Замок Оборотня - Елена Звездная

Хмыкнув, ужас шотландского леса пробасил:

– После ужина предпочитаю хорошеньких одиноких девушек и совсем не для гастрономических целей. – Огромная лапа протянулась, уместившись на моей совсем уж жалкой, в сравнении с его конечностью, груди.

– А может, молочка? – протянула бутылку щедрая я, делая шаг назад.

В ответ раздался громогласный хохот. Этот смех поддержали все монстры, которые нагло и откровенно по-хамски теперь ржали, а некоторые еще и подвывали в процессе.

– Молочко? – переспросил монстр. – Мы пьем только воду, – хриплый рык, а затем угрожающее: – И кровь…

И тогда случилось то, чего со мной еще никогда не происходило:

– Не хотите молочка, значит, будет молочком! – выдала я… и со всей своей силы, откуда что берется только, треснула монстра наотмашь бутылкой.

Бутылка разбилась. Молоко белыми струйками потекло по черной шерсти. Волко-монстры ржать перестали. Я резко вдохнула и заорала изо всех сил:

– Пожар!!!

Прямо в морду монстра. Поняла, что не действует, и еще громче заорала то, что гарантированно всегда привлекает внимание:

– Распродажа!!!

Рык стал злее.

– Скидки-и-и!

Мой отчаянный крик потонул в шуме шелестящей листвы, в реве взбешенного чудовища.

И вдруг раздался вой.

Далекий, но короткий.

И вот, казалось бы, монстры, жуткие и наглые, и я их испугалась, но этот далекий вой напугал сильнее. Он какой-то леденящий был. Я замерла, монстры как по струнке вытянулись, рычать за спиной прекратили и хрюкать от смеха в кустах тоже.

– Альфа! – произнес кто-то.

– Самка – его! – добавил еще кто-то.

– Сваливаем! – голос позади меня.

А я почему-то сказала:

– Я с вами.

Чудище с белыми капельками молока на шерсти странно на меня посмотрело и сообщило:

– Догонит.

И все монстры разом начали уменьшаться, причем в процессе убегания.

– Стойте! – закричала я, побежав следом. – А как же я?

Волки ускорились.

Некоторое время я бежала следом, потом споткнулась, едва удержалась на ногах, села с размаху на траву, осознала, что сэндвич все еще со мной… Слезы побежали по щекам сами, а я себя вдруг такой одинокой почувствовала… и потерянной… и никакого умного голоса больше в голове! И, выронив остаток ужина, я закрыла лицо руками и просто заплакала. Тихие шаги не услышала, скорее почувствовала, потом ощутила, как кто-то присел рядом, а после начал осторожно гладить по спине.

– Тут где-то альфа, – сквозь слезы сообщила я.

– Я знаю, – спокойно ответил шотландский лорд.

Вытирая лицо, тихо спросила:

– Вы сейчас тоже сбежите?

– От себя бегать глупо, – задумчиво произнес сэр Сонхейд и, подхватив меня на руки, поднялся, казалось бы, исключительно для того, чтобы сообщить:

– И от меня бегать глупо, Ким.

И тут до меня доходит! «Да, альфа», – сказала тогда Арида. Альфа…

– Вы – альфа, – прошептала я, с ужасом глядя в его светящиеся глаза.

– Да, – спокойно подтвердил сэр Сонхейд.

– Распродажа… – пискнула я.

– И скидки, – добавил он и понес меня обратно.

– П-п-пожар? – полувопросительно прошептала я.

– Будем гасить. Но не здесь.

Ночь. В небе ярко светит луна, меня несет мужчина с горящими янтарными глазами, напряженный и в то же время сдержанный. И мужчина. Не монстр же.

– Простите. – Я не знала, как начать разговор. – А что у вас здесь монстры делают?

– Живут, – равнодушно ответили мне.

Слов нет.

Лорд взглянул на меня, усмехнулся и пояснил:

– Они никогда не заходят на территорию замка и парка, но тебе не следовало появляться здесь. Молодые самцы в период первого бега не обладают нужным обонянием и потому не сразу осознали, кому ты принадлежишь.

Из всего сказанного Сонхейдом мое перепуганное сознание выделило два момента – у юных монстров плохо с носом и я кому-то принадлежу.

– Простите, – голос дрогнул, – а кому я принадлежу?

Лорд, продолжая нести меня, абсолютно спокойно ответил:

– Мне.

Наверное, первое, что я испытала, было удивление. Такое по-детски искреннее.

– Вам? – переспросила я.

Сонхейд промолчал.

Я не могла молчать и уже тише спросила:

– Вы пошутили?

Ответа не последовало. И вот это игнорирование начало злить.

– Простите! – Я набрала побольше воздуха и выпалила: – А с какой это стати?

И мне даже соизволили ответить:

– Тебя выбрал мой зверь.

Несколько секунд я пыталась осознать, о чем речь. Вообще меня всегда кошки любят, куда не приду, если есть кот, он обязательно в итоге окажется у меня на коленях, и ничего удивительного, что следующим вопросом было:

– Котенок?

Сонхейд остановился. Затем очень спокойно, но при этом как-то угрожающе произнес:

– Зверь. Не котенок. Зверь.

– Какой зверь? – спросила я.

Зря спросила. Очень зря. Потому что в следующее мгновение я была притиснута к дереву так, что мои ноги оказались на уровне его талии. А сам сэр Сонхейд, склонившись к моему лицу, прорычал:

– Показать?

Всем своим естеством ощущаю его брюки… твердое под ними и горячее. Потому что на мне белья нет, а лорд прижался всем телом. И это страшно, и волнующе одновременно, и…

– Да, – почему-то сказала я.

И сразу сообразила, что я сказала, потому что, усмехнувшись, лорд потянулся к молнии на брюках.

И на весь лес раздалось мое испуганное:

– Нет! Не… не надо и… и не нужно брюки расстегивать! Сэр Сонхейд, держите себя в руках!

– Слишком поздно, не находишь? – обманчиво мягкий голос и правдиво жесткий поцелуй.

Я замерла, сжалась и подумала, что нужно было бежать быстрее. Просто застыла, боясь даже дышать и осознавая, что кое-кто наполовину расстегнул брюки, потому что мои бедра обнимают его талию, и там… не везде одежда…

– Если бы, – хриплый шепот сэра Сонхейда, – это не был бы твой первый раз… если бы…

Рывок, меня перекинули через плечо и понесли дальше. Брюки он поправил на ходу, пока я едва не визжала от ужаса, боясь свалиться с такой высоты.

И я вдруг почувствовала себя героиней шотландского любовного романа, которую схватил и перекинул через плечо гордый шотландец, какой-нибудь МакАлистер, дабы уволочь в свой замок и сделать своей скво… Э, нет, не так. «Скво» – это о чем-то другом.