Заклинатель - Александр Прозоров

В отделении стало тихо. Либо стражам порядка надоело ссориться, либо они куда-то вышли. Новик глубоко вдохнул, крестообразно наложил руки на дверь, забормотал заклинание и резко развел ладони. Замок щелкнул, железная створка отошла на несколько сантиметров и замерла.

— Вот это да! — екнул мужик. — Кеш, ты глянь…

Зверев скользнул в коридор, защелкнул за собой дверь. Она тут же гулко содрогнулась:

— Эй, парень, ты чего? — громко зашептал мужик. — А мы?

— Вор должен сидеть в тюрьме, — напомнил ему Андрей. — Так что не чирикай.

— Ах ты… — Дверь опять дрогнула. — Ну погоди. Земля круглая. Еще встретимся.

— Ты совсем дурак? — постучал пальцем себе по лбу новик. — Если мы еще встретимся, я же тебя убью на месте. Нафиг мне такие друзья?

— Ну погоди… — Мужик отскочил от двери и вдруг завопил во всю глотку: — Помогите-е-е!!! Убива-ают! Побе-е-ег!!!

— Точно убью, — сделал себе пометку в памяти Зверев. — Зря до вечера отложил.

В коридор из дежурки выглянул монументальный Стас. Обнаружив праздно гуляющего арестанта, мент сдвинул брови и направился к нему. Андрей улыбнулся, вскинул правую руку, растопырив на ней пальцы. А потом резко махнул вперед. Грузик, под действием инерции выскользнув из рукава, описал короткую дугу и врезался тюремщику в горло. В висок новик бить не стал: череп ведь расколется — и труп. А на горле все мягкое — давится, срастается. За месяц заживет. Милиционер выпучил глаза, с хрипом повалился на спину.

Андрей прыгнул вперед, скакнул в дежурку. Краем глаза отметил дремлющего на скамье сержанта, но кинулся на капитана. Тот повернулся навстречу, вскочил, опустил руку к кобуре. Сержант открыл глаза и поднял голову — Андрей в этот миг уже посылал кистень дежурному в живот. Капитан сложился от боли — новик рванул из-под него кресло и опустил бедолаге на голову, выбивая сознание. Услышал щелчок передернутого затвора, присел, крутанулся в правую сторону, посылая кистень снизу вверх и грузик четко врезался в костяшки руки, что держала направленный ему в ребра «Макаров». Пистолет, естественно, улетел в стену, сержант взвыл, схватившись за руку, а грузик, описав полудугу, ударил его в горло.

— Извините, ребята… — Новик перевел дух, поднял руку и опустил кистень обратно в рукав. — Мне очень нужно уйти. А ты через недельку-другую поправишься.

Милиционер не ответил — потерял сознание. Андрей закрутился: его оружия не было ни на столе, ни на скамьях. Он хмыкнул, тихонько позвал:

— Са-абля?

И тут же услышал знакомый хрустальный звон со стороны оружейки. Именно там, на полу за решеткой, ее и бросили. Заговорить замок было ничуть не сложнее, чем открыть дверь в камеру. Вскоре новик опоясался, сразу почувствовав себя увереннее, поискал на полу остальное, но не нашел, захлопнул дверь и начал выдвигать ящики. В нижнем, поверх протокола, обнаружился и браслет.

За пластиковым стеклом послышались шаги. Андрей рванул саблю, встал возле двери и, когда она отворилась, тут же прижал клинок к горлу вошедшего стража порядка. Предупредил:

— Не дергайся, порежешься. Дверцу за собой прикрой. Молодец. Где мои кольца?

— У капитана, — сглотнул милиционер. — В кармане.

— Доставай.

