Любимая игрушка - Галина Краснова

Божественно красивая женщина часто обладает дьявольским характером.

Эдуард Севрус

Ангелина

Проснулась я оттого, что кто-то молотил в мою дверь. Развелось, блин, дятлов, не дадут поспать нормально. Инди рядом заворочался, мурлыкнул и передал, что за дверью стоит мой незабвенный Дей. Достал. Вот выведет из леса - сразу сбегу. Доберусь до общины иномирян - или что у них там, - узнаю способ вернуться домой - и в родные края, где для моего пробуждения музыкальный центр проигрывает любимые мелодии.

Стук продолжался. Закутавшись в простыню от шеи до пят, я подошла и распахнула дверь настежь, из-за чего чуть не получила в лоб.

– Ну и чего ты ломишься, как баран в новые ворота? Дей, тебе с утра заняться нечем? Или мы уже отъезжаем? Тогда через пятнадцать минут я буду готова.

Да, я была не в духе. Но интонация-то не ехидная. Вообще никакая интонация - я еще сплю. Даже глаза не открыла. Не фиг будить меня на рассвете. Ненавижу ранний подъем.

– Мы пробудем в этом домике некоторое время, так что расслабься. А вообще, я пришел тебя на завтрак пригласить.

Какой, к черту, завтрак? Для меня еще ночь. Хотя, если там что-то вкусненькое...

– А что на завтрак?

Интересно, принцы умеют готовить?

– Ну, чай с бутербродами. И каша.

Он серьезно считает, что меня этим можно соблазнить? Чтобы я ради кривых бутербродов и пригоревшей каши (а по-другому Дей не умеет - доказано мною) проснулась в такую рань?

– Заманчиво, Дей, но все же я выбираю кровать.

Кровать... как много в этом слове того, что ублажает слух...

– Надо поговорить. Так что одевайся и спускайся вниз.

Я даже приоткрыла один глаз. Он что, приказывает мне? Принц недобитый. Спасла на свою голову. И на кой я вообще зашла на ту полянку?

– Лина, это не приказ... это... просьба.

Ого, как заикается! Наверно вспомнил, что за свою прошлую просьбу расплатился Клятвой, бедняжка.

– Ладно. Подумай, где раздобыть муку, яйца и молоко, я через полчаса спущусь.

Знать, каким способом он раздобудет продукты, находясь в самой чаще непроходимого леса, я не желала. Его проблемы. Не сможет раздобыть - будет питаться своими бутербродами и горелой кашей. Я конечно умею готовить, но сделать из неподобающего материала конфетку - таланта не хватит.

Через каких-то сорок пять минут мы пили чай с блинами и вареньем. Понятия не имею, где парни достали продукты, но все было наисвежайшим. Кособокие бутерброды были отложены, а каша - выкинута. Оба принца уплетали блины за обе щеки, забыв на время о воспитании. И именно в этот момент я отметила их семейное сходство. Почти близнецы, только один - загорелый брюнет, а другой - бледноватый блондин. Одинаковые прически, одинаковое телосложение. Правда Дей чуть пониже будет ростом, сантиметра на три. И походка у него скользящая. Как у хищника. А его старший брат вообще не идет - он ступает.

– Леди Сильвана, вы божественно готовите.

Мелочь, а приятно. Хорошо, что мама была настроена принципиально в вопросе обучения меня домоводству.

– Благодарю вас...

Я запнулась, забыв полное имя блондинчика. Плохо. И как же теперь быть?

– Прошу вас, зовите меня по имени. Целестин. Мне будет очень приятно видеть вас в кругу своих друзей.

Блондинчик улыбался, показывая все свои белоснежные зубы. Дей ухмылялся и демонстративно смотрел в окно. Друзей, значит. Ну-ну.

– Человек - в кругу друзей наследного принца? А не будет ли мне это слишком дорого стоить? Мне кажется, что я не достойна этой чести.

Лицо у Целестина вытянулось. Ну, еще бы: человечке оказана такая милость, а она нос воротит, дура неблагодарная. Вот и выкручивайся теперь, блондинчик.

Я злорадно ухмылялась, пока не наткнулась на серьезный взгляд Дея. Нет, он не упрекал, не осуждал, он просто смотрел так, что мне становилось неуютно.

– Лина, ты не доверяешь нам, и я не могу тебя в этом винить. Но все же сейчас только мы тебе можем помочь, а в ответ ты можешь помочь нам. Я не прошу невозможного, просто рискни довериться нам чуть больше.

Я нахмурилась. Довериться кнертам? Нет, не так, довериться просто чужим. Довериться тем, у кого абсолютно другая логика, другие правила и законы. Даже моральные устои отличаются. Ну, может Дею я бы еще могла довериться частично, с большим количеством оговорок, но уж его брату...

– Я вам не доверяю, но... Целестин, можете звать меня Ангелиной. Или Линой. Как вам будет удобней.

Блондинчик улыбнулся и с удвоенным энтузиазмом принялся поглощать блины. Даже Дей удивился его прожорливости.

– Цели, ты не лопнешь?

– Турви, так ведь вкусно же. К тому же, я давно нормальной еды не пробовал. Сколько дней сплошные бутерброды и каша! Горелая. Комочками. С песком вперемешку.

Он снова задвигал челюстями, а Дей уставился на меня.

– Лина, ты ничего нам рассказать не хочешь?

Что за нелепая привычка начинать издалека? На такие обтекаемые вопросы можно дать не менее обтекаемые ответы.

– Ты хочешь услышать анекдот? Ну, так бы сразу и сказал, а то темните тут.

– Нет, Лина, я хочу услышать правдивые ответы на мои вопросы.

Я прищурилась. Пусть я согласилась отчасти им довериться, но все же есть такие вопросы, на которые они не получат ответов.

– Ну начинай свой допрос, начальник. Посмотрим, что я отвечу. Если правду не смогу сказать - так и быть, промолчу.

Братья переглянулись, и Целестин едва уловимо кивнул Дею, пожавшему в ответ плечами.

– Лина, ты иномирянка?

– Да.

Бессмысленно скрывать то, что и так бросается в глаза. Зато теперь у меня есть законный повод донимать их вопросами об устройстве мира, не боясь сойти за идиотку.

– Ты еще не получила охранную бумагу? Твое присутствие в нашем мире не зафиксировано?

– Не получила. Не зафиксировано.

Рискую. Ох как рискую. Если они меня предадут - с того света достану. Призраком буду терроризировать.

– Когда ты пришла в этот мир, ты попала в рабство?

Я поморщилась. Отвечать не хотелось, но вопрос в целом безобиден, как мне кажется.

– Не совсем.

– Объяснишь?