Аленушка и братец ее козел - Елена Вилар

– Почему? – озвучила я невысказанный ими вопрос.

– Тебе еще рано, – отозвался Серый и, вскинув руки над плато, зашипел.

– Что он делает? – выдохнула я, смотря как завороженная на бледнолицего.

– Объясняет, – буднично ответил Тигр, облокотившись на перила.

– Объясняет что?! – не поняла я.

– Какая же ты дотошная, – нахмурился полосатый. – Кто-то взломал часть клеток, выпустив еще не очищенных. Знаешь, вы, люди, странные. Живя там, – Тигр качнул головой себе за спину, да так выразительно, что я даже обернулась, – вы не задумываетесь о том, что ждет вас после смерти.

– Задумываемся, – нахмурившись, произнесла я, вспоминая о нравоучениях бабушки про душу, ад и рай.

Тигр обернулся, окинул меня насмешливым взглядом и вернулся к созерцанию клеток.

– Дело не в том, что вам говорят служители разных культов, – продолжил вещать полосатый, – дело в том, что не важно, как ты проживаешь свою жизнь, важно, с чем ты придешь к моменту, когда она прекратится. Вот смотри, ты видишь здесь детей или стариков?

Превозмогая странное давящее чувство из смеси страха и жалости, я стала рассматривать узников клеток. Я видела мужчин, женщин, но полосатый был прав, все они были активного возраста, без видимых увечий.

– Не ищи, – меж тем отозвался Тигр. – Детей здесь нет, так как их души еще не замарались, а сам факт смерти очищает. А старики… – полосатый замолк.

– А старики так долго ждут избавления, а точнее, призывают смерть, что успевают не только вспомнить все свои грехи, но и осознать их, то есть признать, – закончил Лис, плавной походкой подходя к нам. – Ар где? – спросил он у Волка.

– Серый, нашел? – меж тем поинтересовался у бледнолицего мой сторож.

– Да, дальний угол, опять вираны, и зачем Ар их держит? – опуская руки, произнес Серый, медленно оборачиваясь к нам.

– Выпустишь тех, кто готов? – поинтересовался Лис, с прищуром смотря на клетки.

– Да, открывай проход, если туда ломанутся те, кого выпустили эти черные уроды, мы просто сожжем их на границе, – будничным тоном произнес Серый.

Лис кивнул, направляясь в сторону витой лестницы, уходящей вниз. Еще раз окинув взглядом плато и отметив, что часть людей, опустив руки, молча стояли посредине своих клеток, я было набрала в легкие воздуха, чтобы задать очередной вопрос, но жуткий свист прервал мою попытку.

– Вираны! – крикнул Лис откуда-то снизу.

Я прильнула к перилам, пытаясь рассмотреть тех, кто был повинен в нашем путешествии в эту часть ада, но, кроме странных черных теней, которые быстро передвигались, словно смазанные, ничего не видела.

– Слышь, ущербная, ты как относишься к паукам? – лениво поинтересовался Тигр, вытаскивая из-за плеч мечи.

– К большим? – робко, чудом не заикаясь, уточнила я.

– Хм, ну с тебя ростом будет самый маленький, – оскалился полосатый.

– Плохо, – честно призналась я, делая робкий шажок в сторону коридора, в конце которого была, на мой взгляд, достойная дверь.

– А к крокодилам? – подал голос Волк, также вытаскивая из-за спины мечи.

– Очень плохо, – пискнула я.

– Тогда будь добра, стой здесь и ни на шаг не отходи, так как там, – произнес Волк, тыкая острием меча вниз, – как раз уникальный гибрид паука и крокодила. И поверь, ему плевать, как ты к нему относишься, он к тебе относится исключительно как к еде.

Я натурально икнула и, прижав руки к губам, стала затравленно озираться. Снизу доносились стоны, крики и хруст. Кричали люди, до которых добирались вираны, хрустели их кости, хотя я всю жизнь думала, что души костей не имеют, а стонали те твари, которых успели укокошить Лис и Серый. Но, судя по звукам, двух палачей на ораву голодных монстров недостаточно.

– Они почувствовали ее, – тихо рыкнул Тигр, занимая боевую позицию и кивая на меня.

– Используем как наживку, на самку? – поинтересовался Волк, нервно принюхиваясь.

– Ну не знаю, а если упустим? – уточнил полосатый.

– Не хочу быть наживкой, – застонала я, трясясь как осиновый лист.

– Ну, если не хочешь… – хором промолвили палачи, но продолжить не успели.

Первый паукокрокодил оказался на балконе. Как я не свалилась без чувств, понять не могла, но во все глаза таращилась на существо с телом паука и головой крокодила, ах да, хвост аллигатора тоже присутствовал. Кто создал такого монстра и в каком пьяном бреду, оставалось тайной, но, видимо, способ убийства этих гадов он тоже предусмотрел, ибо спустя несколько мгновений монстров были уже десятки, а Тигр с Волком вполне успешно с ними справлялись. Правда, недолго…

– Да где Ар?! – взвыл снизу Лис. – У меня уже оружие затупилось!

– Спорим, именно он их сюда гнал? – поддел Тигр, распарывая очередного монстра на две половинки. – Наверняка решил, что мы давно не разминались.

– Я уже размялся… – простонал Лис.

В этот момент все плато накрыло серое облако, а когда оно опало, то я с ужасом смотрела на горстки пепла, которые еще недавно были скалящимися виранами.

– Давно бы так, – устало произнес Волк.

Однако расслабился он рано, очередной свист заставил и его, и полосатого злобно выругаться.

– Уберите вы эту! – взвыл Лис снизу. – Они ее чувствуют! Она же для них как редчайший деликатес! Ар! Забери ее отсюда, иначе я ее придушу и запихну в клетку!

– Ты же еще недавно трахнуть ее хотел?! – над моей головой раздался глухой голос Маски.

Сжавшись, я медленно подняла взгляд и, наткнувшись на черные провалы в прорезях для глаз, глухо икнула. Мужчина схватил меня за руку и устремился к противоположной витой лестнице. Я еле успевала переставлять ноги, мысленно молясь.

– Не поможет, – произнес мужчина. – По крайней мере, не здесь.

Оказавшись внизу, я с куда большим ужасом посмотрела на клетки и на силуэты бледных людей. То, что я принимала за хруст костей, на самом деле было звуком переламывающихся прутьев. Передернув плечами, я чуть не упала, запнувшись за торчащий камень.

– Смотри под ноги, – рыкнул мужчина.

Из-под маски его голос казался особенно страшным. Зачем, а главное, куда он меня тащил, я не знала, но, видимо, от всех пережитых эмоций волновало меня это мало. Хотелось просто быть подальше от паукокрокодилов. И да, как это ни глупо звучало, но только с Аром я ощущала странную безопасность, хотя интуиция орала, что самый опасный тут именно он.

Спустя несколько поворотов, мы выскочили к реке. Около небольшого то ли пандуса, то ли причала качалась лодка-плоскодонка, а рядом на деревянном выступе сидел старичок, опираясь на изогнутую клюку. В зубах мужчина держал трубку, то и дело попыхивая кривыми колечками дыма.