Принеси меня в жертву - Мика Ртуть

«Котик! Какая прелесть! Конечно, забрать! Это же котик!»

— Он милый. Просто… — Алмаз сел на краешек кровати и удрученно посмотрел на свои окровавленные штаны. — Просто он больше на девушку похож, чем на парня.

— Его еще здесь кастрировали, котенком, — довольно отозвался Флеш. — Он раньше жил у Ньекки, а потом подрос, потерял свое очарование, и она сделала его фамильяром.

— Сучка, — коротко оценил богиню Шуас и с сожалением посмотрел на сгорбившегося Алмаза. — Тебе надо вымыться. Странно, что после смены ипостаси у тебя не очистилась одежда и кожа. Да и шрамы остались.

— Каналы закупорены. Ничего, Данка его вылечит. Она в этом уникальна. Готова каждую букашку спасать. Не дала мне сожрать яйца голубиные, когда эти твари завели гнездо на ее балконе. Дождалась, пока птенцы встанут на крыло и улетят, и только потом вызвала стекольщиков. Видели бы вы, как они балкон засрали!

— Стекольщики? — Алмаз приподнял черные брови.

— Голуби! Ненавижу! Жирные, наглые и тупые! — Флеш скосился на спящую Данку. — Она точно ничего не слышит? — Шуас кивнул. — Отлично. А то не хотелось бы отвечать на кучу вопросов и выслушивать, что мы кровожадные сволочи.

— Ты хочешь, чтобы она вышла замуж за Чета? — бесстрастно спросил наг, но глаза его при это полыхнули алым.

Данка поняла, что она забыла дышать, и засопела громче. Молчание затягивалось, и ей ужасно захотелось приоткрыть глаза, чтобы увидеть лицо Флеша.

— Я хочу, чтобы она выжила, — очень тихо и очень серьезно ответил Флеш. — Чет — зло в чистом виде, но Рок другой, Рок может ей понравиться. И у нее есть кинжал…

— Кинжал, способный убивать богов, — так же тихо добавил Алмаз. — Откуда он у нее?

— Чет дал.

— Он рассчитывал, что она убьет Ньекку? — удивленно прошептал Алмаз.

— Нет. — Шуас отвернулся к окну. — Он рассчитывал, что она убьет Рока. Им слишком тесно вдвоем в этом мире.

— Думаешь, против Чета он не сработает? — в голосе Флеша слышалось разочарование.

— Ты же знаешь, — наг помолчал, — если она соберет сильных фамильяров, они смогут усилить любое ее действие.

— Ценой смерти одного из нас, — грустно закончил Флеш.

— Я готов за нее умереть, — просто ответил Шуас.

Данка едва сдержалась, чтобы не броситься к нему на шею. Это было так трогательно!

— Но попробуем все же разрулить ситуацию без смертоубийства кого-то из нас. Лучше убьем всех остальных! — кровожадно оскалился крыс. Напряжение, повисшее в комнате, моментально рассеялось. — Как думаете, Чет очень расстроится, что мамашу прикончили?

— Я его плохо знаю, — спокойно произнес Шуас, не отрывая взгляд от окна. — Я ведь не фамильяр. Это вы здесь жили раньше, знаете законы.

— Она им не совсем мать, просто они из одного пантеона. Их папаша нагулял Чета на стороне, а потом появился Рок. Я жил на конюшне, слышал, как об этом конюхи болтали, — отозвался Алмаз. — Я мало знаю, это крыса все знает.

— Ага, я такой, — гордо подбоченился Флеш и фыркнул.

— Расскажи мне о соперниках. — Шуас все так же смотрел в окно, но казалось, что он все видит.

Данка тоже навострила ушки.

— Кот — нежный, ленивый, ранимый, пафосный. Не боец, считает себя украшением и бережет внешность. Пес — злой, агрессивный, верный. Предлагаю его убить, а силу отдать Алмазу. — Наг согласно кивнул. — Ворон — хитрый, умный, внезапный. Он самый старший среди фамильяров и самый опасный.

— Он презирает свою хозяйку, называет ее глупой курицей, — подал голос Алмаз.

— Ой, не смеши мои сандалии! — Флеш пошевелил босыми ногами. — Да они все здесь курицы!

«Ах, вот как! Ну, я тебе это припомню! Крыса облезлая!»

— Не скажи. — Шуас отвернулся от окна и окинул крыса внимательным взглядом. — Фаина не дура, и Крелья весьма опасна.

— Да она постоянно молчит!

— Это не показатель глупости. Алмаз тоже постоянно молчит.

— Когда я научился говорить, я был счастлив. И до сих пор не могу остановиться: стоит мне стать крысой, как меня распирает изнутри от мыслей, слов, событий, которые мне срочно надо обсудить. — Флеш лег на спину и мечтательно уставился в потолок. — Я молил крысиного бога, чтобы моя хозяйка была болтушкой.

— Мечта сбылась? — Алмаз встал и направился в ванну.

— Ну, с друзьями она любит потрещать.

Данка про себя хмыкнула и твердо решила объявить крысе бойкот. За курицу!

— Продолжай. — Шуас опять замер.

— Тигр силен. Больше ничего сказать не могу. Если бы удалось его перетащить в нашу команду, я бы спал спокойно.

— Его хозяйка его боится, — без тени улыбки сообщил наг.

— Я тоже его остерегаюсь. — Флеш потер нос. — Дракон… Вот о нем ничего сказать не могу. Даже не знаю, сколько ему лет. Его поймали в пустыне позже меня и сразу обратили. Остальные не заслуживают нашего внимания, можно спокойно… — Флеш провел рукой по горлу, наг согласно кивнул.

— Пустынный дракон?

— Ага.

— Хищный?

— Ага. Ты думаешь о том же, о чем думаю я?

— С трупом нужно что-то делать…

— Тогда я к тигру, ты к дракону?

— Вы куда? — В комнату вернулся Алмаз. Он постирал штаны и надел их мокрыми, что не способствовало согреванию. Коня изрядно потряхивало.

— Данка не одобрит, — покачал головой Флеш. — А если ты заболеешь, она меня прибьет! Снимай эту тряпку и закутайся в одеяло. Давай, быстро! — прикрикнул он, увидев смущение Алмаза. — Дерьмо! — не удержался от восклицания крыс, с ужасом глядя на раздевшегося мужчину. — Дерьмище! Кто это с тобой сделал?

— Главный конюх падишаха. — Алмаз моментально закрылся, ушел в себя, его лицо закаменело. Он стянул с кровати покрывало и закутался в него.

— Это поправимо. — Шуас положил руку на плечо коня, тот ощутимо вздрогнул, но не отстранился. — Если хозяйка захочет и позволит нам собрать для тебя достаточно сил, ты сможешь все вернуть.

— Отрастить, что ли? — бестактно спросил Флеш.

— Типа того.

Шуас направился к выходу.

— Я к дракону.

— Нет, и кто из нас идиот? — не выдержала Данка и села в кровати, с возмущением глядя на заговорщиков. — Если Алмазик здесь едва вместился, то как уместится дракон?

Флеш смущенно почесал за ухом и бочком подался в сторону двери.

— А ты что, не спала?

— На меня магия не действует. — Данка показала крысу язык.

— И все слышала?

— Про курицу точно слышала.