Мужчина наклонился над дежурным, и новик тут же огрел его оголовьем рукояти по затылку. Жертва ткнулась лбом в пол. Андрей запустил руку в карман, к которому потянулся было мент, выгреб все его содержимое. Здесь были какие-то чеки, фантики, мелочь, ключи от машины и оба кольца. Свое добро новик вернул на место, ключи рассмотрел повнимательнее. Брелок сигнализации с одной кнопкой, два ключа с эмблемой в виде молнии. «Опель», что ли? Машина была бы кстати, пешим отсюда не уйти. Он выглянул в окно, на отдыхающие возле отделения машины, нажал кнопку сигнализации. Одна из машин, вишневая и с виду вполне новенькая, отозвалась коротким бибиканьем и подмигиванием фар.

Зверев еще немного постоял, раздумывая, потом снял пояс, ферязь, закатал оружие в одежду, свернув ее подкладкой наружу. В войлочном поддоспешнике и шароварах он не очень напоминал здешнего модника и внимания особо не привлекал.

— Ладно, пошли. — Он сжал в кулаке ключи и решительно вышел из дежурки.

Двое ментов курили на крылечке, и новик, не дожидаясь вопроса, сообщил:

— Банзай, ребята. Стоило папе позвонить — и я сразу свободен, как птица.

Он сбежал по ступенькам, небрежно насвистывая, направился к «Опелю», издалека вглядываясь в салон. Белый кружок с щелью для ключа зажигания справа от колонки, ручки на дверях, похоже, оттопырены. Значит, открылись центральным замком. Нужно решаться. Стоит хоть кому-то войти в дежурку — сразу поднимется тревога.

Зверев подошел к водительской дверце, снова улыбнулся ментам и попробовал рукой ручку. Та поддалась. Он резко распахнул машину, кинул сверток в салон, сел внутрь, сунул ключ в замок, повернул, вдавил сцепление.

— Эй, ты куда полез?! Эй, парень!

Двигатель застонал, медленно проворачиваясь стартером, и новик резко пнул педаль газа. Тут же послышался громкий рев. Как переключать передачи, он еще не забыл — воткнул заднюю, отпустил сцепление и дал газу, откатываясь навстречу бегущим милиционерам.

— Не стреляй! Это же Петькина машина! — услышал он громкое предупреждение, тормознул, переключился, рванул вперед.

Пассажирская дверца раскрылась, тут же захлопнулась — преследователь споткнулся и покатился по асфальту. Но вот в заднюю дверцу второй страж порядка вцепился, как клещ. Запрыгнуть не мог, но и не отставал.

Новик прокатился по двору, заехал за дом, вырулил на улицу, поддал газу… и ощутил прикосновение холодного ствола чуть ниже уха:

— Все, малыш, приехали. Тормози.

— Зачем? — пожал плечами Андрей и вдавил педаль газа в полик. — Дорога-то свободная.

— Тормози, говорю. Не то вентиляцию в башке сделаю.

— Нашел дурака. Мне четыре года за ношение оружия светит, еще лет пять-шесть — за четырех ментов, что я в дежурке оглушил, три — за побег, четыре — за угон… Всю жизнь в тюрьме провести? На хрена она мне такая нужна? Убьюсь сейчас лучше — и все дела. Как тебе столб на скорости сто двадцать?

— Останови машину, не то сам сейчас по мозгам получишь.

— А кто за рулем будет? Светофор впереди видишь? Или ты бросаешь свой ствол вперед, на пол к пассажирскому сиденью, или мы перед ним не тормозим.

— Хватит придуриваться, разобьешься. Хватит. Вот придурок… — Мент опустил пистолет и попытался выключить передачу, но Зверев схватил его за руку и продолжил давить на газ.

— Пистолет вперед. Смотри, красный. Пистолет вперед, быстро!

Стрелка спидометра перевалила сто тридцать, машина летела над улицей, не замечая выбоин, только колеса постукивали, как у поезда по стыкам рельсов.

— Тормози. Тормози, сволочь!! Тормо… Бля… — Страж порядка швырнул пистолет вперед, откинулся на спинку и начал долго и изощренно материться.