я пожал плечами. — Пусть бу­дет Кир.

Не спорю, мне было нелегко так просто кастри­ровать свое имя. Но я был в чужом мире, и это при­ходилось учитывать. Как ни крути, а эта девушка знает, о чем говорит.

— Пошли к столу, я тебе эля налью, — сказала Алина и вышла из комнаты, ее шаги были удиви­тельно тихими и мягкими.

Встав с кровати, я провел ладонью по щеке: не мешало бы побриться, только как? Придется отра­щивать бороду. С этой мыслью я поднялся с кро­вати и пошел за Алиной.

Элем оказался тот самый понравившийся мне напиток. Алина налила мне целую кружку, поста­вила на стол тарелку с полосками вяленого мяса.

— А ты? — Я взглянул на девушку.

— Я не люблю эль, — Алина демонстративно скривила губы. — От него морщины появляются.

— Уж тебе-то это пока не грозит, — сказал я и отхлебнул пенящейся на языке жидкости.

Алина улыбнулась — похоже, мой незатейли­вый комплимент ей понравился.

Вяленое мясо оказалось слегка солоноватым, и это было восхитительно — в чем-в чем, а в еде местные жители явно знали толк. Я с удовольстви­ем съел несколько кусков, запивая элем, потом с невольным сожалением отодвинул от себя пустую кружку. От предложения Алины налить еще я от­казался: нельзя потакать чревоугодию. Все время, пока я ел, Алина сидела рядом и смотрела на меня, как на какого-то чудного зверя.

— Ты дочь Альвароса? — спросил я, промай­нув рукавом губы.

— Скорее уж внучка, — улыбнулась Алина. — С ним хорошо, он очень добрый.

— Он колдун?

— Колдун? — переспросила Алина, наморщив лоб. — Скорее волшебник. Колдовство — это плохо.

— А что, есть разница? — спросил я и тут же понял, что вопрос был глупым. Похоже, разница и н самом деле была.

— Конечно, есть, — быстро сказала Алина. — Колдовство — это когда людям делают всякие га­дости. Когда град насылают, или болезни, или ветер на тобой пустят. А волшебство — для добра.