Степень свободы - Дмитрий Янковский

– Круто… – я не удержался и присвистнул. – Восемь неудачных задержаний подряд…

– Я уже неделю как переведена на испытательный срок. Мне необходимо реабилитироваться!

В ее хрустальном голосе звучало столько разнообразных эмоций, что у меня невольно сжалось сердце. Но я взял себя в руки.

– То есть я сейчас должен сдаться, чтобы ты могла реабилитировать свой подмоченный послужной список?

Она надулась и не ответила.

– Знаешь, дорогуша, хоть ты и Перворожденная, но я тебе дам один бесплатный совет. Меняй карьеру. Восемь неудачных задержаний свидетельствуют только об одном – ты еще не нашла себя в этой жизни.

– Начальник мне говорит то же самое… – вздохнула девушка.

– Звать тебя как?

– Арда Коди, – ответила она и уселась на горячий песок.

– А я Курт Бас, хотя ты уже знаешь это.

– Да. В таких случаях принято говорить «очень приятно», но мы, сиды, не любим вранья.

– Ладно, что будем делать? – я попытался снова перевести беседу с лирических на деловые рельсы.

У меня теперь появилось некоторое преимущество над Ардой, поскольку полицейская магия, связанная с регалиями, работает только в пределах зон их влияния. Когда полицейский уезжает в командировку, его регалию перенастраивают так, чтобы он мог производить задержания на другой территории. А тут территория была моя, и, хвала Единому Богу, ни одна регалия на нее не была настроена. И Арда, понятное дело, знала об этом даже лучше меня. Потому и не дергалась.

– Не знаю. Честно говоря, следовать твоему совету и менять карьеру мне не хотелось бы. У меня и отец, и мать служили в полиции. Не в Истадальской.

– Понимаю. Однако выступить в виде добровольной жертвы я тоже не могу. У меня совершенно другие планы. Несколько лет на островном курорте мне просто не по карману.

– Значит, ты все же совершил что-то преступное, если опасаешься рудников? – заинтересованно спросила девушка.

Мне в ее голосе послышался легкий призвук надежды. Но это уж дудки.

– Какая разница? – успокоил я ее. – Ты все равно не сможешь меня задержать!

Она снова надулась. Такого наивного сида, как эта девица, мне в жизни видеть не приходилось. Она что, всерьез рассчитывала, что я сдамся только ради того, чтобы она могла восстановить свою репутацию? Щас!

– И что ты предлагаешь? – уже более здраво спросила она.

– Вернуться обратно, тепло распрощаться, потом ты останешься там, а я отправлюсь сюда.

– Зачем?

– Что значит «зачем»? – У меня крепкие нервы, но я потихоньку начал вскипать. – Мне так надо!

Она окинула взглядом окружающую пустыню. Кругом невысокие барханы, а совсем рядом плоская каменная плита, которую песку засыпать не удавалось. Я знал, почему, она же признаки магического воздействия могла отследить глазами.

– Что у тебя тут? – спросила она.

– Лишнее знание чересчур повышает вес личности, – предупредил я. – Много будешь знать, когда-нибудь застрянешь в Призрачном Мире очень надолго.

– Я серьезно.

– Серьезно? Я не собираюсь делиться с тобой этой информацией.

– Почему?

– Да потому! Я ни с кем не собираюсь ею делиться. Это моя тайна.

Она поднялась с песка, встала на плиту и несколько раз подпрыгнула.

– Быть не может… – прошептала она.

Я понял, что она каким-то образом догадалась, что именно скрывается в моем тайнике. Настроение, и так не радужное, испортилось окончательно.

– Курт! – Арда спрыгнула в песок и сделала пару шагов ко мне. – Как ты его нашел? Это же целое состояние!

– Я не собираюсь ничего продавать.

– А что же еще нужно людям, если не деньги? – искренне удивилась она.

– Ты о нас не очень хорошего мнения.

– Вы сами того заслужили.

– Может быть. Но я не собираюсь ничего продавать, – повторил я. – Мне это нужно самому.

– Зачем?!

– Это моя дополнительная степень свободы.

– Тебе не хватает свободы?

– Всем людям не хватает свободы.

– Тогда зачем вам ее больше и больше, если все равно не хватает? – с нажимом спросила девушка. – Что вы вообще знаете про свободу?

– Наверное, ничего, – признался я. – Просто она у нас внутри. И все хотят привести внешнее соответствие с внутренним.

– А я знаю одну важную вешь. – Арда подняла взгляд, из-за чего мне свой пришлось опустить. – Обратной стороной свободы является одиночество.

Говоря честно, врезала она мне этой фразой не в бровь, а в глаз. Может быть, ей удалось что-то считать с моего сознания, но скорее всего так совпало случайно. Однако хоть случайно, хоть нет, но я окончательно скис. Сунув кастер за пояс, я уселся на песок и погладил телепортационный цилиндр – ключик к моему тайнику. Без него добраться сюда было бы в высшей степени сложно, хоть на транспорте, хоть как-то иначе. Сильный маг мог бы телепортироваться, сделав штучку вроде моей, но это лишь в том случае, если бы узнал о существовании тайника. Иначе что делать в самом центре атрейской пустыни?

– Пристрелю, – жестко произнес я, искоса глянув на Арду. – Не надо соваться в мою жизнь! Этому вас, наверное, в полиции учат – все время по поводу и без повода соваться в чужую жизнь! Для тебя для самой лучше будет на время отправиться в Призрачный Мир.

– Не надо! – Она отшатнулась. – Мне туда нельзя!

– Что значит нельзя? – рассмеялся я. – Всем можно, а тебе нет?

– Да. Думаешь, почему мне не удалось провести ни одного задержания? Я боюсь. После прошлой смерти со мной в Призрачном Мире произошло нечто, и теперь мне нельзя туда возвращаться. Там существует серьезная угроза моей личности.

– Хочешь сказать, что можешь умереть навсегда? – не сдержал я улыбки.

– Нет, это невозможно. Но от моей личности ничего не останется. Я перестану быть собой. Это понятно?

Я призадумался. Ожидать такого поворота дел было сложно. И в то же время я понимал, что девушка-сид не врет. Сиды вообще старались обойтись без лжи, где это возможно.

– И что там тебе угрожает?

– Это личное. Только мое.

– Ага! – обрадовался я. – Теперь понимаешь, почему не на все вопросы можно ответить? Ладно, приму твою легенду на веру. Но тогда тебе трудно было выбрать более опасный путь, чем остаться в полиции. Пристрелят ведь рано или поздно.

– Я же сказала. Если я уволюсь, родители не поймут.

– А они не знают про опасность для твоей личности в Призрачном Мире?

– Нет, конечно, – смутилась она. – Им-то этого точно знать не надо.