Крадущаяся тьма - Линн Флевеллинг

Из украшенной изысканными гобеленами ложи госпожи Килит в храме Сакора было прекрасно видно все происходящее. Серегил и Алек добрались до входа в храм за час до захода солнца, но их хозяйка в обществе шести гостей уже угощалась изысканными винами и закусками, не переставая болтать.

Вечер был морозный, и дыхание при разговоре вырывалось изо ртов маленькими облачками пара. Собравшиеся кутались в теплые черные плащи или мантии, как того требовала торжественность события, но на головах и запястьях сверкали золото и драгоценности.

— Ах, наконец-то наша маленькая компания вся в сборе. — Госпожа Килит, улыбаясь, поднялась и поцеловала Серегила.

В его ответном поцелуе сквозила искренняя привязанность. Когда-то, много лет назад, они какое-то время были любовниками и навсегда остались друзьями. Госпоже Килит, прикинул Серегил, должно быть, уже под пятьдесят, но время лишь придало изысканности и ее красоте, и ее остроумию.

И то, и другое в полной мере было продемонстрировано, когда дама повернулась к Алеку, застенчиво держащемуся позади Серегила.

— И мы встречаемся теперь при гораздо более приятных обстоятельствах, чем раньше, благородный Алек. Надеюсь, никто сегодня не вздумает арестовывать благородного Серегила?

Алек ответил ей изящным поклоном.

— Насколько мне известно, его расписание арестов составлено с таким расчетом, чтобы до завтра его этим не беспокоили, госпожа.

«Молодец, благородный Алек», — подумал Серегил улыбаясь.

Краем глаза он заметил, как собравшиеся обменялись многозначительными взглядами. Многие в Римини знали, что всего несколько недель назад Серегил в цепях был брошен в тюрьму. Своей шуткой Килит лишила инцидент мрачного оттенка, разрядив атмосферу.

— Серегил, располагайся — садись рядом с адмиралом Нирейдианом, — предложила Килит, указывая на кресло рядом с дородным чернобородым аристократом. — Он теперь занимается оснащением царского флота для захвата вражеских судов, и я уверена, тебе будет интересно об этом послушать. Благородный Алек, садись поближе ко мне — нам нужно познакомиться получше. Но сначала я всех друг другу представлю: это его светлость адмирал Нирейдиан-и-Гортос, а госпожа Тициана-а-Ревва и госпожа Брина-а-Урсил — дамы из свиты царицы. Господин Ариус-и-Рафаэль сопровождает сегодня мою дорогую подругу — благородную Ириэль-а— Никирию.

После паузы Килит положила руку на плечо женщины в военной форме.

— Это — капитан Джулена-а-Исаи из пехотного полка Белого Сокола, только недавно почтившая своим присутствием мой салон.

Серегил посмотрел на нее с приличествующим случаю любопытством: поговаривали, что это самая последняя возлюбленная прекрасной Килит.

— Друзья, вы все знаете благородного Серегила-иКорита, — продолжала любезная хозяйка. — А этот очаровательный молодой человек — его протеже, благородный Алек-и-Гарет из Айвиуэлла. Его покойный отец принадлежал к майсенскому знатному роду, насколько мне известно.

Состряпанная на живую нитку генеалогия Алека вызвала, как он и надеялся, мало интереса. Предоставив юноше учиться светскому обхождению под руководством искусной Килит, Серегил переключил внимание на других гостей, ожидая интересного улова.

— Я думаю, война окажется облегчением для принцессы Фории, — говорила госпожа Тициана. Будучи смотрительницей гардероба царицы, она была ценным и обычно надежным источником информации. — На ней все еще лежит тень, знаете ли, после того ужасного происшествия — самоубийства наместника… Ох, благородный Серегил, прости меня! Я совсем не хотела проявить бестактность…

— Вовсе нет, моя дорогая. — Серегил расправил складку на своем черном плаще. — Меня полностью оправдали, так что моя репутация подмочена не больше, чем обычно.