Высокий Лорд - Труди Канаван

– Здесь проходит вена прямо от сердца. Ты и шевельнутся не успеешь.

Он с удовлетворением увидел, как улыбка сбежала с ее лица.

– Тогда ничья?

Они стояли очень близко. Слишком близко. От Савары исходил возбуждающий запах свежего пота и экзотических пряностей. Она плотно сжала губы, но в глазах танцевали веселые искорки.

– Ничья,– кивнул Сири. Одновременно опустив кинжалы, они отступили друг от друга. Сердце Сири бешено колотилось, и не только от недавней схватки.

– Ты знаешь, что рабы используют магию? – спросил он.

– Да.

– И как бы ты справилась с ними?

– Я знаю приемы.

– Ты ведь понимаешь, что если я дам тебе убить раба, я попаду в переделку. Хозяин спросит, кто, кроме него, может убивать магов?

– А ты не говори, что в городе появился новый раб.

– Он и без меня узнает. Стража сообщает ему о новых убийствах.

– Ты еще не понял, что теперь рабы приходят не поодиночке? Они стали посылать их по двое по трое. Я могу взять на себя каждого второго. Твой хозяин не заметит.

– Кто это – «они»? – не удержавшись, спросил Сири. Сообщение Савары застало его врасплох.

– Неужели он тебе не рассказал? – удивленно подняла брови Савара.

Сири мысленно обругал себя за несдержанность.

– Я знаю то, что знаю,– многозначительно и туманно произнес он, стараясь, чтобы его слова прозвучали веско.– Сейчас мне интересно, что же скажешь ты.

Савара помрачнела.

– Они – это Ичани. Изгои. Король Сачаки приговорил их к изгнанию.

– Зачем они подсылают к нам убийц?

– Они надеются победить Гильдию, старинного врага Сачаки. Тогда они вернутся к власти.

Час от часу не легче. Сири нервно поправил кожаные петли на запястьях. «Не стоит волноваться раньше времени,– подумал он.– Пока что мы неплохо справляемся».

– Так что, дашь мне убить одного?

– Зачем ты спрашиваешь? Если ты такая умная, тебе не нужно мое разрешение.

– Я не хочу, чтобы ты принял меня за одну из них и разделался со мной,– улыбнулась Савара.

Сири усмехнулся было, но не успел ответить на ее колкость. Раздался стук в дверь. Сири кивнул Голу, чтобы тот открыл, Появившийся на пороге здоровый детина неуверенно перевел глаза с Сири на Савару.

– Моррен, – нахмурился Сири. Вчера он получил сообщение, что Моррен успешно избавился от тела очередного убийцы, Непонятно, что ему понадобилось теперь: Моррен встречался с Сири лишь в самых крайних случаях.

– Сирини, нам нужно поговорить,– сказал Моррен, снова скосив глаза на Савару.– Наедине.

Сири повернулся к сачаканке.

– Спасибо за тренировку,– сказал он.

– Тебе спасибо,– сказала она.– Я сообщу тебе, когда появится следующий. Это будет совсем скоро.

Она вышла. Проводив ее взглядом, Сири повернулся к Моррену:

– В чем дело?

Здоровяк скорчил извиняющуюся мину:

– Может, и ни в чем, но я решил доложить тебе. В этот раз он не сразу прикончил убийцу. Он связал его и ушел, а вернулся не один. Привел девушку из трущоб, ту, что взяли в Гильдию.

– Сонеа?

– Да.

Острое чувство вины внезапно захлестнуло Сири. Как он мог восхищаться Саварой, этой подозрительной чужестранкой? Он же любит Сонеа! Но Сонеа никогда не будет принадлежать ему. Да она и не любит его, во всяком случае не так, как он ее.

Затем до Сири наконец дошли слова Моррена, и он зашагал по комнате. Аккарин привел Сонеа в трущобы и показал ей убийцу. Наверное, рядом с Высоким Лордом девушка была в безопасности, но Сири все равно овладел праведный гнев. Он не хотел, чтобы эти грязные дела касались Сонеа. Зачем Аккарин взял ее с собой?

– Гол, отправь сообщение Высокому Лорду. Нам нужно кое о чем поговорить.

Войдя в Холл, Лорлен резко остановился. Ему навстречу уверенно шел Аккарин.

– Ты занят, Лорлен?

– Я всегда занят,– сухо ответил Лорлен.

– Уделишь мне пять минут?

– Конечно. – Полуулыбка, игравшая на губах Аккарина, раздражала. Распорядителя, но он не решался открыто высказать свое недовольство.

– Пять минут наедине, – уточнил Аккарин.

Лорлен лишь устало кивнул. Наедине так наедине... Они направились к кабинету Лорлена, но тут из ближайшей аудитории выглянул лорд Халвин, преподаватель Алхимии.

– Высокий Лорд?

– Да, лорд Халвин?

– Сонеа не пришла сегодня на занятия. Она нездорова?

Лорлен заметил, что по лицу Аккарина пробежала тревожная тень. Казалось, он и вправду обеспокоен.

– Мне не сообщали о ее болезни.

– Уверен, что у нее есть уважительная причина пропустить занятия. Я просто удивился, ведь она всегда такая пунктуальная.– Халвин оглянулся.– Извините меня. Я должен вернуться к моим подопечным, пока они не совсем распоясались.

– Спасибо, что сказали мне, – кивнул Аккарин.

Халвин вновь скрылся в аудитории, где шло занятие. Аккарин повернулся к Лорлену:

– Извини. Мое дело подождет. Сначала я должен выяснить, куда подевалась моя избранница.

Лорлен смотрел Аккарину вслед, пытаясь подавить тревогу, Сонеа не явилась сегодня на занятия, Что, если они с Ротаном решили бросить Аккарину вызов? Они бы предупредили его... или? Может быть, они устали от его бездействия и решили взять инициативу в свои руки?

Лорлен потряс головой. Скорее всего, он беспокоится понапрасну, но на всякий случай нужно посмотреть, что делает Ротан. Лорд Распорядитель заторопился вверх по ступеням, к аудитории, где сейчас должен был вести занятия алхимик.

Солнечные лучики играли в лесной листве, то ярко вспыхивая, то прячась среди теней. Сонеа пристроилась в тени, но скала, на которой она сидела, нагрелась на солнце. Вдалеке прозвучал гонг – сигнал на перерыв. Сонеа понимала, что ей нужно поспешить вниз и извиниться перед учителем за пропущенный урок, сославшись на плохое самочувствие, но она просто не могла заставить себя пошевелиться.

Ранним утром она поднялась сюда, к источнику, надеясь успокоиться после ночных событий и разобраться в своих мыслях. Надежда оказалась напрасной – в голове по-прежнему царила сумятица. Возможно, дело в бессонной ночи. Она так и не смогла заснуть до самого рассвета, а утром поняла, что не в силах идти на занятия. Невыносимо было делать вид, что ничего не изменилось, когда на самом деле все перевернулось с ног на голову.

«Мне нужно время,– подумала Сонеа.– Я должна все хорошо обдумать, прежде чем снова увижу его». Закрыв глаза, она освежила себя целительной энергией, чтобы наконец-то проснуться, и глубоко задумалась.